class="p1">— Нет, господин.
— Одним они пользуются, а второй приберегают как путь отхода в случае смертельной опасности. О! Эти твари умны, как и люди. Иногда мне кажется, что в них есть часть души бога Сутеха! Для охоты на них нужно иметь настоящее мужество! Я покажу тебе, если сегодня у нас будет такая возможность.
И Тети показал Эбане свое умение. Вскоре они увидели большого крокодила в зарослях. Египтянин был поражен мужеством наместника. Он как воин мог оценить искусство охотника…
* * *
Затем они пристали к берегу и для Тети были накрыты столы с яствами. Наместник пил вино с новыми солдатами и задавал вопросы:
— Ты готов сражаться на моей стороне? — спросил он Нола. — Ведь тебе придется править лошадьми моей колесницы. А я всегда поражаю врагов!
— Я готов, господин! Для того я и прибыл наняться в твое войско! — ответил колесничий.
— Но отчего ты пришел именно ко мне? Отчего не к Камосу?
— А чем я обязан Камосу и его фиванским вельможам? Что мне до их богов? Я служу сильному, ибо так хочу.
— А ты? — Тети внимательно посмотрел на Эбану. — Ты ведь не такой как он.
— Я наёмник, мой господин! — ответил Эбана.
— Но ты не такой наемник как Нол. Я вижу это по тебе.
Эбана отметил про себя, что принц гиксов умен. И ему нужно дать ответ.
— Мой господин проницателен! Но мне пришлось покинуть армию фараона Юга. А поскольку ничего иного я не умею, то должен наняться в армию. А здесь твое войско самое лучшее.
— Ну а если царь Камос снова призовет тебя?
— Может ли владыка Юга вспомнить обо мне?
— Но я заметил тебя в первый день нашего знакомства. Мог ли царь Юга не заметить твоих талантов? Не могу в это поверить. Он формирует армию и солдаты ему нужны.
— Что мне сказать, мой господин? — Эбана старался сохранять спокойствие. — Мне просто не повезло при фараоне Юга.
Больше Тети не стал приставать к Эбане с вопросами. Но зато князь Хиан обратил внимание на слова наместника крепости Неферуси (Гнезда Азиатов)…
* * *
Хиан указал своему человеку на Эбану.
— Видишь этого египтянина?
— Да, мой господин.
— Проследи за ним. Я должен знать, куда он ходит и с кем встречается.
— Моему господину этот египтянин не нравится? — спросил слуга. — Тогда зачем за ним следить? Я могу поступить с ним как в прошлый раз. Он исчезнет, и мой господин более про него не услышит.
— Сейчас этого делать нельзя. Вдруг наместник узнает? Я не могу рисковать. В прошлый раз ты обделал все не слишком чисто.
— Но…
— Я сказал только следить. Не причинять ему никакого вреда! Его убрать можно и устами наместника, когда он сам отдаст приказ…
* * *
Авар. Цитадель великого Гика.
Великий жрец бога Апопа выждал некоторое время. Он понимал, что достаточно малейшего препятствия, и его рискованный план рухнет. Но решил идти до конца.
Апопи II обратил внимание на своего сына. Он подозвал Хамуду к трону.
— Я рад, сын мой, что ты, наконец, стал исполнять мои повеления!
Царь намекнул на египетское одеяние принца-наследника. Придворные из египтян одобрительно зашумели. Они стали хватить мудрость царя, его тонкий вкус и назвали Апопи покровителем искусств.
— Это достойно моего сына и наследника! — продолжил Апопи. — Все в этом царстве должно идти по моей воле, ибо я выполняю волю богов. А те, кто идет против меня, не понимают того, чего желают боги, и они ведут наше царство к гибели!
Придворные закричали:
— Слово и воля царя!
— Да живет вечно царь Севесер-ни-Ра!
— Внимание и повиновение словам царя!
Царь сошел со своего трона и спустился к придворным. Он решил почтить князя Ваджеда личной встречей. Это был знак большой милости.
— Я встречу моего друга князя Ваджеда внизу, ибо князь заслужил мое внимание и одобрение!
— Слово и воля царя!
Жрец Апопа понял, что еще не время. И решил задержать владыку:
— Великий государь!
Апопи с неудовольствием посмотрел на жреца великого змея.
— Великий царь! Позволь своему слуге, служителю культа Великого змея, сказать!
— Говори, почтенный жрец!
— В храме Апопа по вечерам слушаться непонятные стоны! Это говорит о большом недовольстве божества, мой государь!
Апопи ответил:
— Мы постараемся умилостивить Великого змея, почтенный жрец! А сейчас мне нужно идти, ибо верный мой слуга Ваджед ждёт! А я не могу заставлять его ждать! О твоем храме мы станем говорить потом.
— Да и правильно ли все понял почтенный жрец? — спросил жрец Маахеса. — Стоны могут показывать на недовольство божества своими служителями! Могут ли боги быть недовольны царем?
Апопи кивнул жрецу Маахеса и последовал к выходу из зала. За ним пристраивались вельможи, жрецы, офицеры армии великого гика. Но солдаты охраны оставались стоять на месте. Они в выходе царя не участвовали. И именно на этом и построил свой рискованный план великий жрец бога Апопа.
Царь вышел из дворца. Князь Ваджед должен был ждать его у носилок. Так требовал этикет. Но князь сидел внутри, и это вызвало всеобщее недоумение.
— Что такое? — тихо спросил царь распорядителя приемов.
— Князь не вышел из носилок, мой государь. И я не могу понять отчего. Прикажешь мне пойти и…
— Нет, нет, — сказал царь. — Не стоит. Я сам подойду к Ваджеду. Он заслужил это.
Великий жрец Апопа один обратил внимание на кровавые пятна на белом песке, которым была посыпана дорожка. Остальные смотрели только на носилки.
Царь пошел навстречу своему другу Ваджеду. Придворные по этикету не последовали за ним. Они стояли на месте. Апопи приблизился к носилкам и одернул занавесь.
Ваджед был мертв. Его горло перерезано, и его богатая одежда залита кровью. Вот отчего он не почтил своего царя, и не вышел из носилок. Он просто не мог этого сделать!
Апопи задернул занавесь и резко обернулся. Он оглядел слуг Ваджеда, что стояли вокруг. Он не мог понять, что это значит? Кто так посмел подшутить над ним? И кто поднял руку на князя Ваджеда? Кто мог осмелиться на подобное? И отчего слуги не защитили своего господина?
* * *
Царь замер на месте и положил руку на меч. Но слуги, вернее те, кто был одет в накидки, как слуги Ваджеда, опередили его. Они достали свои кинжалы и кинулись на Апопи Второго. Жрецы бога Великого змея не знали жалости к своему врагу.
Каждый ударил несколько раз, и тело повелителя гиксов превратилось в кровавое месиво. Придворные и военачальники, что стояли в отдалении, замерли на месте и ничего
