искусствами, которые так обожал в молодости.
— Этот проект опасен!
Джефф так и подскочил.
— Почему ты сразу не сказал? Но как он может быть опасен, если мы не собираемся покидать Космическое управление?
— Тут ты ошибаешься. И еще: этот проект унижает мое достоинство.
— Как может что-либо опасное унижать твое достоинство? Кроме того, у адмирала хватит достоинства на вас обоих.
— Он просит, чтобы я помог с его новым хобби — голографической съемкой. Он купил очень дорогую камеру…
— И ты боишься повредить ее?
— Разумеется, нет! Я боюсь лететь к нему домой, на Марс.
— Ого, но это же здорово! Мне всегда хотелось побывать дома у адмирала. Хотя это и не похоже на опасное приключение, но теперь я хочу отправиться с тобой.
Норби издал слабый скрежещущий звук, и половинка его головы втянулась в бочку, так что были видны лишь верхушки глаз. Робот, собранный старым манхэттенским космолетчиком из земных и инопланетных деталей, перемешанных в наиболее невероятных сочетаниях, обладал самыми необычными талантами, включая способность принимать патетичный вид.
— Это опасно, Джефф! Я слышал, что старшая сестра адмирала чрезвычайно противная и высокомерная. Больше того, один из его племянников сейчас живет там и обязательно захочет разобрать меня на запчасти.
Кадет рассмеялся:
— Не глупи, Норби. Адмирал Йоно принадлежит к одному из самых видных марсианских семейств, да и в любом случае я никому не позволю прикоснуться к тебе. Я сейчас же начинаю собираться. Конечно, мне бы хотелось позаниматься, но, когда в Академии никого нет, здесь такая скукотища! Теперь я с надеждой смотрю на предстоящие выходные.
— А я нет, — пробормотал его друг-робот.
На борту «Гордости Марса», личной мини-яхты адмирала Йоно, царила атмосфера радостного возбуждения. Норби занял место за пультом управления, а Джефф искренне восхищался новой голографической камерой и строил догадки по поводу странного фанатичного блеска в глазах адмирала.
— Остановись на полпути к Марсу, — произнес Йоно, рассеянно поглаживая гладкий чехол своей камеры.
— Мы уже на полпути, — отозвался Норби. В самом деле, перелет занял совсем немного времени, поскольку Космическое управление с Космической Академией вращались по орбите вокруг Марса.
— Хорошо. Держись на этом расстоянии. Я надену скафандр, и ты выйдешь в космос вместе со мной. Будешь снимать меня рядом с кораблем, на фоне родного Марса. Эффектный антураж, ты не находишь? А потом я вернусь на корабль, и ты снимешь, как я машу тебе рукой из иллюминатора.
Джефф улыбнулся. Йоно необыкновенно гордился иллюминатором, встроенным в борт яхты по его специальному заказу, чтобы он мог обозревать окрестности, не пользуясь смотровым экраном.
Йоно в скафандре представлял собой величественное и устрашающее зрелище. Юноша мог гордиться довольно высоким ростом для своих лет, но адмирал был гораздо выше и шире. Его лысина блестела под прозрачным шлемом. Он напевал старую песню пилотов Космического управления, пока Норби вытаскивал его наружу из воздушного шлюза.
Хотя речь робота не передавалась в космосе, Джефф мог слышать каждое слово, транслируемое по рации в скафандре Йоно. Прикасаясь к адмиралу, Норби мог общаться с ним телепатически: как и Джефф, Йоно однажды был укушен джемианской драконицей — но это совсем другая история[1].
— Сделай композицию зрелищной, если твои запутанные эмоциональные контуры вообще способны воспринять концепцию театральности. — Адмирал отпустил Норби и принял героическую позу на фоне корабля.
Джефф подумал о том, как забавно видеть маленького толстого робота с голографической камерой. Норби стабилизировал свое положение в космосе с помощью мини-антиграва, но у Йоно такого не было. В следующее мгновение адмирал начал переворачиваться вверх ногами, утратив свою героическую позу, и Джефф невольно расхохотался.
— Проклятье! — вскричал адмирал. — Норби, ты тоже перевернись, и тогда все будет в порядке!
Кадет не мог остановиться. Он так хохотал, что немного отклонился назад и его локоть случайно задел приборную панель.
«Гордость Марса» вздрогнула и понеслась прочь от Йоно к поверхности планеты. Адмирал зарычал и сделал неуклюжую попытку броситься в погоню. Джефф метнулся к пульту управления и остановил падение корабля в разреженной марсианской атмосфере, в то время как Норби стремительно подлетел к Йоно, схватил его за шлем и подтащил к воздушному шлюзу.
Снимая скафандр, адмирал неодобрительно хмурился:
— Норби, ты успел что-нибудь заснять?
— Да, сэр. Я расторопен, в отличие от некоторых. — Робот подмигнул Джеффу.
— Ладно. Во всяком случае, до беды не дошло. — Йоно снова обрел благодушное настроение. — Я уже много лет не надевал скафандр. Восхитительное ощущение. Ты когда-нибудь пробовал, Джефф?
— Да, сэр, но еще лучше без скафандра, внутри невидимого защитного поля Норби.
— Ах да, я и забыл. — Адмирал повесил свой скафандр и вошел в рубку. — А теперь мы совершим посадку на Марсе. Надеюсь, моя сестра в эти выходные работает со своим юристом. Кажется, я упоминал о ней раньше?
— Да, сэр.
— Она старше меня. Гораздо старше. В сущности, она уже пожилая дама, в то время как я нахожусь в самом расцвете лет.
— Да, сэр.
— Но если даже она окажется дома, это не имеет значения, — задумчиво продолжал Йоно, — поскольку мы там не задержимся.
— В самом деле? — разочарованно спросил Джефф. Упаковывая свою сумку, он уделил особенное внимание предметам гардероба и надеялся не уступить в элегантности членам адмиральской семьи.
— Мы будем жить на борту моей яхты. Единственная причина нашего визита на Марс заключается в том, что я хочу забрать некоторый предмет. Впрочем… — тут Йоно взглянул на часы, — у нас останется время попить чаю. Мы приедем как раз вовремя, чтобы соблюсти эту семейную традицию. Робот-дворецкий подает чай независимо от того, есть ли кто-нибудь дома. Если моя сестра сейчас там, то, пожалуй, мы не сможем пополнить наши запасы провианта, но я кое-что захватил из Космического управления, в дополнение к последней модели пищевого синтезатора, так что голодными мы не останемся.
Мысль о голоде как-то не приходила Джеффу в голову: он знал, что адмирал любит хорошо поесть.
— Если мы не останемся на Марсе, то куда же мы отправимся? — робко поинтересовался он.
— Это зависит от Норби.
— От меня, сэр?
— Да, от тебя. Как думаешь, ты сможешь придать гипердвигательные качества компьютеру «Гордости»?
— Да, сэр. Я могу превратить любой корабль в гиперскоростной, пока сижу
