Фильмы – один другого хуже, муж-педик ее бросает, она остается с двумя маленькими нахлебниками на шее. Такие новости о Татьяне Фокс Констанс Энн готова была слушать с удовольствием. Но так называемая актриса каким-то чудом сумела одурачить всех и отхватила себе великолепного агента и звездную роль в настоящем фильме.
Констанс Энн было даже трудно осмыслить весь ужас ситуации. Грег Тэппер и Татьяна Фокс. В эротическом фильме с откровенными постельными сценами. Роман между ними неизбежен – это то самое голливудское клише, которого все ждут.
Боже, какая несправедливость!
Констанс Энн чувствовала себя так, что впору было наглотаться снотворного и заснуть на три дня.
Ей вдруг до смерти захотелось сделать что-нибудь сумасшедшее. Она распахнула дверь и крикнула:
– Куда, к черту, подевалась моя ассистентка? Я целый день сама себя обслуживаю!
Мимо проходил ассистент постановщика. Он небрежно бросил:
– Вы сами се вчера уволили.
Констанс Энн не помнила, как это случилось.
– Я не хотела, чтобы она уволилась.
– Ее заставили уволиться три шва, которые пришлось наложить на рану над глазом. А рана осталась от пресс-папье, которым вы в нее швырнули.
– Вот как? Значит, мне надо было выбрать что-нибудь потяжелее!
Констанс Энн снова захлопнула дверь и стала звонить в справочную, чтобы узнать номер телефона Клео Марс. Номер она узнала. Прорваться через секретаршу оказалось непросто, пришлось поднажать, но наконец она услышала в трубке голос легендарного агента. Констанс Энн сразу перешла к делу, без предисловий. Клео Марс – женщина занятая, рассудила она, так что нечего тратить время на пустую болтовню.
– Я хочу подтолкнуть свою карьеру, – сказала она. – «Шоу Констанс Энн» не может идти вечно, к тому же я не хочу, чтобы за мной закрепилось амплуа приторно-сладкой кукольницы. Я, знаете ли, когда-то была настоящей актрисой. Я готова к любым ролям: проституток, стриптизерш, наркоманок, можете продолжить список сами.
Клео рассмеялась:
– Кто это?
– Констанс Энн. Я не шучу.
– Ой, надо же, а я подумала – Сара Бернар. – Клео снова засмеялась. – Вам стоит использовать этот материал в работе. Это бесценная находка, и, если задуматься, довольно страшная. Вы можете себе представить Констанс Энн проституткой? Да и вообще кем бы то ни было, кроме доброй тетушки с пандой Пеппи? – Опять смех. – Это было бы пострашнее, чем попытка Кэти Ли Джиффорд стать актрисой. Думаю, киноиндустрия никогда бы не оправилась от такого удара.
На лбу Констанс Энн выступили капельки пота. Такого унижения она не испытывала никогда в жизни, это было просто уму непостижимо.
Клео помолчала.
Констанс Энн тихо повесила трубку. Ее поставили на одну доску с Кэти Ли, в то время как Татьяна удостоилась сравнения с Шэрон Стоун. Страшная несправедливость. Желание нанести ответный удар стало нестерпимым. В голове Констанс Энн начал формироваться план.
В дверь два раза постучали.
– Пора, – сказал Уилл.
Констанс Энн посмотрела на себя в зеркало и прошептала:
– Время еще не пришло, Татьяна, но скоро оно наступит. Очень, очень скоро.
Глава 8
Могло быть хуже. Например, он мог бы снова оказаться в Лондоне, проводить время в барах, потягивая пиво, и терпеть вопросы разных доброжелателей, которые подходили бы к нему и спрашивали: «Эй, не ты ли когда-то был Джеком Торпом?»
В Лос-Анджелесе о его прежней жизни, содержание которой составляли игра, девочки и рекламная шумиха, никто не знает. В общем и целом Джеку нравилось быть неузнанным, но какая-то часть его существа иногда тосковала по всеобщей любви, которая была бальзамом для его самолюбия.
Впрочем, футболисту, который пал так стремительно, лучше жить в другой стране. От переполненных стадионов и статуса очень важной персоны – к смене подгузников и работе на полставки тренером по фитнесу. За такую историю любой продюсер какой-нибудь передачи типа «Где они сейчас?» душу бы продал.
Татьяна остановилась на середине бассейна и взмолилась, тяжело дыша:
– Дай мне передохнуть, ну пожалуйста! Я умираю! Она проплыла всю длину бассейна раза три. Джек покачал головой и потряс кулаком в воздухе.
– Не останавливайся, это только разминка.
– Я тебя ненавижу!
– Это нормально. Когда фильм выйдет на экраны, ты меня полюбишь.
Татьяна судорожно рванулась вперед, гребя вольным стилем.
Джек держал на каждой руке по ребенку. Откинувшись назад, он посмотрел на их личики.
– Ваша мама плохая пловчиха, никогда не видел, чтобы кто-то поднимал столько брызг, всего лишь плавая от одного края бассейна до другого.
– Ма... ма!.. – Эверсон захихикала, будто поняла каждое слово.
Ит.ан сосредоточенно изучал лопатку, которая привлекла его внимание еще за завтраком.
Вопрос с няней не был решен, и волнения, связанные с серьезным прорывом в Татьяниной актерской карьере, отодвинули его в списке приоритетов на второй план. Джек, если честно, был не против исполнять обязанности няни, коль скоро эта роль не была закреплена за ним официально. Он любил детей. В свое время Хью регулярно отправлял его участвовать в разных благотворительных мероприятиях для детей. Кроме того, Джек давно уговаривал сестру поторопиться и подарить ему племянника или племянницу. Конечно, для этого ей нужно было сначала встретить подходящего мужчину и выйти за него замуж.
Татьяна закончила очередной этап дистанции и, жадно ловя ртом воздух, остановилась у ног Джека, глядя на него снизу вверх.
– Это какая-то пытка...
Он усмехнулся и, взяв маленькую ручку Эверсон, помахал ей.
– Не-ет, пытка начнется позже, когда мы будем прорабатывать пресс.
– Я тебя ненавижу!
– Ты это уже говорила.
– Значит, повторяю снова.
Татьяна попыталась приподняться на руках и выпрыгнуть из бассейна, но ее локти чуть было не подогнулись, так что она с трудом выбралась на бортик.
Джек бросил ей полотенце.
– Вытирайся и приходи на мат, будем делать растяжку.
– Если бы ты не держал на руках детей, я бы столкнула тебя в бассейн!
Джек оглянулся и спросил с невиннейшим видом:
– Не понимаю, откуда в тебе столько враждебности?
– Все началось с протеинового батончика, который ты подсунул мне на завтрак. Он был похож по вкусу на мелкую гальку.
– А что, крупная галька вкуснее?
– Ты прекрасно понял, что я имела в виду. Татьяна фыркнула, закатив глаза, и стала одеваться.
Она натянула нейлоновые шорты, старую футболку с эмблемой турне «U-2» и кроссовки «Найк».
Джек посадил близнецов в манеж и вручил каждому по маленькой чашке с ледяной стружкой. Это должно было занять их внимание как минимум минут на пятнадцать. Внимательно посмотрев на Татьяну, он спросил:
