А теперь следовало подумать, с чего же начать поиски нужной палаты. Просто вламываться к отдыхающим пациентам и требовать их представиться казалось не очень дальновидной затеей. Мало ли, с какими диагнозами тут некоторые люди могут лежать?..
— Надеюсь, Алекс тоже времени зря терять не будет, — вздохнув, упер мужчина руки в бока и крепко так призадумался.
Судя по плану эвакуации, палат на этаже три десятка. Логично было бы начать с комнаты отдыха, расположенной между двумя крыльями и в цвет поинтересоваться у случайно встреченных пациентов, не знакомы ли они с госпожой На. В конце концов, даже если они решат сдать любопытного уборщика, кто им на слово-то поверит?
— Здравствуйте, — неожиданно раздался за спиной детектива тихий женский голос, и мужчина медленно обернулся, будучи уже морально подготовленный к причудам проживающего здесь контингента.
Но позади него, склонив голову набок, стояла лишь одна-единственная пациентка — молоденькая девушка лет восемнадцати на вид в белой пижаме. Крашенные светлые волосы незнакомки были заплетены в две жиденькие косички, а озадаченный взгляд направлен на лейтенанта.
— П-привет? — немного растерялся Джинхёк, застыв на месте и ожидая, чего же она такого выкинуть может.
Тишина в коридоре воцарилась ненадолго, а уголки губ девушки плавно поползли вверх.
— А вы красивый, — безо всякого стеснения заявила она.
— С-спасибо.
— Пришли прибраться в туалете?
— Ну-у-у, вроде того… — неуверенно скосил мужчина взгляд на дверь, приближаться к которой у него не было никакого желания.
Впрочем, его ответ незнакомку не удовлетворил, и восвояси она не ушла. Напротив, улыбнулась еще шире, продолжая пожирать лейтенанта глазами.
— А как вас зовут? — наконец вновь открыла девушка рот.
— Э-э-э… — Текущее окружение вообще не давало Джинхёку никаких подсказок. Да и пустой белый коридор в принципе не располагал к играм воображения. — Меня зовут… Хёк Кёнджин.
— Красивое! — искренне восхитилась пациентка. — А меня — Чэ Йонг. Это означает, что я любопытная и смелая.
«Любопытная — не то слово…» — пронеслось в мыслях детектива, понимающего, что избавиться от нее теперь будет не так-то просто.
Хотя, с другой стороны, зачем от нее избавляться? Велика была вероятность, что она как раз таки и приведет его к госпоже На. Стоило ли воспользоваться такой удобной возможностью? Определенно.
— Вообще-то перед уборкой туалета мне нужно прибраться в палате госпожи На Сольхи, но я здесь новенький, так что где ее палата — понятия не имею… — состроил Джинхёк скорбную мину. — Может, ты мне подскажешь?
Тогда девушка склонила голову на противоположный бок и сложила губки трубочкой.
— Госпожа На Сольха? Хм-м-м… Госпожа-а-а На… Сольха-а-а…
Чтобы не спугнуть удачу, детектив даже дыхание затаил. Каждая мышца в его теле напряглась, не говоря уже о натянутых тонкими струнами нервах.
Минута, две… Пауза между ними затягивалась, и Джинхёк непроизвольно сглотнул вязкую слюну.
— Госпожа На Сольха! Точно! — победно вскинула девчонка указательный палец. — Разумеется, я знаю эту милую бабулю! И даже могу вас к ней проводить.
Что ж, томительное ожидание того стоило. У лейтенанта аж от сердца отлегло, и он расслабленно выдохнул.
— Можешь не утруждаться, — с улыбкой мотнул Джинхёк головой. — Просто скажи мне номер ее палаты.
— Проводить такого красавчика, как ты, мне будет только в радость, — заверила его юная пациентка. — Она недалеко совсем. Пойдем, я покажу!
Чуть ли не вприпрыжку девушка повела за собой мужчину дальше по коридору, однако спустя несколько шагов резко притормозила, а затем так же резко ни с того ни с сего принялась прыгать на одной ноге, отчетливо ведя счет прыжкам вслух:
— Раз, два, три, четыре…
— Т-ты что это делаешь? — осторожно поинтересовался у нее Джинхёк прыжке на двадцатом.
