меня в магазин, пока остальные были на саундчеке. Мы прошли через чёрный вход тогда, когда разогревающая группа уже пела свою последнюю песню. Он собственноручно прикрепил на меня микрофон и, подмигнув, вытолкал меня на сцену.
— Другой менеджер попросил бы кого-то другого пойти со мной по магазинам, — неожиданно сказала я ему.
Я испытала странное чувство ностальгии по тому, как он бесцеремонно совал везде свой нос.
Он выпрямил плечи и пригладил волосы, убедившись, что ни одна прядка не выбивалась.
— Если хочешь сделать что-то правильно, сделай это сам.
— Дело не только в этом, — сказала я, укоряющим тоном. В конце коридора показался конференц-зал, но я должна была это сказать. — Ты всегда был таким, работая с "Брайт Трэджэди". Ты никогда никому не разрешаешь вмешиваться и не позволяешь заниматься ни глупой ерундой, ни чем-то серьёзным, то есть вообще ничем. Ты очень много работаешь ради этих парней.
Я нервно откашлялась. Даже тот контракт, который, по сути, запрещал мне приближаться к группе, и который я сама помогала составлять, был написан в интересах группы. Если я собиралась уйти, я должна была исчезнуть. Либо Кай мог сломаться уже навсегда.
— Бреннан, я просто хочу, чтобы ты знал, что я всё замечаю. И хотя ты мне не очень нравишься, я вижу всё, что ты делаешь.
Он снова провёл рукой по темно-русым волосам, но на этот раз его, казалось, не заботили непослушные прядки. Он переживал стресс и я начала это замечать.
— Никто не видит всего, что я делаю для этой чёртовой группы. Особенно ты. Ты пропала на несколько лет, Кловер. И с твоей стороны глупо опять ввязываться в это.
Его сердитая реакция заставила меня ощетиниться.
— Вообще-то я пыталась сделать тебе комплимент.
Он снова посмотрел на меня, его рука задержалась на ручке двери, ведущей в конференц-зал.
— Вообще-то я тоже.
Кто-то другой уловил бы сарказм в тоне его голоса и прищуренных глазах. Но я пережила с Бреннаном слишком много ночей в попытках отрезвить Кая, в попытках привести для него помощь и разрулить все проблемы, чтобы на следующий день мы могли двигаться дальше. Я столько раз участвовала с ним в непредвиденном шопинге и неожиданных интервью, призванных загладить различные кошмарные ситуации, связанные с нашей репутацией. Вместе с этим ужасным, но при этом гениальным и хватким менеджером, я подготовила столько контрактов, что тон его голоса и его слова несли для меня совсем другой смысл, чем тот, который он пытался в них вложить.
И мне снова стало интересно, хотел бы он сам покинуть группу? И если так, то почему он этого не сделал? Он контролировал все контракты. Он мог уйти в любое время.
И думал ли он, что я поступила мудро, уйдя тогда от них?
Когда я вспоминала ту ночь и последующее обсуждение контракта, на ум приходили только оскорбления и обвинения.
Не было никаких дружественных пожеланий или возгласов беспокойства обо мне. Он был просто в ярости. И он сделал всё, что мог, чтобы я за всё это заплатила.
Включая тот момент, когда он силой заставил меня подписать контракт о выходе из группы и то положение, согласно которому, я больше не имела права стать частью "Брайт Трэджэди" при жизни Бреннана.
Именно так там и говорилось. Наш контракт имел законную силу до самой его смерти. Настолько тогда он был серьёзен.
У меня было множество вопросов к Бреннану, но они умерли на моих губах, когда я осознала, что единственным человеком, который ждал меня внутри, был Кай.
Он сидел на дальнем конце дорогого стола из красного дерева, и выглядел как настоящая рок-легенда, в которую он превратился.
На его простой белой футболке были название и логотип какой-то группы, которые выцвели и стали серыми. Его черноволосая голова склонилась над разбросанными на столе листами бумаги, в одной руке он держал пожёванный карандаш, а в другой метроном. Его борода была аккуратно пострижена, но волосы были дико растрёпаны, словно он дёргал за них весь день.
Наши взгляды встретились, и я покачнулась, когда эти голубые глаза с таким неистовством встретили мой взгляд, что весь воздух вырвался из моих лёгких. Меня словно пнули в живот.
— А где все остальные? — спросила я.
Мои уши словно заполнились водой, поглотившей звук моего голоса, и он прозвучал так, словно находился где-то далеко-далеко.
Бреннан прошёл мимо меня, толкнув меня в плечо и развеяв чары спокойного и гипнотического взгляда Кая.
— Что ты имеешь в виду? Кого ты ещё ожидала увидеть?
Я ожидала увидеть всю группу. Всю эту чёртову группу. Но теперь, когда Бреннан задал этот вопрос, я не могла понять, почему. Мы с Каем никогда не включали никого в процесс сочинения музыки. Так почему мы должны были сделать это сейчас?
У меня в животе появилось нехорошее предчувствие, выпустившее на волю стаю бабочек, нервов и скрытого волнения.
Именно это я и не смогла объяснить по телефону Адаму. То, что творилось сейчас. Я собиралась писать песни для "Брайт Трэджэди" с Каем Портером.
Я мысленно прошлась по тем нескольких текстовым сообщениям, в поисках доказательства того, что он ссылался на группу. Но я уже знала, что это было не так. Почему-то я сама себе это надумала. Но сам Кай никогда не утверждал ничего такого.
— Не знаю, — ответила я на вопрос Бреннана. — Я просто думала, что людей будет больше.
Кай не сводил с меня глаз. Он наблюдал за каждым моим движением, словно был тигром, выслеживающим газель. Именно так я себя и чувствовала. Добычей. Он охотился на меня. А я была глупым оленем, которого заманили в ловушку с помощью яркого света фар.
Когда он так ничего и не ответил, я добавила:
— У тебя разве нет команды, которая пишет с тобой песни?
Бреннан в очередной раз насмешливо фыркнул.
— Может быть, ты сможешь уговорить его на это, Кловер. Ты же его знаешь.
Но нет. Я его больше не знала.
— Никто не понимает, что я пытаюсь им сказать, — сказал Кай, впервые заговорив, хоть и не со мной. — Ты присылаешь каких-то идиотов.
— Я посылал к тебе лучших людей в этой области. А ты с криками отправлял их назад.
Кай пожал плечами, наконец, отведя глаза. Он выкатил кожаное кресло, стоявшее рядом с ним.
— Ты можешь присесть.
Я не могла не заметить, что он не стал отрицать слова Бреннана. С ним, и правда, было так сложно работать? У меня по телу опять прокатилась нервная дрожь. Если лучшие люди в
