ее слеза была шрамом на ледяном сердце князя. Но в то же время он был доволен. Она в нем нуждалась. А он… Он был готов стать для нее самым острым клинком для мести.
Глава 25
Мин-Сю
Эта ночь была одной из самых мучительных за последнее время. Князь обещал помочь. Обещал, что позаботиться обо мне. Но я боялась ему верить. Между нами была огромная пропасть. Я спасла ему жизнь. В какой-то степени, даже честь. Но, разве может обычная подданная рассчитывать на благодарность?
Отец всегда учил, что это наш долг. Обязанность, за которую мы не должны требовать награды. И, в какой-то мере я была с отцом согласна.
Мысли о князе старалась гнать как можно дальше. Даже думать о нем было опасно. Но сделать это было сложнее, чем казалось, поэтому на утреннее приветствие свекрови я шла в плохом настроении, но с сюрпризом для Сюэ и Цин.
Молоденькая рабыня не понимала, что происходит. Попытки Сюэ-Жэнь вычислить новое увлечение мужа, ее напугали. Правда, отступать рабыня не хотела. Она верила, что место наложницы обеспечит ей сытую жизнь в поместье. А я удивлялась тому, как легко Фэн распоряжается своим телом. Интересно, в прошлой жизни он вел себя так же? Наверняка так же. Просто никто его не ловил за руку.
В главном павильоне по-прежнему было холодно. Но уже не настолько, как несколько дней назад. Дополнительные ширмы помогали от сквозняков, а дополнительные ковры не давали ногам промерзнуть.
— Приветствую старую госпожу, — поклонилась я. — Невестка пришла вас приветствовать.
— Кто это? — внимание свекрови тут же привлекла новенькая. — Разве это не рабыня наложницы Цин?
— Вы очень внимательны, госпожа. Но, полагаю, что с этого дня, Янь-Янь перестанет быть рабыней и станет третьей наложницей маркиза.
Свекровь посерела. И я ее понимала. Маркизат и так едва сводит концы с концами. А теперь появится еще одна статья расходов. Да и девица была без приданого, какая от нее польза?
— Маркиза, — старая госпожа быстро взяла себя в руки. — Мой сын не может брать в наложницы каждую бесстыдницу, которая будет пытаться его соблазнить!
Она ударила ладонью по столу. Боковым зрением увидела, как Янь упала на колени.
— Боюсь, матушка, мы не можем закрыть глаза на вашего сына и рабынь. И до тех пор, пока князь Хань-Шэнь остается в уезде, мы будем вынуждены действовать по правилам.
Имя князя повлияло на свекровь как чудодейственная пилюля на смертельно больного. Она выпрямилась, несколько минут помолчала, а потом спросила:
— Какое отношение князь имеет к нашему поместью.
— Матушка, — я выпрямилась и посмотрела свекрови прямо в глаза, — я уже намекала, что князь Хань следит за знатью? — свекровь кивнула. — Вы знаете, что сейчас моими активами управляют люди князя?
Старая госпожа скривилась, словно от физической боли. Осознание того, что в ближайшее время дотянуться до моих денег не получится, ее ранило.
— В торговом дворе говорят, что князь не просто так прибыл в уезд. Он подбирает верных людей для того, чтобы забрать их в столицу и определить на службу Его Высочеству, наследному принцу. Вы же знаете, что дочь гогуна станет одной из наложниц принца?
Свекровь снова кивнула. В этот раз более благосклонно.
— Император считает, что в нашем краю легче найти верных людей, чем в столице, где каждая семья связана друг с другом. Чтобы помочь наследному принцу укрепиться, император послал своего третьего сына выбрать надежных людей.
— Ты думаешь, что у Фэн-Жуна получится получить назначение в столицу?
Глаза матери блеснули гордостью. Она верила в своего сына, и как любая мать не видела в нем ни единого изъяна. А я врала. Врала так убедительно, что не поверить было невозможно.
— У маркиза есть шанс. Если, не будет скандалов. И поместье будет строго соблюдать правила. Мне и так пришлось выделить дополнительные средства на армию князя, чтобы замять скандал на осеннем пиру. Еще одной ошибки нам не простят. Вы понимаете, что станет с репутацией маркизата, если пойдут разговоры о том, что маркиз не просто не пренебрегает законной женой, а еще и предпочитает ночи проводить с прислугой?
Свекровь побледнела. Она была женщиной того времени, когда одна неверная фраза могла испортить жизни девяти поколениям рода.
— Ты права, — наконец-то ответила старуха. — Мы не можем рисковать. Янь-Янь с этого дня станет третьей наложницей.
— Благодарю за милость! — рабыня, не помня себя от счастья, начала кланяться свекрови.
Но сделать третий поклон она не успела. В павильон шелковым вихрем ворвалась наложница Сюэ.
— Я не согласна!
Наблюдать за Сюэ-Жэнь было одно удовольствие. В прошлой жизни я делала все, чтобы не допустить к мужу других женщин, оставляя поле чистым и делая сопернице огромное одолжение. Кроме меня, конкурентов не было. Даже мелкие интрижки мужа на стороне не могли повлиять на ее положение. А Цин, которую она допустила к телу любимого маркиза, была ее пешкой, с которой Сюэ делала все, что захочется.
Сейчас все изменилось. Цин не только стала самостоятельным игроком, но и появилась Янь-Янь, которая была смелее и инициативней моей бывшей рабыни. Я делала ставку на то, что, окунувшись в пучину соперничества, любимая наложница Фэна сама себя уничтожит. А у меня будет больше времени на то, чтобы разорить дом маркиза и не дать ему возможность взойти по карьерной лестнице и приблизиться к золотому трону.
— Сестрица, — я повернулась лицом к Сюэ, — твое слово в этой ситуации не имеет веса. Маркизу понравилась рабыня. И она уже была близка с супругом. Возможно, даже понесла от него. Мы не можем допустить, чтобы наследник маркиза Фэн не имел статуса.
При упоминании возможной беременности Сюэ-Жэнь побледнела. Ее миндалевидные глаза округлились, а губы задрожали. Я видела, как она пыталась подобрать аргументы в свою пользу, но была настолько шокирована, что не могла ничего придумать.
— Госпожа! Госпожа! — в павильон ворвалась худенькая служанка и тонком шерстяном платье и упала на колени перед свекровью.
— Что случилось?! Зачем шумишь?!
— Радость, госпожа! Радость! Наложница Цин беременна! Наследник будет!
Свекровь вскочила на ноги, и губы растянулись в широкой улыбке. А вот Сюэ такого потрясения перенести не смогла. Она упала в обморок. Кто-то из слуг побежал за лекарем. Но старая госпожа на наложницу внимания не обратила. Она, с несвойственной для ее возраста прытью,
