Читаем без скачивания И вот пришел ты - Клейпас Лиза

Ее улыбка стала шире.

— Это полностью зависит от вас, милорд. Не двигайтесь, а то свалите лед. Ваша бедная голова. Я старалась бить как можно слабее. Но нужно было ударить достаточно сильно, чтобы второго раза не понадобилось.

— Ч-что? — неуверенно произнес Алекс.

— Я ударила вас по голове.

Алекс заморгал, начиная понимать, что это не сон, и вспомнил, как ворвался в ее дом, вошел в комнату… и получил удар по голове. Он чертыхнулся себе под нос. Лили сидела по-турецки рядом с ним. А он лежал на кровати. Лили была спокойна и заботлива, но во взгляде ее светилось торжество, и в мозгу Алекса набатом зазвучало предостережение.

— Генри…

— Не тревожьтесь, с ним все в порядке. В полном порядке. — Лили ободряюще улыбнулась. — Он проведет ночь у моего друга.

— У какого друга? — требовательным тоном осведомился Алекс. — С кем?

В глазах Лили промелькнуло беспокойство.

— Не делайте поспешных выводов. Если бы у меня было хоть малейшее сомнение в благополучии Генри, я бы никогда…

Алекс попытался сесть.

— Скажите, у кого он!

— У Дерека Крейвена.

— У этого мошенника, у этого мерзавца из преисподней, который окружает себя шлюхами и ворами…

— С Дереком Генри в абсолютной безопасности, кля…

Лили замолчала на полуслове и, ахнув, спрыгнула с кровати, когда Алекс с воплем «Ах ты, мерзавка!» ринулся на нее. Однако ему помешали веревки на запястьях и щиколотках, которыми он был привязан к кровати. Не сразу сообразив, что с ним, он посмотрел сначала вправо, потом влево, а когда понял, то похолодел. Но в следующее мгновение он начал вырываться, да с такой яростью, что массивная кровать сотрясалась и скрипела. Он сражался с путами, как дикий зверь, впервые познавший заточение в клетке. Лили с тревогой наблюдала за ним. Она успокоилась, когда убедилась, что прочная кровать выдержит жестокое испытание.

Наконец Алекс оставил бесплодные попытки освободиться. Он затих, и только его грудь учащенно вздымалась и опускалась.

— Зачем? — спросил он. — Зачем?

Лили снова села на кровать и с улыбкой, чуть менее уверенной, чем прежде, посмотрела на Алекса. Несмотря на победу, ей было неприятно видеть его привязанным. Это выглядело неестественно. И путы уже успели натереть ему запястья — она заметила красные круги под веревками.

— Я выиграла, милорд, — сказала Лили. — Советую вам смириться с этим. Признаю, в моей тактике не хватало порядочности… но, как говорят, здесь все средства хороши. — Она потерла ноющую шею и зевнула. — Пока мы беседуем, Закари Стэмфорд спешит в Рейфорд-Парк. Сегодня же он увезет Пенелопу в Гретна-Грин, и они поженятся. Я вызвалась задержать вас. К тому моменту, когда я освобожу вас, будет поздно что-то изменить. Я не могу допустить, чтобы Пенелопа досталась вам, особенно если учесть, что Закари любит ее. Он сделает ее счастливой. Что касается вас… ваша чертова гордость скоро оправится от потрясения. — Она усмехнулась, твердо глядя в его налитые кровью глаза. — Я говорила, что сестра никогда не достанется вам. Зря вы не восприняли мои слова серьезно. — Она кокетливо склонила голову, ожидая от него ответа. Возможно, граф признает, что она хорошо сыграла партию. — Ну? — подтолкнула она его, желая, чтобы ее победе было воздано должное. — Меня интересует ваше мнение.

Алекс долго молчал. Когда же он заговорил, его голос напоминал хруст гравия:

— Мое мнение? Вам следует опрометью бежать прочь. И не останавливаться. И молить Господа, чтобы я не поймал вас!

Только Алекс Рейфорд считал возможным угрожать, лежа привязанным к массивной кровати. И это была не пустая угроза. В его тоне слышались беспощадность и решительность. Однако Лили тут же уверила себя, что способна справиться с графом.

— Я сделала вам огромное одолжение, — заявила она. — Вы свободны и можете найти себе другую. Ту, которая подходит вам больше, чем Пенни.

— Я хотел жениться на вашей сестре.

