салатом из помидоров, перчика и еще чего-нибудь убойного, чем он сам пытался меня отравить. Не зря я от него шарахался, видать, печенкой чуял, что скрывалось под маской светлейшего и добрейшего заклинателя.
Пока я в мечтах о том, как отбираю веер и заталкиваю салат в чужую глотку, кромсал помидор с перцем себе в тарелку, Байгал величественным взмахом голубого рукава отправил Шону и Ганджура делать навес для ночлега и сразу же пристал с вопросами:
– А зачем вам в Чан? А чего вы там забыли? А какой ногой наступите завтра с утра на мостовую?
Нет, конечно, это я преувеличил. Вопросы были куда как более цветистыми, но общий наглый, бесцеремонный тон на самой грани приличий, определенно тем же. Просто мой мозг предпочел отстраниться от щебета заклинателя, а желудок так и вовсе был больше заинтересован в рисовой каше, чем в каких бы то ни было разговорах. Отвечал Октай, и он делал это с таким непробиваемым спокойствием, каким может обладать лишь столетний проповедник.
Байгал переговаривался с ним, сыпал непонятными мне шутками, явно пытался вывести на эмоции с жадностью голодного упыря и в результате так увлекся, что напрочь забыл обо мне. Я успел и попить чаю, и поесть, закидывая в рот вместе с кашей куски помидоров, отчего учеников забавно перекосило.
– Не желаете ли чаю? – вежливо спросил я их и улыбнулся.
У бедняг чуть нервный тик не вылез от моей улыбки. Похоже, они подумали, что я могу в отместку отравить их. Но дружный поклон и ответ были исключительно вежливыми, даже чуть подобострастными:
– Благодарим за приглашение к трапезе, Господин, но мы вынуждены отказаться – мы уже приняли обет.
– В таком случае составьте мне компанию, пока ваш учитель развлекается с моим другом, – предложил я, похлопав рядом с собой по стволу, и едва удержал злодейский смех – до того несчастными стали мордашки у парней.
Оба присели так осторожно и аккуратно, словно боялись, что я дыхну на них огнем и оставлю две кучки пепла. Эх, был бы я еще настоящим Господином Горных Недр, вообще настала б красота, а так…
– И прошу, зовите меня Тэхон, – сказал я, собирая лепешкой остатки помидорного сока. – Я всё-таки путешествую инкогнито… В смысле, тайно.
Шона и Ганджур переглянулись, поперемигивались с загадочным видом и немного приободрились:
– А вы, уважаемый Тэхон, на самом деле враждуете с… – Шона (или Ганджур?) понизил голос и почти беззвучно произнес: – Повелителем Насекомых?
Я призвал все свои способности, чтобы не закатить глаза. Вот ушел же из города! И даже специально сказал всем, что просто иду мимо, а они всё равно придумали историю! Как же мало надо людям, чтобы сочинить миф. Уверен, через сотню лет историки откопают в архивах Цагана целый свиток, повествующий об эпической битве Господина Горных Недр с тремя десятками демонов, которых разогнали бесстрашные заклинатели. Н-да… Что поделать, интернета нет, общественных библиотек нет, из развлечений только театр для господ и уличные артисты. Лихие нулевые – каждый развлекается как может.
– С чего вы взяли, что я с кем-то враждую?
Шона и Ганджур дружно покивали, сделав заговорщические лица, и покосились на порхающую неподалеку бабочку.
– Конечно, Госпо… уважаемый Тэхон. Вы просто проходили мимо и никаких ссор ни с кем не имеете, – сказали они и старательно сделали вид, что поверили в мою легенду.
Черт, ну вот эти двое явно не братья, а если и родня, то очень далекая. Но такой синхронностью даже идентичные близнецы зачастую похвастаться не могут! Будь на моем месте кто-то иной, то наверняка впечатлился бы и подумал либо о проклятии, либо о благословении – парочка слишком хорошо чувствовала друг друга.
А энергетический вампир в лице Байгала тем временем потихоньку выдыхался, каждый раз натыкаясь на пуленепробиваемое спокойствие жреца. Я даже заслушался последним выпадом:
– …Всё же вам, должно быть, было ужасно скучно в Гургани. Конечно, обустройство долгожданного храма Нищего принца и рядом не стоит с дорогой, полной приключений и новых удивительных знакомств! Ваш бог настолько одарил вас благословением, что вместе с благодатью передал и часть своей любви к путешествиям в компании первых встречных? – по самой грани между учтивостью и оскорблением прошелся Байгал.
– Нищий принц необыкновенно щедр и покровительствует всем странникам, не делая никаких различий, – парировал Октай с безмятежной улыбкой. – И, как его жрец, я изо всех сил соответствую идеалу, молясь в истинном храме моего бога: в пути.
Не получив долгожданной подпитки, Байгал взмахнул веером и поджал губы.
– Октай, может, тебе стоит промочить горло и поесть?
От моего вопроса оба вздрогнули и замолчали, как мне показалось, даже с некоторым разочарованием.
– И правда, – Октай взял из моих рук тарелку с рисом, одарил ласковой улыбкой и подсел под бок.
Байгал помахал веером, навернул круг по поляне, придрался к навесу, заставил учеников его переделать, подошел ко мне, но я его опередил:
– Ты догнал меня, чтобы выплатить компенсацию за моральный ущерб?
– Чего выплатить?! – округлились глаза у него. – Какую компенсацию?
– Ты пытался отравить меня! Два раза! – сдерживая смех, сказал я. – Как у тебя рука поднялась на бедного раненого певца? Я же не сделал ничего плохого, посуду не бил, не распевал пьяные песни, говорил «спасибо» и «пожалуйста» и даже денег заплатил Лянхуа за его старания! Я, конечно, хотел тебе заплатить за доброту… но твоя пародия на лечение убила мой благой порыв на корню!
Байгал вздернул нос и вдруг выдал:
– Что ж, в таком случае мой долг благородного врага требует следовать за тобой!
– О, благородная вражда – это так прекрасно! – воскликнул Октай, даже не пытаясь замаскировать ехидный тон. – Воистину, Тэхон, тебя ждут легендарные дела! Каждый известный деятель начинал с того, что заводил благородную вражду. Мастер Хэ – это очень-очень достойный выбор!
Байгал замолчал, недовольно набычился и, забрав учеников, демонстративно ушел на соседнюю поляну, развернул там еще более богатый навес и потом не разговаривал с нами всё утро, пока не пришла пора выдвигаться в Чан.
Глава 11
Байгал всю дорогу держался чуть поодаль, демонстративно общаясь лишь с учениками. Видимо, думал, что он так наказывает. Странный человек.
Я понимал концепцию благородной вражды. Это конкуренция, желание превзойти и победить, но не любыми методами, нет! Ударить в спину, когда твой противник упал не в бою с тобой, – это западло, потому что важна именно честная победа! В ряде случаев такому врагу и помочь не стыдно, и объединиться с ним, потому что один благородный враг стоит десятка хороших друзей. Такой человек знает о всех твоих
