спасти Советский Союз таким, каким его помнит большинство: с годами застоя, дефицитом, очередями. Но отыскал возможность сделать нашу страну лучше, чище, честнее.
Сложно? Да. Но по моим прикидкам вполне возможно, хоть и долгосрочный проект.
В том моем времени принято впадать из крайности в крайность: то Сталина ругают с Хрущевым и Брежневым. То Горбачева проклинают, обвиняя в развале страны. То многозначительно ностальгируют: «Иосифа Виссарионовича на вас нет!»
Но ведь было. Есть и всегда будет много хорошего, правильного нужного в моей — в нашей — великой стране. Главное богатство которой не природные богатства, не нефть с газом и якутскими алмазами. И даже не Пушкин, который наше всё.
Главное богатство России, Советского Союза, Руси — это ее люди. Простые обычные люди. Та самая соль земли, на которой все держится. И если попробовать вырастить из вот таких вот отчаянно смелых, искренних Вань, Лень и Тась костяк новых людей: умных, честных, преданных делу и Роодине, не стяжателей. Людей, в сердцах которых возродится огонь и желание изменить жизнь в лучшую сторону. Все в нашей стране встанет на свои места. И тогда картина будущего, что грядет через двадцать лет, сложится вполне другая.
Для этого нужно воспитать нового человека. Как минимум поколение вот этих вот сорванцов, в чьих сердцах и душах еще горит вполне искренняя любовь к Родине, чей ум еще не отравлен жаждой иметь всего и побольше, побольше. И тогда эти дети, став взрослыми, воспитают своих детей в правильном ключе, а их дети — своих. Изменения начинаются с малого. Начни с себя, говорил кто-то из умных людей, если хочешь изменить мир.
Вот он, мой второй шанс. Дали его только лишь мне? Или все-таки привели в эту точку времени для чего-то более глобального, чем просто прожить вторую жизнь в сытости и довольстве? Последнее явно не по мне. Скучно жеж.
Глава 12
Аделаида Артуровна Григорян не меньше пионеров, обезвредивших преступников, радовалась успеху жеребцовской школы в целом и известности Егора Александровича Зверева в частности. План товарища Григорян начал претворяться в жизнь. Порой даже чересчур быстрее, чем рассчитывала дама с амбициями от образования.
Все-таки не ошиблась она в выборе человека, каждый раз мысленно хвалила себя Аделаида Артуровна, как только на глаза попадался портрет молодого резвого учителя Зверева в очередной газете.
С момента, как пионеры вместе с классным руководителем поймали и обезвредили особо опасного преступника, товарищ Григорян каталась в жеребцовскую школу, как на работу. Первые дни, конечно, существовала опасность, что Зверева назначат козлом отпущения. Аделаида Артуровна прикидывала и так, и эдак, но не находила способов, не подставляясь самой, оградить талантливого юношу от государственной машины, в жернова которой если попасть, то можно и не выбраться.
Григорян подняла все свои связи и выяснила: по части комитета безопасности претензий к молодому учителю не имеется. Ну а проблемы с образованием, если таковые вдруг нарисуются, Аделаида Артуровна сумеет взять на себя. Карьеристка заняла выжидательную позицию на первых порах, и через пару дней, убедившись, что Звереву ничего не грозит, подключилась и принялась активно вмешиваться в жизнь учителя из Жеребцовской школы.
Товарищ Григорян писала характеристики, звонила, настоятельно рекомендовала всем, кому надо и немного больше, не закапывать талант. Старательно создавала образ порядочного советского педагога, который не смог остаться в стороне, когда узнал о безобразиях, что творятся в лесах близ родного села Жеребцова. Ну и на всякий случай намекала на то, что у юноши очень нужный и важный отец в столице работает в министерстве.
Честно говоря, товарищ Григорян рассчитывала, что к процессу спасения юноши подключатся его родители. Аделаида Артуровна успела разузнать всю подноготную бывшего студента и ожидала поддержки как минимум от Зверева старшего. Даму неприятно поразила тишина со стороны Москвы. Но товарищ Григорян не отчаялась, фыркнула и пересмотрела свой план в отношении Егора Зверева. Решив, что так даже лучше: лишние люди ей не нужны. за помощь всем и всегда приходится платить. Аделаида Артуровна предпочитала самой наращивать должников, чем жить должницей.
Но не зря, не зря она близко дружила с Борисом Львовичем — начальником областного образования. Не зря держала руку на пульсе, была вхожа в семью Тарабрина. Благо с Элькой Суворовцевой, ныне Тарабриной, они дружили чуть ли не со школьной скамьи. Именно на место Бориса Львовича Тарабрина метила товарищ Григорян, когда начальник пойдет на повышение.
Весь последний учебный год советское образование лихорадило. Волна новых проектов, идей, безумных и вполне рабочих, обрушилась на министерства. Чиновники всех мастей искали в стоге сена свою персональную жемчужину, с которой появится шанс шагнуть еще выше по карьерной лестнице. Перетряхивали все структуры, под многими чиновниками закачались кресла. В этом товарищ Григорян видела свой шанс прорваться наверх.
И Аделаида Артуровна нашла свой неограненный бриллиант. Правда, как выяснилось на днях, на ее «камешек» рассчитывает Борис Львович. Но товарищ Григорян не собиралась выпускать из своих цепких пальцев подобную удачу. Либо товарищ Тарабрин присоединиться к ней, либо Бориса Львовича ожидает крупное разочарование, а то и вовсе — поражение.
Товарищ Григорян чертыхнулась вслух, припомнив, что дочка Тарабрина, блаженная Катенька Суворовцева, выпросила у отца после институтскую отработку в жеребцовской школе. Аделаида Артуровна сразу сообразила, откуда ветер дует, и предприняла все попытки, чтобы девочка попала куда угодно, но не в село Жеребцово. Не зачем давать Егору выбор между ее властью и властью с более широкими возможностями. Но, увы, её связей не хватило, и Катенька попала-таки в школу, где работал протеже товарища Григорян.
Немного разобравшись в характере и в прошлом Зверева, Аделаида Артуровна через третьи руки разрушила легенду Катерины Борисовны, молодой учительницы начальных классов из простой советской семьи. Катя еще в институте взяла фамилию матери, чтобы к ней относились как к обычной студенте. Наивная девочка. Кому нужно, тот знает, чья дочка очаровательная блондинка Катюша Суворовцева. Да, умненькая. Да, отличница с золотой медалькой. Но точно ли только Катина заслуга в этой медали и пятерках? Или тень грозного папы помогла в школе прилежной девочке?
Аделаида Артуровна хмыкнула, перевела взгляд на газету. На первой странице местной прессы снова красовался Егор Александрович со своими учениками. Надо же, прям Тимур и его команда. Детвора дружно работала в школьном дворе, подготавливая учебное заведение к новому году.
Товарищ Григорян в третий раз пробежалась глазами по восторженным строкам и снова вернулась к своим мыслям.
В доверие к Егору Звереву она, Аделаида Артуровна, уже вошла. Весь год поддерживала все
