Все трое были вооружены трезубцами. Это намекало на то, что они когда-то служили Утонувшей Среде, но Сьюзи слишком хорошо знала историю Доверенных Лиц, чтобы поддаться на эту уловку. Печальная, вечно голодная Среда не стала бы использовать пустотников. Они явно на службе у кого-то из оставшихся четырех Грядущих Дней.
Сьюзи продолжала набирать высоту, не сводя глаз с противника и стараясь зайти со стороны солнца. Пока пустотники заняты своей забавой, но скоро они могут вспомнить о своем задании и начать оглядываться по сторонам. Солнце до какой-то степени скроет ее.
Дубинка порученца будет не очень-то полезна в воздушном бою, подумала Сьюзи. С такого расстояния не видно, но эти трезубцы просто обязаны оказаться магическими — раскаленными докрасна, или испускающими искры, или, если уж совсем не повезет, стреляющими сгустками Пустоты.
Я не смогу драться с тремя вооруженными пустотниками, поняла Сьюзи.
Она посмотрела на Дом сверху, стараясь разглядеть, нет ли там еще пустотников неподалеку от Парадной Двери. С такой высоты было не разглядеть. Она парила сейчас в километре над Домом и взгляд терялся в переплетении теней от надстроек, пристроек и прочих архитектурных излишеств.
Единственный шанс — пикировать прямо вниз, сменив направление в самый последний момент уже перед Дверью. Если сделать это правильно, набрать достаточную скорость и не сломать шею в процессе, то можно проскочить в Дверь прежде, чем пустотники смогут пойти на перехват.
Сьюзи засунула драгоценную коробочку поглубже в карман самого нижнего жилета, затем застегнула оба жилета и пальто, надетые поверх него.
Пустотники все еще играли со стрекочущей летающей машиной. Сьюзи еще мгновение повисела в воздухе, глядя почти себе под ноги, чтобы наметить четкий путь вниз.
— Хей-хо, дурни на марше, — пробормотала девочка сама себе. Затем свела руки над головой в позе ныряльщика, кинулась вперед и перестала махать крыльями.
Секунду распахнутые крылья еще держали ее в воздухе, даже почти перпендикулярно к земле. Затем Сьюзи полностью сложила их и рухнула с неба, как маленький метеорит.
Глава 18
Этой ночью Артур получил крайне ускоренный урок верховой езды на не-конях. После того, как сержант Хельве, к великому изумлению Артура и Фреда, пожал им руки и сказал несколько теплых слов, лейтенант почти вытолкал их из столовой. Они прошли в Комнату Командования, где полковник Хувити уведомил их, что битва зачтена им за окончание тренировок в форте Преображение, и поздравил с поступлением в распоряжение ГШ в качестве рядовых Полка. После этого он тоже пожал руки обоим мальчикам. В качестве ответной любезности они отдали честь и изобразили самый четкий поворот на каблуке, какой смогли. Затем тот же лейтенант сопроводил их на склад к квартирмейстеру, где они списали все новобранческое снаряжение, оставшееся в казарме, сдали обмундирование Легиона, которое на них оставалось, и получили взамен полевую броню и снаряжение Орды, которое им пришлось спешно надевать.
После визита на склад, дальше они топали за лейтенантом, почти хромая в броне длиной до колен и жестких кожаных сапогах, стараясь не стонать под весом крылатых шлемов, седел, набитых седельных мешков и кривых мечей, которые в Орде назывались громоносными тулварами.
Урок верховой езды провел в Почтовой конюшне МКС Орды, которого они раньше не видели. Звали его отрядный сержант Терцок. Шириной плеч он заметно уступал большинству прочих сержантов, но зато щеголял неправдоподобными усами, в которых Артур сразу же заподозрил фальшивку. При ближайшем рассмотрении усы оказались изготовленными из чего-то вроде проволоки и торчали под прямым углом к носу так, как настоящие волосы торчать не могут.
Они ощутили почти что облегчение, когда отрядный сержант Терцок не стал проявлять к ним странное благодушие, а немедленно наорал на них и принялся извергать потоки фактов, касающихся не-коней и езды на них, то и дело перебивая сам себя, чтобы устроить блиц-опрос по только что сказанному.
