черты СОУ при встречном движении невозможно, и потому нам продемонстрируют еще видео преодоления трейлерами с тяжелой техникой крутого поворота. Здесь впервые можно разглядеть главного «героя» этого фильма – машину с полузамалеванным бортовым номером 3…2. Точнее его левую сторону. В другом видео нам продемонстрируют и правую. Судя по размеру экрана, снято на телефон через окно автомобиля. Качество очень хорошее. Виден второй от приводной звездочки нестандартный, без спиц каток, и неплотно подогнанные друг к другу части резинового «пыльника», а на нем, прямо под транспортным номером – следы белой краски. Это главные «индивидуальные признаки», по которым установка будет опознана на видео и фото транспортировки ее в красном трейлере грузовиком «Вольво». С технической точки зрения все ролики, продемонстрированные JIT, выполнены безупречно и выглядят очень достоверно. Но могут ли они стать доказательством в суде? По заверениям следственной группы, взяты они из соцсетей. К провокации с «Боингом» спецслужбы готовились загодя, и, скорее всего, туда они были выложены сразу же после крушения. В этом случае, если прописанная в метаданных дата создания файла примерно совпадает со временем его попадания в интернет (а в этом нет никакого сомнения), то суд примет это достаточным основанием для приобщения его к делу. Правда есть маленький нюанс. Видео правой и левой стороны СОУ из России, не привязаны друг к другу. Нет никаких оснований считать их принадлежащими одной и той же машине, если не считать кадры с красным трейлером, якобы снятые на Украине. Но идентичность установок на той и этой стороне, надо еще доказать, как, впрочем, и достоверность самого видео. Большая часть «украинских» кадров очень плохого качества (им пришлось пожертвовать для большей достоверности), и точное соответствие друг другу их отличительных особенностей разглядеть там очень сложно. Что там говорить, даже полый, без спиц каток опознать без дополнительной экспертизы невозможно! Вторым сюрпризом стало извлечение на свет корпуса двигателя ракеты, якобы сбившего рейс МН17. В отчетах DSB, на которые ссылается JIT, его не было. И откуда он появился, остается только гадать.
В сентябре 2018 года наше МО собирает новый брифинг…
В июне 2019 года JIT официально объявила четырех подозреваемых по делу о крушении рейса МН17. Ими ожидаемо стало военное руководство ДНР: Игорь Стрелков (Гиркин), Олег Пулатов, Сергей Дубинский, Леонид Харченко. Ни один из них специалистом в области ПВО не является, ракеты на цель не наводил и клавишу пуска не нажимал. В чем же они виновны? Давайте попробуем понять логику следственной группы. Главной задачей, поставленной перед ними, было обвинить Россию в том, чего она не совершала – крушении рейса МН17. В общем и целом ее они выполнили, но нужна была еще и эффектная концовка. Показательная порка. Суд над «виновными». Главными же виновниками катастрофы JIT признала экипаж «Бука» 53-й бригады ВС РФ. И это не давало прокуратуре оснований начала судебного процесса. Наличие погонов на плечах экипажа автоматически снимает с него ответственность за гибель людей, по той простой причине, что они – комбатанты. Говоря человеческими словами, комбатант – это солдат любой армии, участвующей в военном конфликте. Комбатантов также могут призвать к ответу за военные преступления, совершенные ими. Но ошибка, вызванная в боевых условиях стрессом, давлением ответственности и прочими факторами, преступлением не является. Можно привести кучу примеров, когда военные случайно сбивали гражданские самолеты: рейс SBI1812 над Черным морем был атакован украинской ПВО, рейс PS752, при взлете из аэропорта Тегерана – иранской. Мне могут возразить, что юридически Россия не является участницей внутреннего украинского конфликта, и российские военнослужащие не имели права вмешиваться в него. На что можно вспомнить, как американский крейсер «Vincennes», находясь в территориальных водах Ирана, сбил иранский же «Airbus» (рейс IR655). В тот момент США также не были одной из сторон конфликта. И количество жертв было сопоставимым с трагедией МН17 – 290 человек. Однако, никто командира крейсера и членов его экипажа к ответственности не привлекал. Иран подал иск в Международный суд ООН, но до заседаний дело не дошло. Страны заключили мировое соглашение, согласно которому Америка выплатила компенсацию родственникам пострадавших, виновной себя так и не признав. Единственная юридическая лазейка, по которой можно привлечь к суду несуществующий экипаж мнимого «Бука», это признать атаку его по «Боингу» преднамеренной. В этом случае нынешние подозреваемые могут проходить по делу как соучастники. Но, во-первых, наличие злого умысла, когда не известны даже имена экипажа, доказать невозможно. А во-вторых, отсутствие такового очень просто обосновать. Для того, чтобы намеренно сбить гражданский лайнер, нужно знать, где он полетит. Ополченцам же точный маршрут рейса МН17 не был известен. Его отослали в аэропорт Схипхол по факсу только вечером перед полетом. Можно предположить, что «Бук» поставили в этом месте наобум: кто-нибудь да пролетит. Но радар СОУ 9М310 может сканировать пространство только в очень ограниченном угловом диапазоне 120°. И для того, чтобы он мог сбить цель, его нужно вовремя развернуть в нужную сторону. Кто-то должен дать целеуказание. Сделать это может либо другой более мощный радар, либо несколько визуальных наблюдателей, расположенных на большом отдалении, вокруг установки. Других радаров в этом районе не зафиксировано, а наблюдатели не смогли бы увидеть «Боинг», скрытый сплошным покровом облаков. Кроме того, если бы группа злоумышленников задумала подобное преступление, то она не стала бы располагать СОУ возле Снежного. После того, как ополченцы начали сбивать украинскую военную авиацию, пассажирские самолеты стали обходить район наиболее ожесточенных боев стороной. Если брать рейс МН17, то в июле ближе всех к месту крушения пролетал лайнер, поднявшийся в воздух первого числа. Да и его путь прошел примерно на тридцать пять километров южнее, т. е. на максимальной дальности поражения комплекса «Бук М1». Отсутствие злого умысла в действиях мифического «Бука» признает и сам суд: «Суд считает, что, хотя ракета „Бук“ была запущена преднамеренно, предполагалось, что целью являлся военный, а не гражданский самолет. В этом смысле это должно было быть ошибкой. Однако такая ошибка не умаляет умысел и преднамеренность»[23]. «Умысел и преднамеренность» заключались, по видимому, в том, что военные руководители ДНР должны были отдавать себе отчет в том, что район, в котором они будто бы развернули ЗРК, не закрыт для гражданских воздушных судов. Так вину за вовремя не закрытое воздушное пространство над местами боев изящно переложили на плечи ополчения.
Крейсер ВМС США «Vincennes», Сиамский залив, 12 июня 2003 г. Фото: Matt Morgan.
Отсутствие возможности привлечения к суду российских военнослужащих вынудило следствие
