Она натянула нейлоновые шорты, старую футболку с эмблемой турне «U-2» и кроссовки «Найк».
Джек посадил близнецов в манеж и вручил каждому по маленькой чашке с ледяной стружкой. Это должно было занять их внимание как минимум минут на пятнадцать. Внимательно посмотрев на Татьяну, он спросил:
– Можно мне дать совет, не связанный с фитнесом? Татьяна встретилась с ним взглядом.
– Ты ведь не из секты «Свидетелей Иеговы»? Джек замотал головой:
– Нет.
Она вздохнула с облегчением:
– Ладно, тогда говори, что у тебя на уме.
– Тебе нужно найти подходящую няню. Я не спорю, ум хорошо, а два лучше, особенно когда дело касается воспитания детей, но вас уже не двое, а целая толпа. Ты, я, Энрике, Керр, а теперь еще и Джейрон... За близнецами ухаживает слишком много народу, наверное, это сбивает их с толку.
Татьяна посмотрела на Итана и Эверсон.
– А по-моему, они выглядят вполне довольными жизнью. А все ты – ты для них как волшебное связующее звено. Тебя они обожают, а меня просто терпят. На Энрике они в основном таращат глаза – наверное, потому, что он такой красивый. Малыши любят все красивое. Керр для них вроде большого приятеля по играм, а Джейрон – вроде двоюродной бабушки. Ах да, ты забыл еще Септембер. Иногда она тоже принимает участие в воспитании, но самое минимальное. Ей просто нужно давать четкие указания, например: «Следи, чтобы они не утонули» или «Постарайся, чтобы они остались живы, пока я не вернусь с рынка». – Татьяна вытянула руки над головой. – Есть еще доктор Джи. Дети, конечно, ее никогда не видели, но она обеспечивает мне моральную поддержку. Знаешь что? От плавания я проголодалась.
– Съемки фильма скоро начнутся, что ты собираешься делать тогда?
Татьяна с тоской посмотрела на Итана и Эверсон.
– Не знаю.
Джек вытянул шею и наклонил голову, касаясь ухом плеча. Татьяна в точности повторила его движение.
– Наверное, я втайне надеялась, что с ними останешься ты.
Джек сделал растяжку шеи в другую сторону. Татьяна повторила движение.
– Мне бы очень не хотелось приводить в дом незнакомого человека, тем более после того, как они к тебе так сильно привязались. А вдруг они не смогут приспособиться к другому? Для них это может стать душевной травмой.
– Не делай этого, – предупредил Джек.
– Чего не делать?
– Не занимайся эмоциональным шантажом. Татьяна притворилась шокированной:
– Я просто...
– Я знаю, что ты делаешь, – перебил Джек. Он начал делать растяжку для мышц плеч. – Мы уже обсуждали этот вопрос. Я не нянька, я личный тренер.
– С одним-единственным клиентом. Не бог весть какая карьера.
– Это ты помешала мне взять вторую клиентку, Септембер.
– Я сделала это для твоего же блага. Септембер обращается с мужчинами как с бумажными полотенцами.
– Ну и что? Мне не семнадцать лет, я спокойно переживу, если меня используют и бросят. Иногда мне это даже нравится – все зависит от конкретных обстоятельств.
Татьяна сердито сверкнула глазами:
– Чем тебе так не нравится работа няни? Только тем, что она считается женской?
Джек положил ногу на край металлического столика и стал растягивать подколенное сухожилие.
– Считается? Это и есть женская работа. Татьяна положила ногу рядом с его ногой.
– Ерунда, мужчины тоже этим занимаются. Многие одинокие матери специально нанимают в няньки мужчин, чтобы у детей был перед глазами положительный мужской образ. Я читала на эту тему статью в одном умном журнале.
– Правда? Подпиши меня на этот журнал.
– Оставь свой сарказм. Я устала и умираю с голоду. Джек продолжал упражнения на растяжку.
– В десять сможешь выпить коктейль. Татьяна поморщилась:
– Я не могу принимать такое пойло в здравом уме.
– Ну и кто теперь упражняется в сарказме?
Джек поднял колено и стал вращать ногой в щиколотке. На этот раз Татьяна не стала повторять за ним, она положила руки на бедра, немного наклонилась вперед и вперила в Джека взгляд, полный решимости.
– Джек, ни одна няня с тобой не сравнится. Близнецы тебя любят, когда ты входишь в комнату, их личики озаряются радостью, такого я никогда не видела. – Татьяна немного подумала. – Ну может быть, они так же реагируют на Барни, но это быстро проходит. Барни их просто радует, а ты делаешь их счастливыми. Это похоже на волшебство.
Джек посмотрел на близнецов. Те все еще были заняты ледяными стружками. Пока с ними не было никаких проблем. Джек неожиданно для себя обнаружил, что у него талант ладить с детьми, во всяком случае, с этими двумя. Но они заслуживали большего, чем он мог им дать.
– Тебе нужно найти кого-то, на кого ты сможешь рассчитывать в долгосрочной перспективе.
Татьяна от досады чуть не подпрыгнула.
– Да пойми ты, мне нужна нянька прямо сейчас! Я смогу сосредоточиться на фильме, только если буду уверена, что детям обеспечен хороший уход!
Джек наклонился и поднял с пола пару гантелей.
– Значит, на самом деле ты беспокоишься не о них, а о себе?
Татьяна поколебалась:
– Вроде того. Но только, скажем так, процентов на тридцать. А на остальные семьдесят я думаю о них. Честное слово.
Джек показал подъем на бицепс и передал гантели Татьяне.
– Я не нянька. Не путай меня со своим мужем.
– При чем здесь Керр?
– Это он продавщица «Эйвона».
– Нет, он занимается «Мэри Кэй»... и он не продавец, а распространитель.
Татьяна с растерянным видом несколько раз подняла и опустила гантели.
– Я с шестнадцати лет был в профессиональном спорте, можно сказать, я вырос на стадионе. Ты хоть понимаешь, что ты мне предлагаешь?
– Черт, – пробормотала Татьяна, – так я и знала, что что-нибудь забуду.
Сделав несколько повторов, она остановилась и протянула гантели Джеку.
– Я ненадолго. – Она схватила мобильный, нажала кнопку быстрого набора и несколько секунд ждала, проявляя признаки нетерпения. – Энрике! У меня к тебе очень важное срочное дело. Нет, пожалуй, не очень важное, оно касается Керра, а ко мне не имеет прямого отношения, так что назовем его просто срочным. Сегодня вечером Керр устраивает в доме вечеринку для потенциальных покупателей, я совсем забыла попросить тебя заказать угощение. Загляни к Ральфу за закусками и сладостями. Мне нравятся у них маленькие сырные печеньица, украшенные кусочками киви. И приготовь побольше «Маргариты». Если гости напьются, они наверняка накупят больше косметики. Я хочу, чтобы у Керра торговля пошла хорошо, ему нужен успех хоть в чем-то, он сейчас в миноре: еще один издатель отказался печатать его стихи. Ах да, и будь сам поблизости, чтобы Керр мог продемонстрировать на тебе кремы и маски. Между прочим, у меня остался, наверное, всего один тампон, а скоро месячные. Ты бы заглядывал почаще в календарь «Хелло, Китти», не зря же я его тебе дала. Я трачу уйму времени, чтобы записать в него все важные даты. Ладно, это все. Пока. – Она бросила телефон на стол. – Терпеть не могу голосовую почту.
