Когда к Арику подошёл Мэтью, я не на шутку встревожилась. В последний раз я слышала, что Мэтью нарушил какую-то договорённость, заключенную между ними. Но они со Смертью говорили спокойно. Что они могли обсуждать?
— Боже, Эви, что ж ты глаз-то от него не можешь оторвать?
Я опустила створку палатки и направилась к раскладушке Мэтью.
— Какая история может быть у вас со Жнецом? Вы ведь впервые встретились три месяца назад.
Я присела, скрестив руки. Они так и не перестали дрожать. Страх за Арика выбил меня из колеи.
— Мы были вместе в прошлой жизни.
— Dis-moi la vérité! Скажи мне правду!
— Я и говорю. Арканы перерождаются.
Он ошеломлённо разинул рот.
— Победитель становится бессмертным. Остальные перерождаются для каждой новой игры. Смерть победил в последних трёх и поэтому жил все это время. И у меня есть воспоминания о времени, проведённом с ним.
Взад-вперед.
— А этот ублюдок, кажется, не считает, что всё в прошлом! Ты спишь с ним?
— Ты должен понять: я думала, что между нами всё кончено.
Взгляд Джека загорелся безумием.
— Ты... спишь... с ним?
— Нет, но я была... с ним.
В ночь, когда Арик спас меня от Огена, я решилась заняться с ним сексом. Но мы не дошли до конца.
— Я не собираюсь это выслушивать! — Джек дышал часто и тяжело, словно ему не хватало воздуха.
— Я думала, что никогда больше тебя не увижу. Но не могла забыть об обещании дать тебе шанс добраться до меня. Поэтому мы не зашли настолько далеко. Я сказала ему, что собираюсь выслушать твою версию событий.
Джек опрокинул флягу и обтёрся рукавом.
— Я тут из кожи вон лезу, чтобы найти тебя, спасти, а ты чуть не трахаешься с человеком, который едва меня не убил!
— Ты даже не представляешь, каково мне было узнать о твоей лжи. Во мне словно что-то сломалось, — я ударила себя в грудь, — умерло. Я чувствовала себя преданной. Тобой. Мэтью. А потом я узнала, что в одной из прошлых игр вышла замуж за Смерть. И пыталась его отравить в нашу брачную ночь. В другой игре я снова втерлась ему в доверие и опять предала.
Джек приостановился:
— Значит, в этот раз ты была с ним из-за чувства вины?
С одной стороны, я считала это искуплением, но с другой — была потрясена нашей связью.
— Я не знаю.
— Ты вернулась, пришла за мной. Сказала, что любишь! Это что, всё чушь собачья?
— Нет! — я потерла виски. Ноющая головная боль переросла в пульсирующую мигрень.
— Ты любишь этого ублюдка?
— Он мне небезразличен. Если бы не ты, возможно любила бы. И если бы не его поступок.
— Тебе всегда нравились богатенькие, — Джек пил на ходу, ни на секунду не останавливаясь, — особы голубых кровей. Конечно, рыцарь тебе как раз под стать.
— Ты несправедлив!
— Это не укладывается в голове! Он же похитил тебя. Думаешь, он не сделает этого снова? А, может, ты сама этого хочешь?
— Он не сможет этого сделать. Я вернула свои силы
— Вот именно, он на несколько месяцев лишил тебя сил, а ты его за это вознаградила. Он пытался убить меня и твоих друзей, а ты его за это вознаградила. Черт, Эви, неужели ты забыла о верности?
— А как же насчет Селены? Забыл, что она собиралась напасть на меня в ночь, когда мы встретились? Если бы не ты, я была бы мертва. Обезглавлена.
Я уже почти забыла об этом.
— Все меняется, Джек. В определенный момент эта игра всех нас делает злодеями. Кроме того, Арик не пытался убить вас. Это Оген обрушил гору. Если бы Смерть захотел устроить нам засаду, он поступил бы так уже давно.
— Почему же он этого не сделал?
— Думаю, в глубине души он надеялся, что я не была злом. Он знал, что я бы
никогда не простила смерть кого-либо из вас. Он же мог убить вас в той пещере, но не сделал этого.
— Уверена? Ты слишком доверяешь его словам.
— Он Смерть. Убийство — его вторая натура, — а кто-то скажет, что первая, — я использовала против него весь свой арсенал, боролась как могла. Но так и не смогла победить.
— И всё равно позволила ему целовать тебя? Касаться тебя? — его голос огрубел от виски, акцент усилился. — Даже когда я решил, что потерял тебя, все равно не упал в объятия другой.
Другой. Селены. Джек говорил, что никогда не был с ней. Тем не менее, Селена призналась, что между ними «все изменилось».
— В жизни у меня было много причин для ненависти, но такой ненависти, как к Смерти, я не испытывал ни к кому, — Арик говорил о Джеке то же самое, — как мне удержаться и не убить его?
Джек был на пределе.
Я тоже. Всего неделю назад меня душил Дьявол. «Хорошее мясо», скалился он, брызгая слюной мне в лицо. Я обхватила голову руками.
— Мне нужно немного притормозить, чтобы всё обдумать.
Хотела бы я, чтобы Тесс могла остановить время.
— Мы не можем позволить себе такую роскошь. Особенно теперь, когда сюда заявился этот ублюдок. К нам в лагерь залетела граната с выдернутой чекой.
В пути Джек рассказывал мне о гранатах: как только выдернешь чеку — граната тебе больше не друг.
— Что ты хочешь от меня, Эви?
— Я хочу, чтобы вы перестали враждовать. Дали мне время собраться с мыслями, — я посмотрела ему в глаза, — я прошу тебя не причинять ему вреда.
— Я не могу... не могу так, нет. Ты мне сердце на хрен вырвала! — он потер повязку. — Лишь надежда снова быть с тобой держала меня на плаву, но сейчас я даже взглянуть на тебя не могу.
— Пожалуйста, попробуй понять это…
По лагерю прокатился крик.
Замечательно. И что же Смерть натворил на этот раз?
Глава 20
Мы с Джеком выскочили на улицу и застали Арика рядом с жеребцом. Мэтью возле него не было. Джек окинул рыцаря взглядом, полным испепеляющей ненависти, но Арик смотрел только на меня, не обращая на него никакого внимания.
— Она пропала! Её похитили!
— Это Финн кричал? — спросила я.
Джек бросился к палатке Мага, я устремилась за ним.
Финн сидел на своей койке, а рядом с ним и Мэтью. В тусклом свете трудно было сказать, кто из них выглядел хуже. Сразу после нас прибежали Габриэль, Джоуль и Тесс.
— Что произошло, podna? — спросил у Финна Джек. — Объясни толком.
— Селену похитили! Двое солдат. Когда я вошел, один из них что-то ей вколол. Другой подкрался сзади и вырубил меня. Я только пришёл в себя.
Габриэль расправил крылья.
— Но как они выбрались из форта?
— Вот именно, — произнёс озадаченно Финн.
— Мы подозревали, что в лагере есть предатели, — Джек грязно выругался на французском, — как давно это случилось?
