— А в городе про тебя легенды ходят! — вытирая рукавом сопли, выдал Митька. — Градоначальника сын! Василиск императорский! — он кивнул на нашего кабана, который как по заказу громко хрюкнул, подтверждая свой царский статус.
— А ну вон отсюда! — Филя активировал свой Покров Орла так резко, что золотистое свечение полыхнуло как факел. — Пошли нахрен, придурки!
— Да ладно тебе, Ветрогонов! — Волков отступил на шаг, его ржач резко оборвался. — Мы ж пошутили!
— Ещё секунда, и я вас с лестницы воздушной волной смету! — рявкнул Филя, делая шаг вперёд.
Балбесы мигом сдулись и рванули по коридору, а Филя так жахнул дверью, что с потолка посыпалась штукатурка.
— Придурки, — буркнул он. — У нас тут серьезные проблемы, а они шутки шутят!
— Ладно, успокойся, — я положил руку ему на плечо. — Давайте лучше подумаем, что делать дальше с нашей… находкой.
Я кивнул на контейнер с Реликтом, который все еще лежал на полу. Голубоватое свечение, пробивавшееся сквозь щели, несколько притухло, но все равно было заметно.
— Для начала нужно понять, чей груз мы вообще прихватили, — задумчиво сказала Рита. — Это явно не какой-то заезжий торговец. За этой штукой охотилось слишком много народа.
— Агенты Совета, арабы, какие-то воры-неудачники, люди в черных плащах, — перечислил Серый. — Ну да, слишком много желающих.
— Знаете, что странно? — я потер подбородок. — Те арабы кричали про Реликт еще до того, как мы узнали, что это такое. А люди Корнилова, похоже, интересовались больше мной, чем контейнером.
В этот момент снова раздался стук в дверь, на этот раз более требовательный.
— Арсений Вольский, это жандармерия. Откройте!
— Да вы издеваетесь! — вскипел Филя. — Ну все, сейчас я им устрою!
Он рванул к двери, активируя Покров на полную мощность. Золотистое свечение усилилось, а за его спиной уже формировались очертания орлиных крыльев. Одним резким движением он распахнул дверь и выпустил мощный поток воздуха… прямо в двух настоящих жандармов в официальной форме.
Их буквально смело с ног. Бедных служителей порядка с такой силой отбросило к противоположной стене коридора, что штукатурка пошла трещинами. Они с грохотом приземлились, теряя фуражки и с оторопевшими лицами пытаясь понять, что вообще произошло.
— Твою мать… — прошептал я, выглядывая из-за плеча Фили.
— Ой… — Филя мгновенно осознал свою ошибку. Золотистое сияние погасло, крылья растаяли, и он превратился из грозного мага в смущенного студента. — Господа офицеры! Простите, ради всех богов! Это чудовищное недоразумение!
Он бросился к жандармам, суетливо помогая им подняться. Один из них, с внушительными седыми усами, с подозрением глядел на него, пытаясь вспомнить статью закона о нападении на представителей власти.
— Я сейчас всё объясню! — Филя поднял их фуражки, торопливо отряхнул их и протянул офицерам. — Понимаете, тут недавно наши одногруппники шутки шутили, ну мы и подумали, это опять они!
Он даже принялся отряхивать их мундиры от пыли, в процессе едва не сбив с младшего жандарма очки.
— Чем могу служить? — выдавил Филя со своей самой очаровательной улыбкой.
Жандармы, оба крепкие мужчины средних лет, наконец восстановили равновесие и суровым взглядом оглядели всю нашу компанию.
— Арсений Вольский здесь проживает? — спросил старший из них, с пышными усами и шрамом под левым глазом.
— Да, это я, — я сделал шаг вперед. — В чем дело, господа?
— Кража имущества городского зоопарка, — жандарм достал записную книжку. — А именно: один кабан, особо редкий, венгерской породы. Вчера вечером был похищен из вольера. Свидетели утверждают, что похититель называл себя Артемием, сыном градоначальника. Но по нашим данным, этим человеком были именно вы.
— Твою же мать… — я еще раз вздохнул. — Какое-то нехорошее утро.
