крупные суммы уходили на нужды ее павильона.
— Свободных средств нет.
— Забери из содержания наложницы Цин, — нашла выход Сюэ. — Она все равно жалкая рабыня. С нее не убудет.
— Это невозможно, госпожа.
Голос тетушки Ли дрожал от страха. Сюэ этот страх чувствовала кожей и наслаждалась. Раньше она не замечала в себе таких наклонностей, а сегодня с удивлением поняла, что несмотря на проблемы с деньгами, состояние старой рабыни доставляет ей незнакомое удовольствие.
— Я управляю поместьем. Если я сказала лишить содержания, кто ты такая, чтобы мне перечить?!
— Госпожа, — рабыня упала на колени, — маркиз запретил.
Сюэ замолчала. Эта новость заставила ее замолчать и задуматься. Фэн-Жун запретил. Запретил трогать девку, которая так бесстыже залезла к нему в постель. Она знала, что служанка не врала. О таких вещах никогда не врут. Но принять этот факт отказывалась.
— Хорошо, — медленно произнесла Сюэ, — тогда возьми деньги из содержания маркизы. Господин не будет возражать.
— Павильон маркизы с прошлого месяца ничего не получает.
Сюэ снова заглянула в книги. Действительно, никаких упоминаний о тратах на Мин-Сю не было. Более того, уже неделю законная супруга маркиза не получала ни питания, ни отваров, ни угля. Ни она сама, ни те, кто ей служил.
— Ты меня за слепую принимаешь? Я что, не вижу, что ее слуги сыты и не страдают от холода?
— Маркиза содержит себя и своих людей из собственного кармана, — доложила рабыня.
— Но в поместье у нее нет ничего ценного, кроме какого-то хлама! Как она может сама себя содержать?
— У маркизы богатое приданое. Она получает доход с лавок и распоряжается им, по своему усмотрению.
Сюэ побагровела. Злость застряла в горле, но она нашла в себе силы сдержаться и не сорваться на рабыню. Вспомнила, что для Фэн-Жуна она должна оставаться мягкой, любящей и покорной женой. Такой, как любят мужчины.
— Пойдем, навестим маркизу, — обратилась она к одной из служанок.
По дороге к павильону Мин-Сю наложница представляла, как потребует от маркизы денег на уголь и пополнение амбаров. Она была уверена, что через полчаса все ее проблемы с серебром решаться. Не посмеет же жена отказать в помощи мужа. Тем более, такая жена, как Мин-Сю.
Фэн часто рассказывал о том, какой преданной супругой стала маркиза. Несмотря на то что он так и не разделил с ней брачное ложе, маркиза дарила дорогие подарки и помогала старой госпоже решать финансовые затруднения. Правда, с появлением Сюэ в доме поведение соперницы сильно изменилось. Но Сюэ, да и сам маркиз, верили в то, что это всего лишь капризы и ревность. Когда речь будет идти о настоящих проблемах, Мин-Сю ни за что не откажет в помощи мужу. Она же не стала оспаривать его решение о том, чтобы отдать управление домом наложнице.
В павильоне маркизы было по-весеннему тепло и пахло сандалом. Чарующий запах благовоний окутывал пространство, делая его уютным и безопасным. Войдя вовнутрь Сюэ-Жэнь вдруг почувствовала, что шагнула в совершенно другой мир. Мир, где она была словно инородное тело, разрушающее гармонию пространства.
Хозяйка павильона сидела за столом и упражнялась в каллиграфии. Она не встала, чтобы поприветствовать гостью. Только оторвала взгляд от иероглифов и аккуратно положила кисть на подставку. В этом незначительном жесте было столько величия и презрения, что наложнице вдруг стало не по себе.
— Маркиза, — Сюэ сделала небрежный поклон.
Мин-Сю эту небрежность проигнорировала.
— Что привело наложницу ко мне?
Голос маркизы звучал по-хозяйски спокойно.
— Маркиза, я пришла, чтобы обсудить с вами дела поместья. Вы, как законная жена маркиза, должны быть осведомлены о…
— Если ты пришла мне рассказать о том, что не был вовремя закуплен уголь в нужных количествах, и вовремя не заполнены хранилища, то я уже осведомлена. Надеюсь, старая госпожа не сильно на тебя рассердится, когда об этом узнает.
Сюэ побледнела. Не оттого, что маркиза упомянула свекровь, а от уровня ее осведомленности.
— Маркиза, — наложница старалась, чтобы голос звучал твердо. — Вы, как законная супруга этого дома, должны понимать, насколько важно сейчас исправить положение. Зима будет долгой. Мы не можем допустить, чтобы кто-то из слуг пострадал от холода или голода.
— Наложница, Сюэ, насколько я помню, старая госпожа передала тебе ключи от кладовых и жетон управления поместьем, а не мне. Верно? — Сюэ кивнула. — Тогда зачем ты сюда пришла? Вопросы закупок меня не касаются. Как и благополучия тех, кто живет в поместье.
— Маркиза, вы не можете оставить нас в таком плачевном положении.
— Наложница, если ты заглянешь в счетные книги, то наверняка увидишь, что из-за сложной ситуации и грядущей зимы, только для того, чтобы снизить расходы, я не требую своего законного содержания. И жалованье всем, кто служит в моем дворе, плачу из своего кармана. Если ты не смогла воспользоваться освободившимися средствами вовремя и по назначению, это только твоя ошибка.
Такого холодного отпора Сюэ не ожидала услышать. Она вспомнила, что в присутствии мужа или свекрови Мин-Сю и глаз от пола оторвать не смела. Но, когда дело касалось денег, она сразу показывала свое лицо. И это лицо наложницу пугало.
— Я все доложу маркизу, — пригрозила Сюэ. — Не забывай, ты и так у него не в почете. Твое непослушание не только разочарует мужа. Ты навсегда лишишься шанса родить ему наследника. И бу…
Наложница осеклась. Стоило упомянуть ребенка, как в глазах маркизы сверкнуло что-то такое, от чего ноги подкосились. Это же увидела и служанка Сюэ-Жэнь. Девушка мгновенно опустила глаза в пол и сделала два неуклюжих шага назад.
— Маркиз сейчас у себя в кабинете. Можешь ему доложить.
* * *
Мин-Сю
Наблюдать за бледным лицом Сюэ было одно удовольствие. Уголь и амбары — это были только первые звоночки грядущих проблем. Проблем, которых можно было легко избежать. Сюэ-Жэнь, забыв поклониться, удалилась. Подвески на золотых заколках покачивались точно так же, как в ту ночь, когда она убила моего ребенка. Я внимательно наблюдала за движением драгоценностей в прическе наложницы и никак не могла оторвать от них взгляд.
— Госпожа, она и вправду пойдет к маркизу? — испуганно спросила Мэй.
— Надеюсь.
— И вы не боитесь, что господин разгневается?
— Маркиз сейчас занят новой рабыней. Сюэ не пустят в кабинет.
Мэй удивленно открыла рот. А потом сразу закрыла, словно боялась взболтнуть лишнего.
— Есть новости
