как я, так не умеет? Умеет. А ты нет. Поэтому брать будем мозгами, а не грубой силой. Ну начистишь ты ему рыло сейчас. Или придушишь реально. И чего? Тебя ж, поца, и посадят. И вот тогда Нику уже никто не спасет. Потому что ты ему руки развяжешь. Она останется одна. Я не в счет. Я же с тобой поеду и буду участвовать в удушении. Вот нас вдвоем и примут. И тогда Нике абзац. Так, я отпускаю, да? А ты не бузишь. И не делаешь резких движений.
– Где ты так научился? – Юра потер руку, которую свело судорогой.
– Крав мага – военная система рукопашки. Это всё, что я вынес из Израиля. Не считая, конечно, парочки текстов из синагоги стоимостью примерно пару сотен тысяч баксов. Шучу! Не стоили они столько. Но я их всё равно за столько толкнул.
– Сказочник, – хмыкнул Юра.
– О! Сразу в себя пришел, как про бабки услышал. Слушай, может ты еврей, но сам не знаешь? Не, нормльная тема на самом деле. Какая-то из твоих бабушек увидела пейсики на Йосике и… ладно, молчу! Не нужно на меня так смотреть. Просто возьми себя в руки. Чтобы сейчас в комнату зашел, аки горлица. Веселый и беззаботный птыц! Чтобы Ника ни о чем не догадалась. Ей и так тяжело.
Юра выдохнул, хлопнул себя по щекам несколько раз, приводя эмоции в порядок.
– Готов? – спросил Арик и дал ему пару полновесных пощечин.
– Готов, – кивнул Юра, не уворачиваясь.
– Хорошо. Шевели батонами. Рота, подъем! Шабат шалом и танки наши быстры.
Ника
После работы мы пошли в номер Юры, заказали пиццу и принялись рассматривать фотографии, которые я украла у лжемужа.
– Гарик и Лера, значит, – уточнил Арик. – Ну теперь мы хотя бы знаем, что ты точно не ошиблась. И это сто пудов не твой муж.
– А что до этого были сомнения? – спросил Юра.
– У меня нет, – Арик подцепил из картонной коробки кусок пиццы. – Ника колебалась, и я ее понимаю.
– Ребята, вы лучше их так не называйте, – попросила я.
– В смысле? – не понял Юра.
– Гариком и Лерой не называйте. Иначе я могу случайно оговориться. Давайте по старой схеме: Род, он же инкогнито, он же лжемуж, и Аня.
– Это правильно, – одобрил Арик. – Сапёр ошибается только один раз. Так что лучше не рисковать.
– Еще есть какая-то Ариадна, – напомнила я.
– Нам бы знать, кто это, – Юра задумчиво надорвал картонную коробку.
– Она, по их мнению, ангел. А я бес. Но она тоже творческая натура, – объяснила я.
– Не слушай ты их, – поморщился Юра. – Парочка аферистов, и еще смеют кого-то судить. Пока что они пробрались в твой дом, а не наоборот.
– Ариадна, – хмыкнул Арик. – Сплошная мифология вокруг. Ничего себе имечко! Интересно: настоящее или просто интернет-ник? Вы вообще когда-нибудь видели живых людей с именем Ариадна?
– Скорее в старшем поколении, – задумчиво ответил Юра. – Среди молодежи точно нет. Если бы я писал сценарий, то назвал бы так женщину лет пятидесяти, не меньше. Сейчас в моде совсем другие имена.
– Она вполне может быть нашей ровесницей, – возразила я. – Лет тридцать назад могли так назвать девочку.
– Ну не знаю, – почесал в затылке Арик. – У меня есть пара мыслей насчет числа 314.
– Озвучь, – предложил Юра.
– Давай после. Хочу кое-что проверить для начала. Не ошибся ли. Ник, ты какие-то локации на фото узнала?
– Да, – ответила я. – Кладбище Кампо Верано. Мы там были с Родей. Рядом потрясающая церковь Сан-Лоренцо-фуори-ле-Мура или базилика Святого Лаврентия. Неподалеку есть древнехристианские катакомбы. Мы хотели их осмотреть, но нас не пустили. Сказали, что закрыто на реставрацию, причем очень давно.
– Кладбище действующее? – поинтересовался Арик.
– Нет, скорее это достопримечательность. Там точно не хоронят. Только экскурсии водят. А что?
– Нет. Ничего. Просто спросил, – он взял еще один кусок пиццы. – Давайте-ка туда съездим, оглядимся. А потом я вам расскажу, что думаю о числе 314.
– А нельзя прямо сейчас рассказать? – спросила я.
– Пока не буду. Нужно кое-что еще сообразить.
– Мне кажется, что это вообще число Пи, – Юра встал. – Только точка пропущена.
– Не согласен, – возразил Арик. – В числе 11:11 точки были на месте. С чего бы сейчас их терять? Нет, народ, это скорее 314, а не число Пи.
– Ник, ты вообще в состоянии сейчас ехать куда-то? – Юра погладил меня по волосам. – Может, мы уйдем, а ты просто спокойно поспишь? Тебе бы отдохнуть. Такое потрясение пережила.
– Нет, спасибо. Мне сейчас нужно куда-то мчаться и что-то делать. Иначе с ума сойду, – я встала. – Давайте поедем.
Мы приехали на кладбище, прошли через ворота и нерешительно остановились. Кладбище было огромным.
– Налево или направо? – спросил Юра.
– Налево, – уверенно ответил Арик. – Обратите внимание – он махнул в сторону указателя, – кладбище разделено на две части: христианская и еврейская. Давайте сразу на еврейскую.
– Почему? – не поняла я.
– Потому что Метатрон с царем Соломоном не были славянами, извини, дорогая. Это во-первых. И все подсказки как раз таки связаны с иудейской эзотерикой. Пока что. Во-вторых, есть у меня мыслишки насчет числа 314. А там четко иудейская тема. Просто проверить хочу кое-что. А потом всё расскажу.
Мы прошли вглубь кладбища и уперлись в железные заграждения. Массивные и сплошные. Такие не ставят ради галочки. А тогда, когда, действительно, хотят закрыть участок.
Арик перелез через заграждение. Я остановилась в нерешительности. Как назло надела узкую юбку. В такой очень сложно поднять ногу. Юра без слов понял меня и взял на руки. Осторожно перенес через заграждение, прижавшись щекой.
– Прости, – в его голосе прозвучали нотки смущения и волнения.
– Ничего, – ответила я.
Мне так спокойно стало в его объятиях! На минуту он прижал меня к себе, и я услышала, как бьется его сердце. Он так волновался! Столько трепета было в его больших и сильных руках!
– Эй, вы! Остановитесь! – от резкого окрика по-итальянски я вздрогнула. – Немедленно вернитесь! – к нам бежал, размахивая руками, какой-то мужчина. Высокий, очень большой, но не полный, он так сильно хромал, что буквально переваливался с боку на бок. И я автоматически отметила, что его мне будет легко узнать. Одна нога у него была сильно короче другой. А еще у него была странная прическа. Сверху волосы были, как пакля, словно обгоревшие. А внизу они были собраны в небольшой хвост.
– Чего он хочет, Ник? Ты вроде по-ихнему малость шпрехаешь? – спросил Арик.
– Мы просто хотели посмотреть, – сказала я по-итальянски. – В чем проблема?
– В том, что если закрыто, то нельзя. Я
