время и находясь в подчинении, я прекрасно представлял, что он устроит, дорвавшись до власти. Понимая, что нас просто так не отпустят, я инсценировал сильный кашель и смог стащить со стола скрепку и сунуть ее в рот. Тут вошел лейтенант и приказал нам следовать за ним, солдаты, охранявшие нас, направили на нас карабины, и отвели нас в камеру. Здесь нас повалили на землю, скрутили и приковали к специальным кольцам наручниками. А когда они ушли…
- А когда они ушли, - продолжил Шухер, - Ванька передал мне скрепку, остальное было делом техники. Вскоре я всех освободил и, собирался было заняться замком камеры, как вдруг в нее вставили ключ…
- Парни заняли свои места, а я не успел, поэтому спрятался за дверью, - подхватил Матвей. – Дверь распахнулась и вошел комендант. Видимо они не часто содержали пленных, потому как пренебрегли простейшими правилами безопасности. Во-первых, они не посмотрели в глазок и не оценили ситуацию, во-вторых, комендант, не дав глазам привыкнуть, слишком далеко зашел в камеру, в-третьих, конвой состоял всего из двух человек, и они подошли слишком близко к двери. Я, дав коменданту пройти, выскочил из проема и, схватив их за грудки, опрокинулся назад и рывком швырнул их на коменданта, они втроем повалились на пол, ну а парни быстренько их вырубили.
- Патрон и Пистон переоделись в форму конвойных. Мы привели в чувство коменданта и он, сообщая всем, что ведет нас к генералу, привел нас сюда, - закончил Васька. - Остальное ты знаешь.
- Все ясно, нам в очередной раз повезло. Пока госпожа удача не разочаровалась в нас, нам нужно научиться не попадать в такие передряги.
- Матвей, переодевайся в форму охранника генерала, – засуетился Васька. - Паук, кончай генерала, Патрон и Пистон проверяют выход, Шухер – на тебе комендант.
Генерал опят завизжал, увидев нож, но его крик тут же прервался. Олег вытащил нож из сердца бывшего генерала и вытер его о его же мундир.
- Слишком легкая смерть, для такого садиста, - пробормотал комендант.
- Что ты сказал? – переспросил я.
- Этот гад любил издеваться над людьми. Всех, кто проявлял малейшее неподчинение, хватали и бросали сюда, в пыточную. Через два-три дня отсюда выносили мычащее и скулящее мясо, которое выбрасывали наружу.
- Вот гад, - процедил Васька.
- А есть ли сейчас тут жертвы?
- Не знаю, он не распространялся о своих игрушках. Можно посмотреть по камерам.
- Командир, у нас нет на это времени, - встрял Стас.
- Знаю… Черт, что с ними будет? – обратился я к коменданту.
- Да кому они теперь нужны? Выпустят и отправят по домам, если будет кого. Не думаю, что здесь больше одного заключенного. Свои развлечения генерал не афишировал. Я о них знаю лишь от того что комендантом работаю и должен все знать.
- Командир, а с этим что делать? – отвлек меня Матвей, указывая на огромное пятно крови в районе ворота.
Я задумался, но тут опять помог комендант.
- Да ничего не делай. Амбалы из личной охраны генерала часто выходят отсюда в кровище, ты только руки еще в ней выпачкай, да рожу посвирепее сострой, на тебя и смотреть будут бояться.
- Хорошая идея, - согласился я, - спасибо.
- Мы готовы, - доложил Васька.
- Выступаем.
Первыми, изображая конвой, вышли Патрон и Пистон, за ними комендант.
- Да товарищ генерал, так точно товарищ генерал, - лепетал он в сторону камеры.
Следом вышел я, меня под руки «несли» Васька и Олег, следом шел Стас с Ванькой, а замыкал Матвей, поигрывающий мышцами и корчивший страшные рожи.
Дежурный офицер и еще два конвойных вскочили и отдали честь, они таращили глаза, боясь пошевелиться. Близнецы, зайдя за спины конвойных, одновременно обрушили на их затылки приклады карабинов, а Матвей мощным хуком вырубил офицера. Переодевшись, мы стали отделением конвоя под командованием коменданта, сопровождающего пленных – меня и Ваньку. Все-таки побои на моем лице и кровь на куртке и тельняшке Матвея было не смыть, да и формы на всех не хватало.
Мы уже собирались вступать, как вдруг раздался тонкий голосок:
- Помогите!!
- Кто там? – спросил я у коменданта, но он пожал плечами.
- Васька, проверь.
Тот подхватил со стола ключи и вскоре отпер камеру. Он распахнул дверь и отошел. А из камеры вышла тоненькая девушка, ее лицо закрывала копна длинных, спутанных, немытых волос, а тело покрывала какая-то грязная тряпка.
- Ты кто? – спросил я ее.
- Меня зовут Таня, - ответила она.
- Погоди. Ты та девчонка, официантка, из пищеблока? Так вот ты куда пропала.
Девушка прижала исхудавшие ладони к глазам и ее плечи затряслись.
- Успокойся, теперь ты свободна, можешь идти домой, - сказал я.
- Нет, не хочу, не могу.
- Ты не поняла. Генерал мертв - он тебя больше не обидит.
- Это вы не понимаете. Это отец меня продал этой сволочи. Мне некуда теперь идти.
- Не фига себе, - присвистнул Васька.
- И что же теперь делать? - растерялся я.
- Возьмите меня с собой.
- Куда? – еще больше удивился я.
- Куда угодно, я слышала, что вы не местные. Заберите меня с собой. Пожалуйста.
Она подняла на меня свои огромные лазурные глаза, и я утонул. Все было уже решено, я никуда от нее теперь не денусь. Умница Васька все прекрасно понял.
- Все парни, вперед, мы и так задержались, - скомандовал он, а я все не мог оторваться от девушки.
- Митька, - шепнул он мне на ухо, - хватай ее скорее, да пошли быстрее. О как, стихами заговорил.
Я тряхнул головой и последовал его совету – схватил ее за руку и потащил за собой.
Быстрым шагом мы шли по коридорам, ведомые комендантом. Ясное дело мы не очень ему доверяли, но с другой стороны он не давал нам повода усомниться в его честности. Казалось, он действительно недоволен бывшим руководством, и в его интересах было помочь нам. Вскоре мы подошли к комплексу помещений перед выходом из бункера, здесь была караулка, оружейная комната, комната для хранения химзащиты, склад временного хранения вещей, душевые обеззараживания и собственно шлюз.
- Будем прорываться, - сказал Васька, выглянув из-за угла, их там всего шестеро.
- Ненужно, - возразил комендант. – Давайте так... вас пятеро в нашей форме, включая офицера, вполне
