class="p1">Хотя не заметить наше переливающееся включенными прожекторами суденышко было сложно. Рация ещё похрипела матом, но я уже ничего не слышал. Дед затянул залихватскую песню похожую на «Врагу не сдается наш гордый Варяг», но и этих слов было не разобрать среди рёва моря и беспрестанного гудения сигнала.
Створки приближались, как показалось всё быстрее. Судно кидало из стороны в сторону по волнам, штурмующим грозное оградительное сооружение. Снова стало жарко, мокрая одежда липла к горячей коже, разодранные руки саднили, а булки сжались так крепко, что могли перекусить лом.
Как мы проскочили, я не увидел. Кажется, зажмурился от очередного броска на волне. Все разом загомонили и я с удивлением увидел, что мы уже за пределом ворот.
Мою руку дедок аккуратно убрал с кнопки сигнала, которую я по-прежнему вдавливал.
— Алексеев, мать твою! Ты псих! — сдавленным и восхищенным голосом сообщили из береговой охраны.
— Вы там все психи! Вы что в эфире устроили? Уйдите нахрен с аварийного канала! — вторгся новый участник глубоким басом: — Это морской порт, прием. Стремительному. Следуйте до седьмого фарватера и сворачивайте в Ломоносовскую гавань. Повторяю...
Были бы фуражки, мы бы их в воздух подкинули. Мы принялись счастливо обниматься и поздравлять друг друга со вторым, а то и третьим за этот вечер, рождением. Ликовали мы недолго, скорость снизилась, а капитан хмыкнул:
— Так, мамзельки, фарватер в трех километрах от острова, я приглушил ход, но времени у вас мало. Как пройдем Кроншлот, будьте готовы сигать. У вас полчаса, может чуть больше.
Глеб на секунду растерялся, словно забыл зачем мы вообще сюда явились. Наступившее облегчение тут же сменилось новой тревогой. И мы рванули под палубу, облачаться в подводную амуницию.
В усмиренном дамбой заливе не так нещадно шатало и после шторма это уже казалось ровной землей. Примчался Карл с горящими глазами и перепачканный сажей. Вот кому, а здоровяку наша прогулка пришлась по вкусу.
К моменту, когда Жорж подал сигнал, мы уже молчаливо сидели на корме в полной готовности. Глеб как раз перепроверил баллоны с кислородом и сцепку, когда мотор заглох.
Нас скрывала темнота. Капитан вырубил почти все огни, оставив только передний, над головой стояла непроглядная чернота, молнии ушли на юг, а поднимать вертушки в такую погоду ради одного безумного старика никто не стал.
Знак и мы один за одним с бульканьем попрыгали за борт, погружаясь в воду. Остался только совсем слабый свет небольшого экрана устройства, закрепленного на руке. Эхолот, навигатор и маячок с отметками остальных. Чудо-техника вела нас в абсолютной тьме.
Преодолев течение глубокого фарватера, мы вышли на малую глубину и устремились к цели, как стая рыб. Шли кучно, так велели инквизиторы, защищая нас от неведомой угрозы. Кто водится тут нам так и не сказали. Меньше знаешь, крепче сжимается, нда.
Под водой, несмотря на отсутствие видимости и неясную угрозу, было спокойнее. Звуки почти заглохли, превратившись в слабые шумы, волнение уменьшилось и скорее убаюкивало. Только холод пробирался даже сквозь гидрокостюм.
Мы продвигались и оставалось сотня метров, когда сквозь толщу воды в ушах замычало. Я покрутил головой, но ничего есественно не увидел. Сразу же стихия перестала казаться приятной.
Все точки на экране были на месте. Я чуть отдалил масштаб и чуть не забыл как дышать. Объект, размером с наше судно, приближался слева, перемещаясь по дну. Отметка расстояния стремительно уменьшалась, что происходит я не знал.
Впереди вспыхнуло, кратко и неярко. Печать. За этим последовал утробный звук, будто кита поимели торпедой. Точки заметались, я направился к той, что начала отставать и уходить с курса, Герману.
На графа я наткнулся, выставив руки вперед. Он задергался и с перепугу пошел на дно, не сообразив что его схватило. Пришлось подхватывать его и приближаться вплотную. Из-за маски на меня уставились огромные глаза. Герман начал усиленно подавать знаки, проводя рукой по горлу.
Я мотал головой, посматривая на экран. Здоровенная хрень, кем бы она не была, пропала. И слава яйцам, что не видно ничего. Инквизиторы справились, а это главное.
Махнув рукой графу следовать за собой, я для убедительности протащил его пару метров, пока он не сделал знак, что сам может плыть. Паника под водой страшная штука, кислород улетает с бешеной скоростью, ты теряешься в пространстве, цепенеешь и идешь на дно.
Судя по отметкам остальные были в порядке и продолжили движение к отмеченным координатам.
Жаль конечно, что мы оказались под водой без связи, но переговоры могли перехватить. Одно дело непонятные звуки, да ещё и в шторм, а другое — человеческая речь.
Когда мы добрались до своих, то те уже разведали, что на поверхности. Глеб показал большой палец и знак вверх. Вынырнул я с ещё одним облегчением. Ночная водная стихия не очень мне понравилась. Даже с учетом того, что мы среди цивилизации, жутковато там было. Никогда не было у меня фобии, но и таких водных приключений тоже.
Пожалуй, в ближайшее время воздержусь от морских прогулок.
Берег был в тени. Кустарник спускался прямо к воде и прикрывал нас от луча маяка, стоявшего рядом. Наши головы болтались на водной глади, как поплавки и раздавался тревожный шепот.
— Что это было такое? — Семён старался скрыть кашель, давясь им.
— Отогнали, не дрейфь, — успокаивал его наставник, поочередно приближаясь к каждому и проверяя состояние. — Ну, все готовы? Ноги там, руки, не свело?
Выяснив, что ничего не свело и не откусило, он хлопнул по спине Карла. Тот дождался, пока луч уйдет в сторону и ловко выпрыгнул, шустро перебежав короткое открытое пространство.
За небольшим участком, усыпанным камнями, находились заросли повыше, а за ними маячила полуразрушенная стена. Крайне удачное место для высадки, хоть и не одно такое. Меня удивляло, что тут нет ни охраны, ни датчиков хоть каких простых. Это подтверждали снимки и показания устройства, которым мы просканировали весь берег, едва поднявшись на поверхность.
Не верил я в такое везение, пусть и отчаянно хотел. Безалаберность была неудивительна и для моего мира. Возможно имперцы действительно так уверены в своей неприкосновенности, что им и в голову не приходит подобное.
Я бы на их месте всё тут обложил...
Следом за Карлом вышел Крот, потом Семён, Герман и я. Хотелось припасть к земле, как только я выскочил из воды, но времени не было. Короткая перебежка, хруст камней под ногами, холодящий мокрое лицо порывистый ветер и я в тени деревьев.
Видно было не очень, но