— Она бы никогда не доставила вам радости. Господи, неужели вам хочется взять в жены девушку, которая всегда будет бояться вас? Если у вас есть хоть капля здравого смысла, в следующий раз вы выберете себе невесту, наделенную большей силой духа. Нет, вы, наверное, опять сделаете предложение такому же безвольному, нежному ягненку. Жестоких обычно тянет к таким.

Алекс был одурманен головной болью, тщетностью попыток освободиться, яростью и отчаянной безысходностью своего положения. Всех, кого он любил, отняли у него — мать, отца, Каролину. Он позволил себе поверить, что никогда не лишится Пенелопы, — во всяком случае, он на это рассчитывал. Если эта пытка продлится, он сойдет с ума. Алекс в бешенстве заскрежетал зубами.

— Лили, — хрипло проговорил он, — развяжите веревки.

— Нет, ради моей собственной безопасности.

— Это единственное, о чем я прошу… — Вы будете свободны завтра утром, — пообещала она. — Заберете Генри, вернетесь домой и будете обдумывать план мести. Делать худшее из того, на что вы способны. Но мне это теперь безразлично, потому что Пенни больше ничего не грозит.

— А вам грозит… — процедил Алекс.

— В настоящий момент я чувствую себя в полной безопасности. — Лили дерзко улыбнулась. Внезапно она словно поняла, какая буря поднялась у него в душе, и ее взгляд смягчился. — Не беспокойтесь о Генри, — сказала она. — Сегодня у него будет потрясающий вечер. Секретарь Дерека позаботится о том, чтобы с ним ничего не случилось. — Лили усмехнулась. — Пока мы ехали в Лондон, Генри чуть не заговорил меня до смерти, распевая вам дифирамбы. Человек, заслуживший такую преданную любовь ребенка, не может быть чудовищем. — Пристально глядя ему в глаза, она оперлась на руки и нависла над ним. — Но вас тревожит не Генри? А что же?

Алекс закрыл глаза, чтобы не видеть ее. Он молил Господа о том, чтобы это оказалось кошмарным сном, который скоро закончится. Но Лили продолжала раздирать ему душу ласковыми словами, не заботясь о том, что бередит незажившие раны.

— Никто никогда ни к чему вас не принуждал, так? — спросила она.

Алекс сосредоточил все внимание на своем дыхании, стараясь дышать ровно. Он сожалел о том, что не может закрыть руками уши, чтобы не слышать ее голос.

— Почему вы так расстроились из-за моей сестры? Вам ничего не стоит найти такую же, как она. — Помолчав, Лили задумчиво продолжила:

— Если вы задались целью найти жену, которая не помешает вам жить воспоминаниями о Каролине… — Она заметила, как у него перехватило дыхание. — Стыд какой, — сокрушенно покачала она головой. — Мужчины не скорбят так долго. Это говорит либо о вашей неспособности любить, либо об упрямстве. Интересно, о чем из двух?

Алекс открыл глаза. Лили вздрогнула, увидев, что жаркий огонь растопил лед в их серых глубинах. Ей вдруг захотелось утешить графа.

— Вы не единственный, кто потерял близкого человека, — тихо проговорила она. — Я тоже. Мне все известно о жалости к самому себе. Она бесполезна, более того, она губительна.

Ее покровительственный тон взбесил Алекса.

— Если вы считаете, что, расставшись со своим самодовольным виконтишкой, пережили то же самое, что и я, потеряв Каролину…

— Нет, я говорю не о нем. — Лили устремила на него удивленный взгляд. Интересно, спросила она себя, откуда он узнал о ее помолвке с лордом Хиндоном? Наверное, вытянул из Зака. — То, что я испытывала к Гарри, было всего лишь влюбленностью. А любила и потеряла я совершенно другого человека. Я бы жизнь отдала за него! И отдам…

— За кого?

— Это личное.

Алекс откинул голову на подушку.

— Надеюсь, вы остынете к утру, — сказала Лили, поправляя ворот его рубашки с таким видом, будто он был игрушкой. Она знала, что ее бесцеремонность еще сильнее разозлит его. — Когда все обдумаете, вы поймете, что так лучше для всех. Даже для вас. — Заметив, что он снова натянул путы, она шлепнула его по руке. — Не надо. Вы не добьетесь ничего, кроме ссадин. Бедный Алекс! Как трудно признать, что тебя обвела вокруг пальца женщина. — Она сочувственно засмеялась, ее темные глаза блеснули. — До конца дней своих я буду хранить в памяти этот образ. Граф Вулвертон в моей полной власти. — Она снова наклонилась над ним, ее губы почти вплотную приблизились к его губам. — А что бы вы сделали, милорд, если бы вдруг освободились?