сказали, что Мэри отпросилась погулять в роще, — неодобрительно покачала головой Джейн. — Ты представляешь себе? Она тратит такой шанс на то, чтобы погулять среди деревьев вместо того, чтобы… — Джейн запнулась, потом резким жестом поправила свою шляпку. — Ты не поищешь её, Виктория? Я буду очень тебе признательна! Мне уже кажется, что эта негодница специально взялась меня избегать. Не удивлюсь, если она просто решила спрятаться где-то…
Тревожные нотки в голосе подруги заставили Викторию заволноваться. Она поднялась на ноги и осмотрелась.
— Может быть, Мэри перегрелась на солнце? Не волнуйся, я найду её.
Виктория не стала озвучивать другие свои подозрения вслух, но неожиданно подумала, что Мэри могла прятаться в роще не столько от матери, сколько от герцога Ривенхола. Девушка с настолько тонкой и ранимой натурой вполне могла испугаться внимания такого мужчины, как Ривенхол. Особенно, если тот решит рассматривать её так же, как иногда рассматривал Викторию.
Прежде чем отправиться к роще, она ещё раз обернулась на поляну, и сразу же наткнулась на крепкую фигуру в хорошо скроенном чёрном сюртуке, кремовых бриджах и высоких сапогах. Ривенхол полулёжа расположился на пледе, вытянув длинные ноги и подперев рукой голову. Он очень выделялся среди присутствующих джентльменов, поэтому не удивительно, что взгляд Виктории первым делом зацепился именно за него.
Однако то, что герцог сегодня слишком часто посещал её мысли, всё же настораживало.
Мисс Мэри Виккерс
20
Добравшись до первых деревьев, Виктория замедлила шаг. В тени царила приятная влажная прохлада, пахло смолой и едва уловимой осенней сыростью. Недалеко прогуливалась пара смутно знакомых дам в компании одного единственного джентльмена, и Виктория, решив, что Мэри вряд ли стала бы прятаться там, где на неё могли бы наткнуться посторонние, двинулась в противоположном направлении. Далеко идти не пришлось — около необъятного дуба Мэри и нашлась. Она сидела прямо в траве, прислонившись спиной к стволу.
— Леди Видмор! — испуганно вскрикнула она. — Слава Богу, это вы. Я думала, это мама…
Поднявшись на ноги, Мэри принялась отряхиваться и расправлять шерстяную пелерину, накинутую поверх прогулочного плаща.
— Что с тобой? Ты не заболела?
— К сожалению, нет! — неожиданно горестно откликнулась Мэри. — Хотя очень хотела! Вчера я весь день пила холодную воду и даже выходила гулять без жакета, но так и не заболела!
На пару секунд Виктория просто опешила. А Мэри уронила лицо в ладони и чуть не зарыдала:
— Я самое несчастное существо во всём мире, леди Видмор! Клянусь, именно так я себя и чувствую! Мама пытается свести меня с герцогом Ривенхолом, но я совершенно… Мне страшно даже находиться рядом с ним, не то что…! Я просто не знаю, о чём с ним разговаривать. По пути сюда он вдруг спросил меня, люблю ли я свинину, я ужасно растерялась и начала заикаться…
Что-то шевельнулось в памяти Виктории, едва Мэри упомянула свинину, но раздумывать об этом было некогда.
Состояние бедной девушки просто разрывало ей сердце.
— Успокойся, Мэри. — Виктория достала из кармана накидки платок и осторожно приподняла лицо Мэри. — Не нужно так убиваться из-за того, что ещё не произошло. Я уверенна, твои родители не станут выдавать тебя замуж насильно… Джейн, то есть твоя мама, желает тебе только счастья…
— О, вы не понимаете, леди Видмор, — покачала головой Мэри. Затем приняла платок и высморкалась. — Мама, может, и не будет заставлять, но… она всю оставшуюся жизнь будет припоминать мне, что я упустила герцога!
— Не думаю, что…
— Она даже заказала мне новое платье для бала у леди Чалмерс, — запальчиво перебила её Мэри. — Очень дорогое, с огромными рукавами и оборками, буквально самое дорогое за весь сезон! И отцу она сказала, что это платье — вклад в моё будущее. А каждое утро за завтраком она спрашивает его, представляет ли он, каково быть тестем герцога! Хотя герцог даже имени моего не смог запомнить!
— Как это? — нахмурилась Виктория.
— Он назвал меня сегодня Мюриэл, леди Видмор! — с истерическим смешком отозвалась Мэри. — Мисс Мюриэл Виккерс! Китти пришлось его поправить, потому что я сама не смогла… Я так растерялась, сначала даже не поняла про кого он говорил… Ох, какая же я дура! Самая несчастная в мире дура!
Всплеснув руками, Мэри застыла в напряжённой и трагичной позе, вскинув подбородок и плотно сжав губы, а Виктория испытала такую волну сочувствия, что с трудом поборола сиюминутное желание заключить бедняжку в объятия.
— Во-первых, никогда так о себе не говори, — начала она, успокаивающе погладив Мэри по плечу. — Ты прекрасно образованная девушка с кучей достоинств, и это герцог должен чувствовать себя дураком, раз не смог запомнить чужого имени! Во-вторых, тебе следует поговорить с матерью начистоту. — Мэри тут же скептически поморщилась, но Виктория продолжила с нажимом: — Да, возможно, она поначалу воспримет это… немного остро, но ты должна донести до неё свои чувства. Я уверена, Джейн меньше всего на свете хотела бы видеть тебя несчастной. А чем дольше ты будешь молчать — тем больше заблуждений у твоей матери возникнет.
Поймав неуверенный взгляд Мэри, Виктория ободряюще улыбнулась ей. Она прекрасно понимала переживания этой девушки, ведь свой первый сезон Виктория тоже провела в сомнениях и тревогах. И упрёков от родителей она в своё время выслушала немало, правда, в отличие от Мэри, заслуживала их, как никто другой.
— Даже если я расскажу всё маме, это не сделает меня счастливее, — обречённым тоном проговорила Мэри. На несколько секунд она умолкла и принялась складывать носовой платок с таким усердием, что Виктория даже забеспокоилась. Но потом добавила еле слышно: — Они с отцом ни за что не позволят мне выйти за человека, которому принадлежит моё сердце.
Признание застало Викторию врасплох.
Так вот в чём дело. Мэри влюбилась? Это и была причина её «несчастья»?
Кое-как справившись с удивлением, Виктория взяла свою подопечную за локоть и потянула в сторону, подальше от прогуливающихся недалеко дам.
— И кто же этот таинственный человек? Если он джентльмен, я не вижу никаких препятствий…
— Он джентльмен. Самый внимательный и тонко чувствующий мужчина из всех, кого я знаю, — горячо заговорила Мэри, обернувшись. В больших печальных глазах вспыхнуло искреннее обожание, пылкое и несдерживаемое. Да, Мэри и впрямь влюбилась! — Но он значительно старше меня и… Он не
