все, и про ярмо долга тоже. По мне, так отлично выкрутились. — Злыдень ударил лапкой о лапку, пытаясь, видимо, показать аплодисменты.
Максим прищурился, не зная, стоит ли говорить этой черномагической твари свои мысли, но, с другой стороны, кролик определенно был не прост и мог обладать определенными талантами.
— Как думаешь, среди детей Светланы есть… не человеческие?
— Думаешь, она мужу изменяла? — с интересом протянул кролик. — Ну так-то ничего удивительного, если да. Она вон какая красавица. Выглядит как старшая сестра детям, а не мама. Сосед — вот все время на нее заглядывается, я в таких делах толк знаю.
— Замолчи.
— Что? Ты сам просил.
— Я просил сказать, все ли дети — люди. А не комментарии насчет внешности их матери.
— А чем тебе ее внешность не нравится? — В голосе разошедшегося кроля чувствовался наезд и претензии.
Максим вздохнул и покачал головой.
Инспектор сказала, что они проверяют семьи, где появляются необычные дети или есть необычные родители. Но при этом к Светлане она наведывалась еще до того, как та перестала быть человеком.
Если бы семья Ореховых просто стояла на учете как неблагополучная, то вряд ли бы к ним в дом лично пришел «специальный» инспектор с редкими артефактами в ушах против ментального воздействия.
Такие вещицы стоили дорого, даже по меркам его прошлой жизни, когда он был управляющим филиала крупного банка и мог позволить себе практически все.
Это арбитры нынче такое рядовым сотрудникам выдают?
Или Наталья совсем не рядовой сотрудник? Как повлияет то, что он ей открылся? Он сделал это зря? Или же действительно, как сказал кролик, “отлично выкрутились”.
— Ладно, — в его мысли ворвался голос кролика, — когда детишки будут меня в следующий раз гладить, поцарапают их и попробую кровь на вкус. Только если что — я Светлане сдам тебя, что это ты подговорил.
— Не хочу, чтобы она переживала за детей.
— Можно подумать, без этого она за них не переживает.
Если до этого Максим думал, что в квартире царят хаос и бедлам, то на следующее утро отчетливо понял: то были еще цветочки, а ранний подъём и сбор пятерых разновозрастных детей в школу и садик – и есть те самые ядовитые ягодки, которых стоило опасаться.
Рассвет еще даже не начал пробиваться сквозь занавески, как в квартире уже началась утренняя суета.
Проснулся Максим от того, что услышал Светлану, гремящую посудой на кухне. Вот только это он проснулся – дети же спали как ни в чем не бывало.
– Наденька, вставай… – звучно позвала женщина.
Максим сам был ребенком уже слишком давно, но все равно интонации Светы на мгновение и его самого перенесли в то бесконечно далекое время, когда сестра будила его утром.
Он даже испытал на мгновение иррациональное желание подняться и выйти к ней, вот только едва сел на кровати, как путь перегородил кролик.
– Не вздумай открывать дверь. А еще лучше притворись, что ты умер, – шикнул ушастый.
– Что? – не сразу сообразил Максим, но уже буквально через пару минут из-за двери раздались топот, крик и детский плач.
– Ей Денек нужен? Где там этот кролик? – К двери спальни подошли, но вскоре снова послышался топот.
– Она игрушку-зайку хочет. Лилечка, не плачь, найдем мы его.
– Мы вообще брали этого зайца с собой? Или он дома остался? – Кажется, Светлана была на грани паники, чтобы успокоить дочь.
– Да она вчера с ним бегала.
Завывания Лилечки, которая отказывалась собираться куда-то без своей игрушки, было слышно даже через стенку.
– Так, всем срочно искать зайку, – скомандовала Света, – где… это дьявольское создание?
– Мама, а где мои брюки?
– Мам, он мою зубную щетку взял! Скажи ему!
– Хватит маму дергать, ты уже взрослый! Шесть лет, должен сам собираться! – строила всех старшая, но это не особо помогало.
– А чего она меня толкает!
– Мама!
– Ребята, пойдемте завтракать…
И снова топот по коридору, на этот раз все рванули на кухню.
Кролик переминался около двери с лапы на лапу.
– Чего разлегся, ручку держи, чтоб к нам никто не зашел. – Он вдруг задумался, прижав уши к мохнатой спине. – Как думаешь, если я молиться начну, чтоб про нас забыли, молния в меня прилетит? Я ж все-таки черномагическая тварь… – Он покосился на закрытую дверь. – Хотя, с другой стороны, вдруг поможет?
– Так, все, брысь отсюда… – Максим встал с кровати, натягивая джинсы. – Чем быстрее мы отправим детей на учебу, тем…
В этот момент раздался звон бьющейся посуды и очередные детские выкрики:
– Это не я!
– Мама, он меня толкнул!
– А мне теперь переодеваться из-за вас!
Макс не мог точно сказать, кто именно что говорил, но пыл выйти из комнаты и помочь Светлане куда-то улетучился.
– Что, одному в лесу было не так уж плохо? – со странным сочувствием спросил кролик.
Вампир вздохнул и все же вышел из спальни.
***
С садиком и школой управились на удивление быстро. Сама я в школу заходить побоялась. Так что детей отводил «папа». Не хватало еще, чтобы из-за моей «темной ауры» учителя или воспитатели начали хуже относиться к детям.
И, видимо, отправить вчера Максима относить документы детей, а сегодня в качестве сопровождающего – было хорошей идеей. Младших взяли сразу на целый день до вечера, а старших отправили на уроки.
Надя с Федей пошли вместе, а вот Лилечка – одна в ясельную группу. За нее я немного переживала, но воспитательница уверила Максима, что в случае чего обязательно ему позвонит.
Когда вампир вышел из школы, я ждала в машине на парковке рядом.
– Все хорошо? – первым делом уточнила я.
Макс уселся на пассажирское сиденье, обдав меня запахом парфюма. Пока я собирала с утра детей – он собирал себя и сейчас выглядел отлично в строгом темном костюме с галстуком. В одной руке папка с какими-то документами, в другой телефон. Правда, свои дорогие часы он почему-то не надел.
– Да, сегодня пока они просто будут сидеть на уроках, слушать, их обещали не спрашивать, но познакомят с классом, а вечером выдадут учебники.
– Спасибо большое, что помог, – искренне поблагодарила я.
– Сам от себя в шоке, – театральным шёпотом поделился Максим, сделав большие глаза.
Я прыснула от смеха,
