в водовороте теней. Нина Сергеевна, пожилая, но бойкая ведьма- некромантка, скрещивает руки на груди и щурится.
— Барон, а вы, случаем, не хотите предупредить нас, какие ещё сюрпризы уготовили нам ваши уважаемые предки?
— Конечно, хочу, — бодро отвечаю я. — Но у меня такой же доступ к семейным архивам, как у крестьянина к королевскому венцу.
— Значит, будем разбираться по ходу, — резюмирует Васька, неунывающий авантюрист, привычным жестом подбрасывая серебряную монету. — Что, в общем-то, уже становится привычно.
Из коридоров слышится скрип.
Нет, не просто скрип — тягучее, болезненное шуршание, будто что-то огромное пробуждается от векового сна.
— Арсений, у тебя есть предположения? — оглядываюсь на брата.
— Конечно. Мы все обречены. — Он делает паузу. — Но если бы я был древним некромантом с дурным чувством юмора, первым испытанием сделал бы…
В этот момент из ближайшей арки выходит существо. Высокое, облачённое в доспехи, оно напоминает полуразложившегося рыцаря. Глаза горят синим пламенем, меч в руках пульсирует тёмной энергией.
— Вот что мне не нравится в некромантии, — задумчиво протягивает Зир, — так это склонность к драматическим эффектам.
— Кто ты? — спрашивает Мария.
— Страж рода Шумских, — отвечает рыцарь. Голос его — будто скрежет гвоздя по стеклу. — Проход разрешён только достойным.
— Отлично, — бормочу я. — Сейчас узнаем, кто здесь достоин, а кто — будущий покойник.
Рыцарь не даёт времени на размышления — бросается вперёд с молниеносной скоростью. Мы рассыпаемся в стороны, и я инстинктивно хватаю меч, висящий на стене. Оружие пульсирует под рукой, отдавая холодной магией.
— Это фамильный клинок, — подсказывает Нина Сергеевна. — Надеюсь, он тебя не подведет.
— Очень надеюсь, — парирую, выставляя его перед собой.
Бой завязывается стремительный.
Арсений использует магию, посылая в рыцаря цепи света, но тот отражает их клинком. Мария чертит руну на полу, открывая портал теней.
Васька, как всегда, полагается на удачу.
— Барон, у меня есть предложение! — кричит он. — Не хотите отдать рыцарю ваш фамильный долг и сбежать?
— Мне кажется, он не примет расписку! — Я перехватываю меч и блокирую удар. Металлы сталкиваются, воздух вибрирует от магии.
В какой-то момент мне удаётся завершить заклинание, и рыцаря утягивает в портал.
Тишина накрывает зал.
Мы стоим посреди хаоса, тяжело дыша.
— Это было первое испытание, — вытирая лоб, замечает Нина Сергеевна. — И, если я права, следующее будет хуже.
— Что может быть хуже? — хрипло спрашивает Арсений.
В этот момент стены начинают двигаться. Пол уходит из-под ног, нас разбрасывает в разные стороны.
Последнее, что я слышу — это вопль Зира.
— Я знал! Я же говорил! Мы все умрём!
И затем — тьма.
Лабиринт изменился. Я оказываюсь один. А впереди слышится тихий, зловещий смех.
Остатки магического вихря оседают в воздухе, словно медленно падающий пепел. Выпрямляюсь, покачиваясь, — голова гудит, тело наливается свинцовой тяжестью.
Черт бы побрал этот лабиринт.
— Ну что, барон, живой? — голос фамильяра с легким налетом ехидства, раздается где-то за левым плечом. — Или мне уже пора подыскивать нового хозяина?
— Зир, если ты не заткнешься, я тебе найду нового хозяина сам, — рычу я, стряхивая с ладони алый свет, оставшийся от последнего удара.
Фамильяр хихикает.
— Ты какой-то нервный, Демид. Это потому что остался один? Одинокий герой посреди заброшенного ада?
— Зир! — окликаю его с нажимом. — Хватит. Лучше скажи, знаешь, где остальные?
Ответа нет.
Осматриваюсь — все та же паутина коридоров, уходящих в темноту, стены, покрытые нечитаемыми письменами, воздух пропитан напряжением.
Обычный демонский лабиринт — сущее наслаждение для любителя головоломок. Я не любитель, но выбора нет. Надо искать своих и выбираться отсюда.
Первым приходит холод. Подлый, липкий — он ползет по позвоночнику, морозит ребра, цепляется за сердце когтями
Брат, Арсений, он где-то здесь.
Я чувствую это кожей. Другие — тоже. Лабиринт не убил их сразу, а значит, еще есть шанс их найти.
Делаю шаг вперед — и тут же стена передо мной оживает. Нет, это не иллюзия. Она действительно поднимается, медленно, с угрожающим скрежетом, обнажая нечто, от чего вены замирают под кожей.
Демон.
Не простой, не банальный адский прихвостень. Это что-то древнее, голодное, состоящее из боли и вечности. Крылья, испещренные рунами, мерцают под тонкой кожей. Огненные глаза, как два раскаленных угля, впиваются в меня, изучая, прикидывая — сожрать сразу или поиграть?
— О, шикарно, — бормочет Зир. — Глубокий вдох, барон. Вот так. Теперь медленный выдох. Теперь повторяем — «Я не хочу сдохнуть».
— Зир, если ты не можешь помочь, просто молчи.
Фамильяр фыркает, но замолкает.
Я вытягиваю руки, чувствую, как по ладоням пробегает электрический зуд магии. Демон скалится — клыки длинные, искривленные, капающие черным дымом.
И он атакует.
Дальше — бой. Нет времени думать, просчитывать. Я бросаюсь в сторону, уходя от когтей, отвечаю вспышкой света. Демон шипит, исчезает, снова появляется за спиной. Ловушка.
Я успеваю развернуться, едва уворачиваюсь от выпада. Его пальцы рвут воздух в миллиметре от кожи.
— Ну же, барон! — подначивает Зир. — Я верю в тебя… Почти.
Собираю силу, концентрирую поток, нащупываю в магии тонкую линию, ведущую к слабому месту твари. Оно точно есть. У каждого есть.
Лабиринт не создает неуязвимых монстров — он лишь проверяет, насколько ты готов его пройти.
Удар.
Бум! Вспышка ослепляет. Глухой удар о каменный пол — демон корчится, а затем распадается, тая, растворяясь в темноте. Потряхивает от напряжения, отбрасываю с ладоней остатки магии, дышу глубже.
— Эпично, — комментирует Зир. — Хотя, если бы ты сдох, было бы драматичнее.
Игнорирую.
Теперь главное — найти остальных.
Коридоры ведут то влево, то вправо. Иногда путь исчезает, открывая новые маршруты. Лабиринт движется, живет своей жизнью, высмеивая тех, кто пытается его покорить. Но я даже не думаю отступать.
Там, где-то в пасти лабиринта застряли брат и мои друзья, я должен их найти!
Иду наощупь.
Вокруг глухая тьма. Густая, как смола, она липнет к коже, просачивается под одежду, в лёгкие, забираясь внутрь с каждым вдохом.
Выныриваю из неё, как из вязкого болота, вцепившись пальцами в промёрзшие камни лабиринта.
Где я? Где остальные?
В голове гулко отдаётся последнее, что я помню — вспышка магии, раскатистый смех демонов, и — удар, разрывающий пространство.
Нас разметало. Я остался один.
— Ну, по крайней мере, тебя не сожрали
