месте — отдаленной части города, где несколько лет назад находилась промзона, а теперь местные мотогонщики устроили на ее месте площадку для гонок, дрифта и трюков. Добраться до того места было проблематично, поскольку общественный транспорт в это время ходил редко и не везде, а в такую даль тем более уже не ездил. Поэтому единственным вариантом для меня оставалось такси, впрочем, на нем же я приехала на заезд в самый первый раз. Но в другое время, когда мы нормально общались с Мартином, он, если и хотел видеть меня на гонках, всегда заезжал за мной сам.
Глава 23
Я подъехала в бывшую промзону за полчаса до начала и первым делом стала рассматривать толпы мотоциклистов, стоявших в разных уголках подготовленной территории, выискивая среди них Мартина.
В этом месте царила жизнь. Какая-то особенная, не привычная для большинства людей. Атмосфера этого воздуха была пропитана запахами дыма, масла и жженых покрышек. Куда не посмотри, везде были ярких цветов спортаки и темные тяжелые байки. Сама зона не освещалась, и относительно светло здесь было лишь от огней фар и специальных фонариков, расставленных вдоль стартовой полосы. Далее по гоночной трассе света не наблюдалось, и, насколько мне известно, обычно во время заезда гонщики какое-то время едут «на ощупь», пока не свернут на более оживленную трассу нашего города, со временем вливающуюся в эту территорию с обратной стороны.
Пока я разгуливала среди рычащих мотоциклетных моторов и гула громких голосов их владельцев, я ловила на себе излишнее внимание со стороны более взрослых байкеров. Во-первых, как я заметила, девчонок здесь было крайне мало. А во-вторых, причина такого внимания могла быть в том, что…
— Если ты в таком прикиде пришла сюда мужика нормального подцепить, то я вынужден тебя огорчить: здесь все немного ненормальные, — произнес незнакомый голос у меня за плечом. Когда я на него обернулась, я увидела приветливую улыбку молодого парня, одетого в стертый, видимо после падений, экип и держащего в руках пачку сигарет Bond Street Red с зажигалкой. Он собирался закурить:
— Не возражаешь?
— Нет, если поделишься, — я не растерялась и быстро среагировала на слова внезапно появившегося рядом юноши. А так как я нервничала перед встречей с Марти, то жутко захотела выкурить сигарету, приметив Bond в руках у собеседника, — кстати, не знаешь, где здесь можно отыскать Мартина? Это такой дерзкий парниша на черном кавасаки.
— Конечно, знаю. Он всегда перед гонкой отшивается вон за тем углом, — парень указал на левую сторону заброшенного склада, который находился где-то в двухстах метрах параллельно гоночной трассы, — тебя проводить?
— Нет, я сама, — я уже была готова отходить от собеседника, как вдруг вспомнила, что он мне помог, и повернула голову в его сторону, — и спасибо за помощь.
Я направилась в сторону Мартина, уже предвкушая нашу встречу и то и дело нервно затягиваясь сигаретой.
— Не ожидал меня тут увидеть? — начала я, подходя к нему со стороны.
Мартин, облокотившись на стену, с кем-то переписывался в телефоне и при ответе на вопрос даже не обратил на меня свое внимание:
— Ожидал, — тут он заблокировал экран телефона и все-таки посмотрел на меня, — даже больше скажу: я тебя ждал. Мне нужна ты. Снова.
— Не нужна. Ты только издеваешься надо мной. Сначала не подпускаешь к себе, затем отдаешься полностью, после чего говоришь, что со мной тяжело, и снова не хочешь меня видеть. Только вот потом опять тянешься ко мне и требуешь отдачи, а как только я даю тебе желаемое, ты промениваешь меня на свою мотозависимость! — я моментально закипела от накопившейся и затронутой обиды. — Ты только и твердишь про мои чувства, а самому дела до них нет, ведь тебе то жалко мое сердце, то ты плевать на него хотел. Все мои заблуждения… Все они были…
В эту минуту Мартин забрал у меня из дрожащей руки сигарету, потушил об стену, у которой только что стоял, засунул бычок в щель между стенных блоков и поднес к моим губам свой указательный палец, как бы советуя мне замолчать.
— Ты нужна мне. Я скучал по тебе, Аль.
— Только не начинай, — я не могла сейчас слушать все эти ласковые фразочки Мартина, ведь знала, что легко могу поддаться чувствам и напрочь забыть то, зачем я сюда приехала.
— Нет, правда, Аль, — Март взял меня нежно за талию и медленно притянул к себе, заглянув глубоко в глаза, — в последнюю нашу встречу я наговорил много лишнего. Я же той ночью заявился к тебе под градусом, вот и нес весь этот бред про свободу, про мото. Прости меня, дурака, — он провел теплой ладонью по моей щеке, и в ту же минуту я убрала его руку и освободилась из его настойчивых объятий.
— В тот раз ты сказал именно то, о чем думал. Не надо извиняться за правду.
— Да нет же… Я…
— Когда закончится заезд, прокатимся? — я перебила Мартина точно так, как всегда это делал он, в надежде не слушать больше его оправданий.
— Для тебя все что угодно. Только послушай меня: я ведь тогда все это говорил несерьезно…
И в этот раз моего друга перебила байкерша в косухе и с коротко стриженной прической, как мне показалось, она была одним из организаторов сегодняшнего заезда. Мотогонщица быстрым шагом шла в нашу сторону и кричала: «Ниндзя! Все рейсеры уже собираются на старте, а ты где опять слоняешься?!»
— Пора, лисеныш, — Март поцеловал мой лоб, как любил это делать в последнее время, и не успела я осознать его действий, как он уже отдалился от меня на десяток метров.
— Удачи, Марти, — прошептала я ему вслед.
Заезд я смотрела из толпы, которая, в свою очередь, распадалась на компании. Кто-то усаживался на бордюры вдоль проезжей части и попивал пиво, оставляя на асфальте после себя десятки бутылок. Я же, ни к кому не примыкая, стояла одна и с тревожными чувствами копалась в своих мыслях, думая: правильно ли я сейчас поступаю. Но откуда мне это знать?..
Когда гонка началась, я под визг колес и крик толпы проследила за стремительно улетающим мотоциклом Мартина, пока он совсем не пропал из виду на поворотах вдалеке.
Все это время до появления гонщиков с противоположной стороны дороги я морально готовилась к поездке с Мартином. Только вот это сейчас не помогало: я нервничала, ведь мне предстояло преподнести Марту мысль о том, что я больше не хочу связывать с ним свою жизнь. И поэтому за время ожидания я выкурила сигарету,