Артур ощущал усталость, но его еще воодушевляло то, что он все-таки пережил битву. Да и перспектива перейти в ГШ тоже была облегчением. Так что первые часы обучения езде на не-конях прошли терпимо.
На третий час, когда им наконец разрешили войти в денник не-коней, всякое чувство облегчения испарилось без следа. Затем Артур совершил роковую ошибку — зевнул как раз в тот момент, когда отрядный сержант Терцок демонстрировал им наиболее уязвимые места не-коня, который тихо стоял в стойле, поблескивая рубиновыми глазами.
— Тебе скучно меня слушать, наездник Зелень? — рявкнул Терцок. — Недостаточно впечатлений? Не терпится добраться до не-коня, а?
— Никак нет, сержант! — выкрикнул в ответ Артур, ощущая, что немедленно и полностью проснулся.
— Никак нет, отрядный сержант! — проревел Терцок. Его проволочные усы чуть не воткнулись Артуру в нос. — Ты отправишься верхом на не-коне, как наездник Орды, а не как рядовой, а я — отрядный сержант, а не какой-то там пешедральный сержант. Ясно?
— Так точно, отрядный сержант! — ответили хором Артур и Фред, который решил, что для него будет лучше всего тоже выразить свое понимание.
— Были бы тут еще несколько не-коней, я устроил бы верховую погоню за теми пустотниками. Ни один бы тогда не ушел. Ну ладно. Повторю главное в пятый и последний раз. Это вот Молдер, старейший не-конь почтового отделения. Собран четыре тысячи лет назад, и все еще бодр и крепок. Это типичный не-конь, с тремя пальцами на каждой ноге, не четырехпалая разновидность, каких иногда делают. Каждый палец приспособлен к ведению боя и снабжен стальным когтем в десять сантиметров, как вы уже видели. Шкура не-коня изготовлена из гибкого металла, но само существо — Почти-Творение, основанное на изначальном замысле Зодчей. Под этой шкурой живая плоть, и кожа служит ей отличным доспехом. Как и мы, Жители, не-кони очень крепки и быстро выздоравливают.
Не-кони умны, и к ним следует относиться с должным уважением. Вопросы есть?
— Никак нет, отрядный сержант!
— Вот и славно. А теперь я продемонстрирую, как правильно приближаться к не-коню и надевать на него уздечку с поводьями. Смотрите внимательно.
Артур очень внимательно наблюдал за тем, как сержант взнуздывает не-коня. Выглядело это довольно просто — если не-конь не сопротивляется — но в исполнении самого Артура оказалось совсем нелегко. Взобраться в седло и, собственно, поскакать на не-коне, как выяснилось, тоже совсем не так просто, как казалось.
Через шесть часов, в холодных, темных сумерках перед рассветом Терцок объявил, что Артур и Фред готовы настолько, насколько их вообще можно было подготовить за столь короткое время. То есть не готовы вовсе, но он, отрядный сержант, надеется, что они продержатся в седлах достаточно долго, чтобы хоть чему-то научиться на опыте. Перед их отъездом он прошептал что-то на уши не-коням, выделенным для мальчиков.
К этому моменту Артуру уже было все равно, даже если бы его привязали к седлу поперек, как свернутое одеяло. Все, чего он хотел — отдохнуть и не видеть и не слышать отрядного сержанта с его усами больше никогда. Раньше ему казалось, что он привык к изнеможению и уже легко справляется с тем, что перед глазами все плывет и трудно сохранять координацию. Но сейчас даже присутствие сержанта не могло заставить его не шататься.
А вот спать было нельзя. По окончании урока появился еще один незнакомый лейтенант, на сей раз не раненый и в доспехах Орды, и сказал, что доставит их в ГШ.
— Отрядный лейтенант Джарроу, — представился он. — Командирован из Орды в форт Преображение. Мы выезжаем через пятнадцать минут, после того как я проверю ваше оружие, снаряжение, упряжь и скакунов. Кто из вас Зелень и кто Позолота?
— Я ряд… наездник Позолота, — сказал Фред.
Артур пробормотал что-то, что, наверное, прозвучало похоже на "Зелень". Джарроу нахмурился и подошел ближе.
— Я знаю, что у тебя есть медицинское предписание, Зелень. Но документы куда-то подевались. Ты точно в состоянии путешествовать?
