закрыть зеркало целиком.
– Как зачем? – Не выбрав среди его одежды подходящую, она окинула придирчивым взглядом себя и, победоносно пискнув, стянула белый докторский халат. – Ты что, детскую песенку не знаешь?
– Какую песенку? – Пораженный происходящим, Рома не заметил, как схлопотал пощечину от кошки, оскорбленной недостаточно деликатным с собой обращением.
– В доме тихо и темно,
Комната укрыта мглой.
Летний дождь стучит в окно,
Гостью он привел с собой, —
скороговоркой пропела Соня, накидывая на зеркало халат. – Ты ж вроде местный, Ром, как можно не знать таких вещей? – Она отобрала у него недовольную обслуживанием пациентку. – Все, Лиль, можешь открывать.
Лиля настороженно отняла руки от лица и покосилась на накрытое халатом зеркало.
– Спасибо. – Она растянула бледные губы в подобии улыбки.
– Да брось, пустяки, – отмахнулась Соня и как ни в чем не бывало продолжила пить чай. – Кстати, о книгах: ты же читала «Утопленницу»?
Ромка же, впечатленный разыгравшейся минуту назад сценой, не желал сдаваться.
– Может, мне кто-нибудь… – возмутился было он, но замолчал, перехватив Сонин взгляд.
– Да все нормально, Ром, – смущенно проговорила Лиля. – У каждого из нас свои тараканы, просто у некоторых они лучше прячутся.
Рома вновь перевел взгляд на Соню, весь вид которой вопил: только попробуй донимать Лильку своими расспросами.
– О'кей. – Миролюбиво улыбнувшись, он запихнул в рот печенье.
– Приключение, мистика, Хичкок… Ага, как же. – Лиля посмотрела на Соню. – У рожденных в нашем городе только одна перспектива – какой-нибудь второсортный американский ужастик.
– Все лучше, чем бразильская мыльная опера, – усмехнулась та.
* * *
Соня раздраженно потерла заспанные глаза. Поспать подольше после многочасового марафона «Твин Пикса» не удалось: не было и девяти часов – непростительная рань для выходного дня, – когда Антошка растолкал спящую сестру, чтобы изобразить накрученные на пальцы завитушки в волосах: так он показывал кудрявую Кристину. Несколько минут понадобилось Соне, чтобы понять, что подруга не нагрянула с внезапным визитом, а терпеливо ждет, когда та соизволит подойти к телефону.
– Ну что еще? – пробурчала Соня, прижимая трубку к уху.
– Что делаешь? – легкомысленно защебетала Кристинка.
– Ты издеваешься? На часы смотрела?
– Какие планы на сегодня? – Крис пропустила вопрос мимо ушей и, не дожидаясь ответа, затараторила: – А приходи сегодня ко мне, а? Я кое-что придумала. Вам понравится.
– Очень сомневаюсь.
– Ой, ну что ты как бабка старая, ей-богу, – вскинулась Кристина. – Выходные, лето, самое время наслаждаться жизнью.
– Надеюсь, что под «наслаждаться жизнью» ты подразумеваешь выслеживание твоего таинственного поклонника.
– Расслабься, его уже Викуська выслеживает, – хихикнула Кристина.
– Ты ее попросила? – удивилась Соня.
– Нет, конечно. Она случайно узнала о нашей переписке и решила вывести его на чистую воду или «не быть ей великой охотницей за нечистью».
– И как успехи? – скептически усмехнулась Соня. – Есть подозреваемые?
– Она уверена, что это русалка из вашего озера. Или я сбрендила и сама себе ответы строчу. Ну или какой-то пацан. Но первые две версии ей нравятся больше.
– Сама себе отвечаешь?
– Ага, – радостно подтвердила Кристинка. – Просыпаюсь как-то утром, а у меня нога к спинке кровати шарфом привязана. Это Викуся меня так проверить решила. Я ей долго объясняла, что версия нежизнеспособная, потому что переписка разными почерками ведется и что привязывать людей без их согласия нельзя. Но ты же знаешь нашу младшенькую, там клиника просто.
– Русалку-то она как сюда приплела?
– Да там дневник малость промок по срезу. Викуськина дедукция подсказала, что его русалка в руках держала.
– А как русалка добралась до липы в центре города?
– Да черт ее знает. По лужам, наверное, дельфином скакала.
– Хммм. – Соня в красках представила эту картину.
– Да бог с ней, с Викусей. – Кристина вновь заговорщицки понизила голос: – Так что, придешь? Лилька с Нинкой придут.
– Ты им уже звонила?
– Еще нет. Но когда они отказывались?
– Это да, – вздохнула Соня. – Ладно, я тоже приду.
– Ура! Ну все, давай, через час жду.
– Когда? – возмутилась было она, но трубка уже пищала короткими гудками.
Соня вернула ее на рычаг и неторопливо двинулась в сторону лестницы, вычисляя время, которое предстояло потратить на утренние водные процедуры.
– Успею, – удовлетворенно кивнула она. – Еще и самая первая приеду.
Соня бодро зашагала по белоснежным ступеням, но на середине лестничного марша замерла, заметив следы босых ног, на этот раз не мокрых – подобным ее уже не удивить, – а грязных. Земля? Она присела на корточки, мазнула пальцем по следу и похолодела. Не земля.
Соня неторопливо поднялась и на негнущихся ногах пошла в сторону малой гостиной. Определенно не земля. Открыла дверь и, обогнув ставшие куда более заметными отпечатки ступней, приблизилась к камину. Не земля. Сажа. Она медленно опустилась на колени и оглядела черные кляксы от рук и ног на мраморном полу у камина: кто-то вымазанный сажей вылез из его топки и пошел… Пошел куда?
Соня торопливо двинулась по следу. Плохо различимый на темном паркете, он светлел с каждым шагом и на середине лестничного пролета исчезал окончательно. На всякий случай она все же поднялась на второй этаж и на четвереньках поползла по коридору вдоль запертых комнат. Увлеченная поисками улик, Соня не заметила, как приоткрылась дверь в Антошкину спальню.
– Привет, – смущенно промямлила она, застигнутая врасплох. – А я тут… – Она коротко глянула на лестницу со следами потустороннего присутствия. – Я тут сережку потеряла. Ты пока в своей комнате посиди, а то найдешь ее босой ступней, придется в травмпункт ехать. Пять минут, о'кей? – Соня подползла к застывшему в дверях брату и впихнула его обратно в комнату. – Пять минут! – прокричала в замочную скважину закрытой двери и побежала вниз прямиком в каморку для швабр.
– Машка, блин, – ворчала Соня себе под нос, домывая лестницу. – Общаться со мной не хочешь, а убирать за тобой вынуждена я. Где справедливость в этом мире? – Выпрямившись, она скинула с глаз челку и заметила нависшего над ней Антона. – Пять минут прошло? Завтракать идешь? – Соня широким жестом окинула влажные ступени. – Вот решила прибраться, пока никто не мешает, – будничным тоном объяснила она, словно начинать день с мытья полов было для нее привычным делом. – Не поскользнись.
Подхватив ведро с черной водой, она сбежала вниз по лестнице, затылком ощущая недоумевающий Антошкин взгляд. Пусть лучше считает ее чудаковатой, чем узнает, что спустя два года Машка предприняла очередную попытку показаться ему на глаза. Первая их встреча сделала ребенка немым, чем закончится вторая?
* * *
Час спустя Соня сидела на остановке и провожала взглядом двух перекрикивающихся чаек. Один за другим мимо проезжали автобусы, выпуская