— Судя по вашему выражению, вы знаете, о чем я говорю, — хмыкнул жандарм. — Тем более, что вот он, похищенный кабан, — он указал на Василиска, который, словно понимая, что речь идет о нем, поднял рыло и недовольно хрюкнул.
— Послушайте, — я поднял руки, — я, вроде как, выкупил этого кабана у какого-то мясника за пятьдесят рублей. Он сказал, что это его собственность!
— Выкупили? — усмехнулся второй жандарм. — У нас есть десятки свидетелей, которые утверждают обратное.
И тут новый обрывок памяти накрыл меня с головой. Площадка перед зоопарком. Мой голос, но интонации совершенно чужие, надменные, с аристократической картавинкой, разносятся над толпой.
— Внимание, почтеннейшая публика! Великий Артемий не может быть великим без соответствующих атрибутов власти! А что может быть величественнее императорского кабана⁈
Десяток городских стражников пытается пробиться сквозь толпу, но пьяные зеваки, жаждущие продолжения представления, сплачиваются в живую стену, не пропуская служителей порядка.
— Сегодня я обзаведусь первым экспонатом своей личной коллекции! — картинно указываю на зоопарк за оградой. — И это будет не кто иной, как венгерский кабан редкой породы!
В следующий момент я ловко перемахиваю через ограду зоопарка, оставляя позади гудящую толпу и ошеломлённых стражников.
Внутри зоопарка я быстро нахожу нужный вольер. Пальцы так ловко работают с замком, словно при жизни Александр был медвежатником, а не аристократом. Несколько неуловимых движений, тихий щелчок, и вот массивный металлический засов уже скользит в сторону.
— Иди к папочке, красавец! — мурлычу я, протягивая руки к тёмной громадине внутри вольера.
Оттуда доносится недовольное хрюканье, но мой хищный взгляд гипнотизирует бедное животное. Кабан, размером с целого пони, деликатно выходит из клетки, подталкиваемый моими уверенными руками.
— Назову тебя Василиском! Первым в моей новой коллекции экзотических зверей! — провозглашаю я, хватая животное за ухо и увлекая его прочь от вольера.
Видение сменяется. Теперь мы находимся в таверне. Я держу перед мордой кабана огромную кружку тёмного эля, а толпа, затаив дыхание, наблюдает за происходящим.
— Василиск, дружище, маг моего полета просто не может иметь при себе трезвого кабана! Это портит репутацию! — провозглашаю я, вливая пиво в разинутую от удивления пасть животного. — Отведай лучшего эля в столице! Нам с тобой предстоят великие дела!
Я тряхнул головой, пытаясь отогнать воспоминания о прошлой ночи.
— У меня… — я потер лоб, пытаясь собраться с мыслями. — У меня смутные воспоминания о прошлой ночи. Вчера вообще был непростой день.
— Это еще мягко сказано, — проворчал старший жандарм. — Полгорода говорит о сумасшедшем сыне градоначальника, который разгромил две таверны, украл кабана из зоопарка и пытался научить его танцевать на задних лапах!
— Хорошо ещё, что его превосходительство градоначальник в очередной раз прикрыл сынка, — добавил второй жандарм, поправляя фуражку. — Прямо так и заявил: «Юношеские шалости не требуют вмешательства закона, просто верните животное и забудем об инциденте». Типичная история с этой семейкой.
— Власть имущие всегда прикрывают своих отпрысков, — цинично хмыкнул первый жандарм, разглаживая усы. — Даже несмотря на то, что настоящий Артемий клянётся всеми святыми, что вчера вечером пил шампанское на приёме у посла Франции. Так что вам дважды повезло, господин студент — и проделки сошли с рук, и счета за разгром заведений выставят реальному сынку градоначальника.
— Не переживайте, господин Вольский. Мы понимаем, что студенческие выходки порой выходят за рамки. Но кабана придется вернуть.
— Да забирайте, — я махнул рукой. — Честно говоря, я сам не знаю, зачем он мне.
— Жааааль, — вздохнул Филя. — А я только начал к нему привязываться.
Жандармы с некоторым усилием увели протестующего Василиска, который, похоже, успел проникнуться ко мне теплыми чувствами. Или, может быть, к Александру — кто этих кабанов разберет?
Когда дверь наконец захлопнулась за спинами жандармов, я рухнул на кровать как подкошенный.
