опустив на руль. Внезапно пассажирская дверь распахнулась, впуская поток холодного ветра, и в салон забрался Янь Се. Он с несчастным видом вздохнул. Ян Мэй услышала шум и оживилась:
– В чём дело? Этот Янь опять бегал в туалет?
Янь Се закатил глаза.
– Заместитель Янь, мы знакомы всего ничего, и я не в курсе ваших проблем со здоровьем, но послушайтесь моего совета! – позлорадствовала девушка. – Может, стоит обратиться к врачу? Вам слегка за тридцать, подумайте о будущей жене…
Янь Се терпел унижения всю дорогу до Гунчжоу и наконец не выдержал:
– Ох, за это не волнуйся. – Он достал влажную салфетку и, вытирая руки, небрежно добавил: – Я не хотел говорить, но во всём виновата Хань Сяомэй…
Над головой Ян Мэй высветился вопросительный знак. Цзян Тин прикрыл лицо ладонью.
– Она принесла мне омлет с душистым луком. А душистый лук… Сами понимаете, госпожа Ян. Ничего, к ночи буду в норме.
На несколько секунд в голове Ян Мэй образовалась пустота.
– Цзян-гэ?
– Да, это правда вина Хань Сяомэй.
Майор вальяжно развалился в кресле и закинул ногу на ногу.
– Она принесла омлет с луком без перца чили. Янь Се решил, что блюдо будет пресным, и нарезал перец, а потом вдруг захотел в туалет и, не помыв руки…
Янь Се не сразу сообразил, куда идёт разговор, а когда попытался закрыть Цзян Тину рот, было уже поздно.
– Дальше сама догадайся. – Капитан улыбнулся. – Словом, пылай, жар-птица!
Ян Мэй потребовалась вся выдержка, выработанная за годы работы информатором, чтобы не разразиться безумным хохотом.
«Жар-птица» Янь Се зарылся лицом в ладони, сквозь пальцы проглядывалось жалкое выражение.
– А почему я должен молчать? – с ехидной улыбкой спросил Цзян Тин. – Ты же рассказал об этом сотруднику на заправке!
Ян Мэй притаилась за углом и, притворяясь, что поправляет макияж, через маленькое зеркальце наблюдала за обстановкой в коридоре. Едва заметив вдалеке силуэт, она отрапортовала:
– Ци Сыхао вернулся!
– Не суетись. Главное, не выдай себя.
– Нет, стоп. Это не Ци Сыхао, – поправилась Ян Мэй, – а администратор. И с ней ещё двое мужчин… Странно.
Девушка сопровождала новых гостей, но на её лице не было ни тени привычной угодливой улыбки. Напротив, она ссутулилась, опустила глаза в пол и двигалась скованно, словно пыталась скрыть… страх?
Но чего ей было бояться?
Собравшись с духом, Ян Мэй выглянула из-за угла и увидела, как администратор с двумя мужчинами в чёрном вошла в кабинет Ци Сыхао. Несколько секунд спустя она показалась в коридоре уже в компании разодетых девиц, вся дрожа, закрыла дверь и торопливо увела их прочь.
А кем были те двое?
Ян Мэй настороженно уставилась на запертую дверь. Отдельные кабинеты ночных клубов славились хорошей звукоизоляцией, поэтому не было ни малейшего шанса узнать, что происходит внутри. В наушнике раздался голос Цзян Тина:
– Как обстановка?
– Здесь что-то нечисто, – прошептала Ян Мэй и вкратце пересказала увиденное. – Почему Ци Сыхао до сих пор нет?
Цзян Тин с Янь Се обменялись взглядами.
– Погодите, вот он!
Красный как рак Ци Сыхао пьяной походкой шагал прямиком в ловушку. Ничего не подозревая, он перешагнул через порог и сразу напрягся:
– Что за?..
Не успел он договорить, как его грубо втащили внутрь и захлопнули дверь!
– Цзян-гэ! – взволнованно позвала Ян Мэй. – У нас проблемы!
– Что вы делаете? Чего вам надо? – Ци Сыхао мигом протрезвел, его голос сорвался на визг: – Прекратите! Кто вы такие?!
Красавицы испарились без следа, на диване хрипел и брыкался побагровевший лао Лю. Мужчина в чёрном вдавил его ногой в спинку, достал из кармана пакетик с порошком, засыпал содержимое в бутылку, встряхнул и влил ему в горло.
– Прекратите! Кто-нибудь! На помощь!
Ци Сыхао бросился к двери, но налетел на стальной кулак второго бандита и с пронзительным криком рухнул на пол.
Лао Лю отчаянно сопротивлялся, но силы были не равны. В суматохе алкоголь с наркотиком расплескался по дивану, но большая часть всё же попала ему в рот. Чистый героин быстро всосался в кровь. Мужчина в чёрном ослабил хватку, и тучное тело лао Лю безвольно соскользнуло с дивана. Его зрачки расширились, а из горла вырвался булькающий хрип.
– Готово. – Убийца присел на корточки, приподнял жертве веки и холодно заключил: – Смерть от передозировки. Остальным займётся полиция.
– Я, я полицейский… К-как вы смеете… – промямлил Ци Сыхао, дрожа на полу от страха.
– Полицейский? – усмехнулся бандит, сбивший его с ног. – Что ж ты не вспомнил об этом, когда тайком торговал товаром нашего босса?
Ци Сыхао застыл как громом поражённый. Мужчина в чёрном вспомнил о чём-то и презрительно хмыкнул:
– Вроде легавый, а ведёшь себя как тряпка!
– Хорош трепаться, – скомандовал его подельник и поднял Ци Сыхао с пола небрежно, как дохлую псину. – Уходим.
– К-к-к-куда в-в-вы меня тащите? Вы…
– Заткнись! – рявкнул убийца. – Ещё слово – и ты труп!
У Ци Сыхао словно камень застрял в горле. Головорезы кивнули друг другу, взяли его под руки и распахнули дверь.
– Они вышли. – Ян Мэй пряталась за большой напольной вазой и изо всех сил старалась придать тону твёрдость: – Что дальше, Цзян-гэ?
– Следуй за ними.
Ян Мэй на мгновение замешкалась и услышала, как на том конце провода захлопнулась дверца «фаэтона». Цзян Тин, держа палец на сенсорной кнопке наушника, нырнул в переулок, полы его пальто развевались на ветру.
– Мы с Янь Се заходим в клуб, – как всегда коротко сообщил он. – Встретимся внутри.
Похитители всё продумали заранее: в коридоре на втором этаже не было ни души. Ци Сыхао окончательно поник и, боясь лишний раз вздохнуть или поднять глаза, полностью отдался во власть бандитов. Неровной походкой он добрёл до лестницы и не заметил, как его спутники обменялись подозрительными взглядами.
– Они вышли на чёрную лестницу и, похоже, направляются вниз. – Ян Мэй сняла туфли на шпильке, спрятала их в ближайшей урне и бесшумно, как кошка, босиком последовала за похитителями. – Я пойду проверю. Цзян-гэ, берегись. Думаю, тот мерзавец Лю из нотариального управления уже мёртв. Этот клуб точно замешан в наркоторговле.
– Понял. Ты тоже будь осторожна.
Ян Мэй собиралась прервать связь, но вдруг услышала неловкое «будь осторожна».
– А? Это заместитель Янь сказал? – Она удивилась так, словно открыла для себя новый мир. – Он хочет, чтобы я была осторожна? Я?
– Да, да, ты! – процедил сквозь
