— Я хочу спасти мир, — граф снова был готов к бою. Он даже на мгновение пожалел, что начал этот разговор. Беспредметный разговор — Чевар лишь догадывался, не знал. — И я дойду до острова.
— Тебе там нечего делать! — чуть было не сорвался на крик Чевар. — Я знаю это точно, потому, что я там был!
— Что? — вновь удивился Роберт, Блистательный Эксперт ордена, не имеющего имени.
Как так — был на острове Царя Мира? Как сумел, когда самые лучшие маги и бойцы ордена не могли туда добраться? Когда самому Роберту на это потребовалась почти жизнь и еще неизвестно будет ли он там.
Это в корне меняло ситуацию. Нет, теперь Чевара убивать нельзя. Надо срочно найти способ выйти отсюда живыми обоим.
— Да, был! — он уже не боялся, что его слова слетят с площадки, перенесутся через канавку со смертельными шипами и достиг чужих ушей. — И я не пущу туда такого искателя приключений как ты!
Он бросился вперед — без особой тактики, с гневно сжатыми кулаками и налившимися кровью глазами.
Нет, Роберт, конечно не выпускал его из поля зрения ни на миг, он все видел. Но вставшая перед ним проблема была столь неожиданна, что он едва защищался — он боялся неверным движением убить довольно сильного мага, но никчемного бойца.
Собравшиеся видели странную картину и не могли удержаться от перешептываний — после какого-то разговора (какие разговоры могут быть на этой площадке, сюда приходят те, кто уже все сказал!) Орестай бросился на Роберта, подобно несмышленому мальчишке, а прославленный граф Астурский лишь придерживает его, как расшалившегося щенка, словно не желая причинить противнику боль.
Чародей точно свихнулся; он молотил противника по ребрам, по шее — куда мог дотянуться, слабыми бестолковыми ударами.
— Да погоди ты, отпрянь на пару шагов! — не выдержал Роберт. — Мне кажется, я нашел способ выйти отсюда живыми оба. Мне нужно с тобой поговорить!
— Не о чем мне с тобой разговаривать! Ты не пройдешь, не пройдешь! Ни ты, ни твой ублюдок, которого ты зовешь Первым Блистательным Экспертом…
Графу показалось, что у Чевара сейчас брызнут из глаз слезы и он впадет в истерику. Роберт ладонью хлестнул его по щеке — не как мужчину, с силой, а как обычно приводят в чувство женщин.
— Да успокойся же ты! Я всегда хотел блага! Для всех!
Чевар перестал размахивать кулаками и посмотрел прямо в глаза Роберта.
— Ты хочешь, чтобы я тебе поверил?
Роберт забыл о защите на магическом уровне. Не то, чтобы совсем забыл, но… Он ожидал возможного нового штурма. Но не верил в него — в таком состоянии Чевар не сможет колдовать. Сперва его надо хотя бы успокоить.
Роберт провел ему рукой по щеке:
— Ты помнишь, когда-то мы были неразлучными друзьями! Что нам мешает вновь ими стать?
— Ты! И только ты! — прохрипел Чевар.
И в это мгновение произошло то, что Роберт себе не мог простить, что поставило под вопрос его жизнь и, следовательно, выполнение святой миссии.
Чевар быстро дернул головой, как-то неестественно ловко схватил ртом два пальца бывшего друга и резко кусил — что было сил, зубами, отточенными чародейством не хуже иного клинка. И в то же мгновение ударил магией.
Удар вышел не сильным, но, смешанный с неожиданной резкой болью, заставил Роберта отступить на шаг.
— Все! — Чевар сплюнул на ладонь пальцы Роберта, на одном из которых был перстень Найжела с чудесным камнем-дионисием, защищающим от магии. — Теперь тебе конец! — брызнув алой слюной, злорадно-победно прохрипел он.
И это была уже не пустая угроза. Роберт прекрасно знал, что долго без оберега ему против Чевара не продержаться.
Но никто не может одинаково успешно вести бой физически и нападать магически.
Роберт даже не успел осознать, что у него в распоряжении лишь едва уловимые грани мгновения, как тело, желающее жить, уже рванулось вперед. Ему сейчас было наплевать на жизнь Чевара, знающего путь к цели. Если Чевар его убьет, то и цель не будет достигнута… А будем живы — еще попытаемся, побродим в лабиринте жизни…
Он словно бык налетел на врага и сшиб его с ног одним ударом.
Чевар упал — он не успел нанести магический удар, слишком демонстративно показал свою радость, что овладел талисманом врага и не был готов к столь стремительному грубому навалу массой, которой граф значительно превосходил Орестая, в чьем обличье сейчас находился чародей.
А зрители так толком ничего не могли понять в этом странном бою. Однако, поскольку многие уже были под хмельком (пиво оно, конечно, не вино, но коварнее, ох как коварнее), то особо и не удивлялись, твердо зная, что финал трагического зрелища будет однозначным и сейчас каждый гадал: кто? Кто окажется повержен, а кто продолжит с ними пир?
Орестай, вернее тот, кто был в его облике, оказался распятым под могучим телом графа. Извернувшись ужом, он выпростал руку и с силой отбросил в сторону откушенные пальцы с антимагическим перстнем.
Перстень слетел с окровавленного пальца и со звоном запрыгал к самому краю площадки.
Роберт непроизвольно посмотрел в его сторону. И в то же мгновение чародей рванулся вбок — хорошо смазанное жиром телом пронырнуло под графом. Роберт вскочил на ноги и успел схватить врага руками. Сжимая противника что есть силы за талию, чтобы вновь не выскользнул, граф поднял его над головой.
Все, кто не мог оторвать взгляда от двух фигур на светло-серой каменной площадки, казалось, даже позабыли дышать — несколько тяжелых шагов и арситанец скинет врага вниз, на смертоносные железные колышки…
Из раны на кисти хлестала кровь, но граф не обращал на это ни малейшего внимания. Потом, когда проходит горячка боя, пытаешься вспомнить, что думал в тот момент, когда от любого движения, любой ошибки зависела жизнь и понимаешь, что не думал вообще ничего. Как так получается? Но когда решаешь как поступить — совершаешь ошибки. Роковые.
Роберт шагнул к краю помоста, держа врага на вытянутых вверх руках. И вдруг вновь на него навалилась магическая тяжесть — чародей, видимо, в предсмертную минуту тоже действовал инстинктивно, то есть единственно верно.
Могучие ноги графа чуть подогнулись от невероятного груза, навалившегося на плечи, на руки, на грудь, на сердце, которому стало тесно и, казалось оно больше не может биться. Вся подготовка и защита графа от магии рухнули при первом штурме. Сил сопротивляться против колдовства у него больше не было. Силы Чевара тоже были на исходе, но их могло хватить. Могло хватить… Шаг, еще шаг. До победы лишь несколько шагов, но как их пройти?..
Нет, не дойти, хотя вроде бы площадка такая маленькая…
Роберт бросил поднятое тело прямо себе под ноги и отступил на полшага назад, тяжело переводя дух.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
