сейчас, — сказала Мойра. — Мне очень жаль.
— Не извиняйся передо мной. Извинись перед ним.
Она пробормотала какие-то извинения Андерсу. Он кивнул и рассеянно и натянуто улыбнулся ей, прежде чем снова посмотреть на меня, слегка нахмурившись.
— Пошли, — сказала я Андерсу и вышла прежде, чем он успел ответить.
Он шел рядом со мной, не говоря ни слова. Громкий звук моих шагов в тихом коридоре заставил осознать, что я почти топаю ногами. Обычно я бы прямиком направилась в свои комнаты, но мне нужно было вернуться в лабораторию. По правде говоря, мне не следовало уходить, пока эксперимент еще продолжался, на случай, если что-то пойдет не так.
Естественно, все окружающие решили, что сейчас самое время столпиться в коридорах. Часть меня верила, что кто-то распространил слух о том, что Красавчик и Ботаник — или Секс-бот и Старая дева? — разгуливают по базе. Поэтому все зеваки вышли поглазеть на шоу уродцев.
Спустя вечность и один день мы наконец добрались до моей лаборатории. Я открыла дверь для Андерса и последовала за ним внутрь. Если бы дверь не закрывалась автоматически, я, вероятно, захлопнула бы ее за собой. Андерс повернулся и посмотрел на меня с непроницаемым выражением лица.
Я вопросительно подняла ладони и посмотрела на него взглядом типа «какого хрена».
— Какого черта ты делал в магазине? — спросила я строгим голосом.
— Разве это не очевидно? — спросил Андерс с легким раздражением в голосе. — Не хватало нескольких ингредиентов. Я пошел за ними.
— Почему ты просто не позвонил мне, чтобы я принесла то, чего не хватает? — спросила я, нисколько не довольная его тоном.
— Зачем мне это делать? — спросил он, склонив голову набок. — Ты занята работой. У меня есть свободное время и средства. Ожидание также означало бы отсрочку подачи ужина.
— Небольшая задержка никого бы не убила, — процедила я сквозь зубы. — Я не давала тебе разрешения рыскать по базе.
— Разрешение? — спросил Андерс с выражением, которое ясно говорило о том, что он не мог поверить, что правильно меня расслышал.
На этот раз гнев отразился на его прекрасном лице, и он сделал один угрожающий шаг ко мне. Хотя это напугало меня до чертиков — и немного утихомирило мой собственный гнев — я не боялась за свою безопасность. На интуитивном уровне я знала, что он никогда не причинит мне физической боли. Но я чувствовала надвигающуюся словесную порку.
— Я твой пленник? — жестко спросил Андерс.
Я вздрогнула.
— Конечно, нет. Но…
— Но что? — настаивал он тем же ледяным тоном, от которого мне захотелось поежиться.
Теперь, когда он поставил меня в неловкое положение, первоначальный гнев уступил место стыду. Мой разум сверхурочно работал, объясняя мои внезапные реакции. Но на самом деле я не хотела сталкиваться с тем, что они говорили обо мне. Я покачала головой и пожала плечами.
— В магазине и в коридоре ты была унижена, — сказал Андерс отрывистым тоном. — Каждый раз, когда мы проходили мимо кого-то, ты избегала зрительного контакта и становилась еще более униженной. Тебе стыдно за меня, за то, что люди знают, что мы вместе.
— НЕТ! Это неправда! — воскликнула я.
— Да, это так! — огрызнулся Андерс. — Ты забыла, что я могу читать твои эмоции? Тебе было стыдно, что тебя увидели со мной. Забавно, — добавил он с насмешкой. — На этой базе ты спортсмен-качок, а я смущающий ботаник.
Это сильно поразило меня. Я обхватила себя за живот и покачала головой. Это было не так… верно? Мне нужно было заставить его понять…
— Все не так, Андерс, — сказала я умоляющим тоном. — Ты… Ты идеален, абсолютно великолепен. Но это мое рабочее место. Мне приходится общаться с этими людьми каждый день. Некоторые из них могут переходить грань злонамеренности в своих поддразниваниях. Лириане не распространены в Солнечной системе. Какой бы статус у тебя ни был на Альфе Центавра, здесь его нет. Люди будут относиться к тебе как к секс-игрушке или жениху, заказанному по почте.
Я нервно запустила пальцы в волосы, ненавидя себя за то, что не могу прочитать его эмоции прямо сейчас. Его красивое лицо было полностью замкнутым, лишенным какого-либо выражения. И все же я чувствовала, как он кипит внутри, и подозревала, что он был глубоко ранен.
— Однажды ты спросил меня, не хочу ли я внести какие-нибудь изменения в твою внешность, и я сказал «нет», — осторожно произнесла я. — В тот момент я именно это и имела в виду. И хотя я по-прежнему считаю тебя абсолютным совершенством, мы живем не в вакууме. Было бы намного проще, если бы у тебя не было короны. Это помечает тебя как «другого», и люди будут только фокусироваться на этом, чтобы нести чушь. Но если бы ты выглядел полностью как человек…
— Нет, — мое сердце упало от холодной определенности его голоса. — С юридической точки зрения и в соответствии с галактическими договорами лириане обязаны сохранять одну из своих генетических особенностей: рога, корону или хвост. Мы обнаружили, что корона лучше всего соответствует человеческой эстетике, тем более что рога и хвосты имеют сомнительные коннотации в некоторых ваших религиозных субкультурах.
— Почему ты обязан иметь хотя бы одну из этих особенностей? — спросила я, застигнутая врасплох.
— Потому что для нас незаконно пытаться выдать себя за вид, которым мы не являемся, — ответил Андерс. — Часть заполняемых иммиграционных документов включает заявление под присягой о том, что мы этого не сделаем, пока не получим полноценное гражданство на планете, что требует десяти лет проживания в большинстве миров.
— Понятно, — сказала я, мои плечи поникли.
Это, казалось, еще больше разожгло его гнев.
— И почему я должен скрывать, кто я? — огрызнулся он. — Я гордый лирианин. Если бы ты вышла замуж за инопланетянина и переехала в его мир, что бы ты почувствовала, если бы он попросил тебя сделать масштабную операцию, чтобы скрыть твою человеческую генетику?
Я снова вздрогнула. Это задело за живое. Я никогда по-настоящему не рассматривала этот вопрос под таким углом. Он был инопланетянином, которого воспитали с идеей, что он станет другим видом, как только спарится. С моей стороны было узколобо предполагать, будто это означает, что он не гордится своим истинным происхождением. На его месте я бы тоже хотела сохранить следы своей родословной.
— Какая разница, если другие думают, что я секс-бот? — спросил Андерс. — Мы с тобой оба знаем, что это неправда. Большинство из них тоже знают это — по крайней мере, в глубине души, — но им просто нравится издеваться над тобой. Затем они возвращаются домой к своему партнеру и наслаждаются своей маленькой
