ее левой руке. — Отсутствие новостей — это хорошо. Если только ты не хочешь, чтобы я изменил это, учитывая, что твоя фамилия, вероятно, недолго будет Астор, и это может заставить жениха задуматься, почему ты получаешь уведомления...
— Нет... — она решительно покачала головой. — Не нужно ничего менять. Если, конечно, не появится кто-то, кому нужно знать больше, чем мне... — она перевела взгляд в сторону и медленно повернулась ко мне. — Есть кто-то, кто должен знать?
— Вот здесь, — сказал Элстон, протискиваясь через входную дверь, избавляя меня от неловкости отвечать Иззи.
— Спасибо, сержант Роуз, — ответил женский голос из-за его спины.
Голос, который я узнал. Я повернул голову в сторону двери, и мой пульс подскочил от надежды, что это действительно сработало.
Иззи бросилась бежать, и я не стал ее останавливать, пока она уворачивалась от столов и проносилась мимо Грэма. Элстон едва успел убраться с ее пути, как она бросилась на женщину.
— Серена!
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
ИЗЗИ
Остров Тайби, Джорджия
Июнь 2014 г.
— Никогда бы не подумала, что ты любишь печенье с начинкой, — сказала я, облизывая ложечку с ореховым маслом, пока мы с Нейтом бесцельно бродили по Тайби. Я убрала волосы в пучок, чтобы побороть влажность, оставив шею и плечи обнаженными для июньского солнца.
— Никогда бы не подумал, что ты любительница мороженого в десять утра, но вот мы здесь, — ответил он, сверкнув этой чертовой ямочкой. А его глаза? Да, они все еще были такими же захватывающими, как я помнила.
Мы перешли улицу, и его пальцы провели по моей пояснице, когда он поменялся со мной местами на тротуаре, подойдя ближе к дороге. Если оценивать по шкале от одного до десяти, то это было двенадцать баллов в списке самых сексуальных поступков, которые парень мог бы совершить. Что-то внутри меня перевернулось, как только я узнала его вчера вечером, и как бы мне ни хотелось вернуться к тому, кем я была вчера, я не могла, не тогда, когда у меня было необъяснимое, хаотичное, бессмысленное чувство, что я каким-то образом привязана к этому человеку. Человеку, которому я позвонила из аэропорта два часа назад, сидя на своем чемодане у дверей аэропорта, пока Марго наблюдала за мной, беспокоясь, что я окажусь на улице. Я не волновалась. Ни на секунду. Он не бросил меня в самолете и не бросил в реке. Нейт показал мне все, что я должна была знать о его характере, еще два с половиной года назад. Это также означало, что я была в ужасе от того, что моя импульсивность испортила ему день.
— Ты уверен, что я не разрушила твои планы на день? — я посмотрела на него из-за конуса мороженого. — Я не совсем рационально мыслила, когда меняла свой рейс сегодня утром. Просто я стояла там, смотрела, как другие девушки сдают свой багаж, и не смогла этого сделать... О, Боже, — лепетала я, и поток слов было не остановить. — Я не могла улететь, если был хоть малейший шанс провести с тобой еще пять минут. И я знаю, что это звучит... — я наморщила нос, — жутко. И это еще хуже, потому что я даже не удосужилась спросить, встречаешься ли ты с кем-нибудь, прошлой ночью, и кто знает? Может, у тебя есть девушка, а я только что внесла полную путаницу в твои планы...
— Иззи, — перебил он, поднимая брови под кепкой «Saint Louis Blues», касаясь рукой моего голого плеча. Черт, его прикосновение было приятным. — У меня нет девушки. Если бы была, я бы сказал тебе вчера вечером и не был бы сейчас здесь с тобой, — уголок его рта приподнялся в ухмылке, и мои бедра сжались. — Или, по крайней мере, у меня больше не было бы девушки.
Значит ли это, что он тоже чувствовал это притяжение между нами?
— Значит, я не разрушила твои планы, нарушив свои?
Он покачал головой.
— Я не могу представить ничего лучше, чем провести с тобой свой последний день в штате. Если только ты перестанешь смеяться над моим печеньем и кремом, учитывая, что у тебя вкусы на мороженое как у восьмидесятилетней старухи.
— Эй! — насмешливо ответила я, защищая свой любимый вкус.
Последний день в штате.
Завтра он уезжает. У меня свело желудок.
— Это масло с орехами, — поддразнил он. — Оно существует с конца восемнадцатых годов. Это как бабушка всех других вкусов мороженого, — он откусил кусочек от своего.
— Это классика, — я облизала бок своего рожка, и его глаза вспыхнули, проследив за этим движением.
— Я все еще не могу поверить, что ты здесь, — он покачал головой, глядя на меня так же, как, я уверена, я смотрела на него — с чистым желанием.
— То же самое, — я повернулась, и мы продолжили прогулку по живописной улице.
— Я здесь уже пару лет, так что мое присутствие не так уж и удивительно, — он откусил еще кусочек. — А вот твое появление — это уже случайность.
Когда я заказывала мороженое, мои глаза были гораздо больше, чем желудок. Я отбросила рожок и заметила впереди книжный магазин.
— Ты все еще читаешь список книг?
— Медленно, — он откусил еще кусочек, уничтожая то, что осталось. — Трудно найти время на чтение между занятиями в колледже и стрельбой по тебе, но я делаю успехи.
Я остановилась, широко раскрыв глаза. Нейт повернулся, нахмурив брови.
— Черт. Я забыл, что ты, наверное, не привыкла слышать подобное.
— Все в порядке, — я принудительно улыбнулась. Нет. Даже близко нет. Мысль о том, что в него стреляли, была... непостижимой.
— Это не так. Забудь, что я это сказал, — он выбросил остатки мороженого в ближайшую мусорку и осмотрел улицу вокруг нас. — У меня есть идея, — он протянул руку.
Я взяла ее.
— Веди.
* * *
Два часа спустя мы сидели на деревянной двойной качели на Северном пляже, Нейт мягко раскачивал нас, а мои ноги, перекинутые через его колени, лежали на противоположных перилах. Он слегка прижался к моей спине, когда я листала страницы «Чужестранка», отмечая любимые строки неоново-желтым маркером, а он делал то же самое с «Их глаза видели Бога», но мне было все равно. Я не могла припомнить более прекрасного момента за всю свою жизнь.
— Не могу поверить, что ты выбрала именно эту книгу, — пробормотал он, бросив взгляд в мою сторону, прежде чем провести маркером по одной из страниц.
Его идея была... восхитительной. Он привел меня в книжный магазин и попросил выбрать одну из моих любимых книг, которую, как я
