— Но мы готовы продолжить его.
— Вы уже пленники.
— Нас много, и у нас есть оружие.
— Мы обещаем сохранить вам жизнь без всякого выкупа. Никогда еще ни один флибустьер на делал столь великодушных предложений осажденному противнику.
— Благодарим, но мы будем сражаться до конца, — гордо ответил испанец.
— Тогда мы перебьем вас всех, — с угрозой сказал Морган.
— Мы перестреляем вас, как кроликов.
— Попробуйте!
— Достаточно, сеньор! Возвращайтесь, или я прикажу стрелять.
Ничего не добившись, Морган поднялся наверх. Черный Корсар ожидал его на квартердеке.
— Они отказались, не так ли? — спросил он, увидев Моргана.
— Да, капитан.
— Смельчаки. Если бы я не был уверен, что они меня выдадут, я бы отпустил их всех на свободу.
— И они подняли бы тревогу в Веракрусе, кабальеро.
— Это я знаю, Морган.
— Попытаемся захватить переходы, капитан.
— Мы потеряем много народа, и, возможно, безрезультатно. Прикажите принести на палубу несколько ящиков гранат.
— Чтобы потом бросить их через люк?
— Да, но в подходящий момент. Потом, возвысив голос, закричал:
— Смелее, мои храбрецы! Приготовьтесь к сражению.
Глава 13. СДАЧА ФРЕГАТА
Несколько минут спустя отрад из двадцати отборных стрелков экипажа осторожно спустился на нижнюю палубу и, прячась за выступами и разбросанными тут ящиками, занял позицию в противоположном от кубрика конце.
Понятно, что Черный Корсар не имел намерения жертвовать ими в этой новой атаке — их задачей было лишь отвлечь на себя внимание испанцев. Решающий удар предполагалось нанести через главный люк, вокруг которого собрались все остальные флибустьеры.
— Главное, поднимите побольше шума, — сказал им Корсар. И тут же поднялся оглушительный крик, сопровождавшийся треском выстрелов и топотом. А отряд, занявший позицию, тут же открыл огонь по испанской баррикаде, подняв еще более страшный шум, заставлявший думать, что флибустьеры решились на общий приступ.
Испанцы тут же ответили оружейным огнем. Флибустьеры, растянувшиеся на полу, не двигались и на их выстрелы отвечали своими, стреляя наугад, поскольку все помещение тут же заволокло дымом, густым и удушающим. Стоя возле еще не открытого люка, Черный Корсар с беспокойством прислушивался к пальбе и яростным крикам, которые раздавались в чреве большого корабля. Казалось, он старается посреди оглушительной перестрелки уловить какой-нибудь крик, который свидетельствовал бы о сдаче испанцев. Но испанцы не просили пощады.
Внезапно, когда дым уже начал пробиваться сквозь отверстия в палубе, он повернулся к стоявшим за его спиной пиратам:
— Приготовьте гранаты.
— Они готовы, капитан.
— Поднимите люк и бросайте их вниз. Через несколько минут эти люди будут в наших руках.
Четверо матросов подняли тяжеленный щит на палубе, и люк был открыт. Тотчас же оттуда вырвалось густое облако порохового дыма и, рассеиваясь, поднялось до верхушки грот-мачты. Внизу среди белых клубов, виднелись сверкающие вспышки и слышались выстрелы.
Не дожидаясь, пока дым рассеется, матросы принялись бросать вниз гранаты, особенно туда, где виднелись вспышки от выстрелов.
Сначала испанцы из-за густого дыма не заметили, что люк открылся, но когда услышали разрывы гранат и увидели падающих товарищей, то заметались из угла в угол, ища спасения.
Эта неожиданная атака вызвала безумную панику в их рядах. Даже самые смелые растерялись, не видя для себя никакого выхода. Осколки гранат летели повсюду, поражая множество людей и наполняя кубрик удушливым дымом. От непрерывных взрывов расщеплялись доски, падали разломленные переборки, загорелось все, что могло гореть. Языки пламени угрожающе змеились по деревянным обломкам, распространяя вокруг кровавый свет.
И тут, посреди этих воплей, криков раненых, разрывов гранат и грохота выстрелов, прозвучал над их головой мощный голос Корсара:
— Сдавайтесь, или мы вас всех перебьем!..
— Довольно!.. Довольно!.. — завопили оставшиеся в живых.
— К дьяволу их всех! — закричал боцман, уже готовый швырнуть вниз полный ящик гранат.
Но Черный Корсар повернулся к нему и выхватил свою шпагу.
— Уходи! — приказал он. — Одно движение — и я убью тебя. Бомбардировка прекратилась, как затихла и пальба внизу. Черный Корсар снова наклонился над люком:
— Вы складываете оружие? — громко спросил он.
— Да, — послышались торопливые голоса. — Да, мы сдаемся.
— Высылайте парламентера.
Через несколько мгновений на палубу поднялся человек. Это был лейтенант, единственный оставшийся в живых из всех командиров большого корабля. Несчастный был бледен, взволнован, одежда его висела лохмотьями, рука была перебита осколком гранаты. Рукоятью вперед он протянул Черному Корсару свою шпагу, пробормотав еле слышно:
— Мы побеждены.
Сеньор ди Вентимилья отвел протянутое ему оружие.
— Сохраните свою шпагу для лучшего случая, сеньор лейтенант, — сказал он. — Вы храбрец!
— Благодарю, кабальеро, — ответил испанец. — От Черного Корсара я не ожидал подобной любезности.
— Перед вами дворянин, сеньор.
— Я знаю, кабальеро. Как вы поступите с нами?
— Вы останетесь пленниками на моем корабле до конца экспедиции. Позднее мы высадим вас где-нибудь на мексиканском берегу без всякого выкупа.
Потом, взяв офицера за руку и отведя на корму, спросил мрачным тоном:
— Вы знаете герцога Ван Гульда, не так ли?
— Да, кабальеро.
— Он находится в Веракрусе?
Испанец посмотрел ему в лицо, не отвечая.
— Я подарил вам жизнь, хотя, по праву победителя, мог бы бросить вас в море вместе со всеми вашими людьми. Неужели вы не можете сделать мне в ответ такое небольшое одолжение?
— Хорошо, — после небольшого колебания произнес испанец. — Да, герцог находится в Веракрусе.
— Благодарю, сеньор, — сказал Корсар. — Я рад, что вы дали мне возможность проявить великодушие по отношению к вам.
Офицер вернулся к люку и закричал:
— Сложите оружие: кавалер ди Вентимилья всем сохранит жизнь!
Два отряда флибустьеров под командой Моргана тут же спустились вниз, чтобы разоружить пленных.
Какое же страшное зрелище представляла собой внутренность фрегата! Повсюду дымящиеся обломки, разбитые доски, разбросанные снасти, люди, убитые или страшно израненные осколками гранат; повсюду кровь и страшные разрушения. Несколько раненых умирали на полу в лужах крови.
Десятка два или три испанцев, безмолвные, бледные, в лохмотьях, посреди этого хаоса ожидали флибустьеров. Все остальные пали от страшного дождя гранат.