— Если не прыгну пятьдесят раз, то на клинику упадет метеорит! — буквально на одном дыхании протараторила она, а после вернулась к тому, на чем остановилась: — .. двадцать два, двадцать три, двадцать четыре…
Всё, что оставалось детективу, просто стоять и наблюдать за острыми проявлениями обсессивно-компульсивного расстройства, с которым Чэ Йонг, судя по всему, и упекли в психиатрическую клинику.
— А теперь еще пятьдесят раз на второй! — в завершающем прыжке поменяла девушка ногу. — Раз, два, три, четыре…
— Твою… мать, — плотно стиснув челюсти от бессилия, прошипел лейтенант под нос.
* * *
Тело работницы архива я усадил на пол за последним из стеллажей. Более укромного места в кабинете найти не удалось, поэтому рассчитывал на то, что в ближайшее время сюда никто не сунется.
Ну а теперь пришла пора приступить к главному…
Связку маленьких ключиков я заприметил на рабочем столе. К замкам шкафа-картотеки они подходили идеально, а искомую папку со сведениями о На Сольхе я вынул уже из третьего по счету шкафчика.
Номер палаты, к счастью, был указан на первой же странице. Долго его искать не пришлось, но, пользуясь удобным случаем, бегло пробежался глазами по всем строчкам с информацией о нашей пациентке.
Отдельного внимания заслуживали диагноз пациентки с формулировкой на добрую половину страницы, а также размашистый прочерк в графе родственников. Само собой, Джу Минхо могли вычеркнуть из базы по причине «смерти», поэтому на всякий случай проверил еще парочку папок с престарелыми пациентами. Интересно… Ведь там в числе родственников числились и отцы, и матери, которых больные деды и бабули лет под семьдесят пережить никак не смогли бы. Подделка документов тут налицо, хотя даже это еще цветочки…
Кроме того, в папке присутствовали и документы, относящиеся к принудительной госпитализации Сольхи: направление от психиатра, постановление суда, заявления потерпевшей стороны. Довольно качественно сделанные, но всё же копии. Тогда где и у кого хранятся оригиналы? Почему они не здесь, как, например, у остальных пациентов, оказавшихся в схожей ситуации? На этот раз вопросы, скорее, риторические…
Сфотографировал всё содержимое папки на камеру смартфона. Пригодится в ходе официального расследования, если администрация клиники примет решение избавиться от доказательств. После чего отыскал в верхнем шкафчике ключи от архива с соответствующей биркой, вышел из комнаты вместе с уборочным инвентарем и закрыл дверь. Дубликаты ключей, наверняка, хранятся где-то еще, но выиграть немного времени таким образом можно было попробовать.
Вот теперь с относительно спокойной совестью я поспешил на третий этаж, на котором Джинхёк сейчас должен был работать над реализацией своего импровизированного плана. Хренового, честно говоря, но всё же плана.
* * *
Хвангапур, психиатрическая клиника Гонджиам, 3-й этаж.
Несколькими минутами ранее…
— … десять, одиннадцать, двенадцать… — бегло тараторила блондинка после каждого хлопка сперва по стене, а потом в ладоши.
Это был уже седьмой по счету ритуал, совершенный по пути к палате госпожи На, причем каждый из них разительно отличался от предыдущего. Объединяло их одно — цикл повторяющихся до пятидесяти раз действий и навязчивая мысль, что если девушка двинется дальше, не сделав задуманное, то с ней обязательно произойдет нечто из ряда вон выходящее. Падение метеорита, самопроизвольное возгорание, внезапное заражение с летальным исходом… Предела у ее фантазии не было, а вот терпение Джинхёка уже висело на волоске.
— Послушай, Йонг, я сейчас сам самопроизвольно возгорюсь, если мы не ускоримся, — процедил детектив сквозь зубы. — Просто скажи мне номер палаты госпожи На, и можешь колдовать тут дальше вот сколько душа пожелает.
— … семнадцать, восемнадцать, девятнадцать… — на этот раз напрочь проигнорировали его.
— Йонг! Слышишь ты меня, нет? Номер палаты! Ну неужели это так сложно⁈
— Двадцать семь.
