ему тоже несказанно повезет без всякого сомнения, потому что нерастраченной любви хватит на их семью с лихвой.
***
Еще одной кандидатурой в убийцы моем списке стало меньше, и я была очень рада. Хоть Иван мог, но не он убил Антона и меня очень грела эта мысль. Этот светлый человек и настоящий мужик оказался выше возмездия за свою искалеченную жизнь, не озлобился, не очерствел душой за 27 лет в тюрьме, а сберёг себя для любви и теперь рядом с ним было тепло, уютно и надёжно.
Глава шестнадцатая.
Судя по дневникам Антона следующей его жертвой стала мать Кирилла Анна. Еще раз прослушав запись рассказа сына Максюты на диктофоне, я многое смогла добавить. Рассказ его папаши о себе любимом, скрупулезно зафиксировавший все, касавшееся отношений с его матерью, продолжал поражать своим цинизмом.
Аннушка работала крановщицей на одном из участков огромной стройки. Бойкая, остроносая блондинка с яркими голубыми глазками – брызгами просто приковывала к себе внимание мужчин. Монтажники шутили, если бы Аверьянову не посадили так высоко от земли, стройка бы замерла, а мужики погибли бы все до одного в рукопашных боях. Она пришла на стройку прямо из училища и ей только что исполнилось восемнадцать. Антон заприметил девчушку сразу, но делал вид, что не обращает внимания. Он работал мастером на одном из монтажных участков стройки и скоро должен был стать заместителем начальника, поэтому вел себя солидно, соответственно положению и вольностей ни себе, ни при себе не позволял.
Они встретились не случайно на этой лесной тропинке. Антон уже несколько раз рано утром приходил сюда и ждал, спрятавшись за огромным комлем упавшего дерева.
Анютка любила купаться по утрам в таежной речушке, но не на облюбованном строителями песчаном плесе под обрывам, а за поворотом реки.
Антон случайно подслушал, как она приглашала повариху Надежду купаться с ней по утрам и три дня назад проследил, во время своей утренней пробежки, где Анютка забегает в лес. Уже третье утро он, страдая от назойливых комаров и мошки , прятался за комлем, но Анютка почему-то изменяла своей привычке. Покусанный лесной нечистью, как будто принуждавшей его отказаться от своих намерений, жутко раздосадованный Антон третий день не мог сосредоточиться на работе. Ему стоило больших усилий не срывать свое раздражение на рабочих и своевременно исполнять указания начальства. Мысли уводили в сторону от должностных обязанностей и с этим надо было срочно что-то делать.
Антон пытался убедить себя, что Анютка не стоит его внимания, что она вертихвостка, деревенщина, смазливая кукла и просто дурочка. Ничего не помогало. Ноги сами несли его туда, где была она или могла быть. Он усилием воли отводил взгляд от ее до дрожи во всем теле соблазнительных форм, которые бесполезно было прятать даже под грубым комбинезоном и курткой. Антон видел Анютку везде, в ушах постоянно звенел ее смех, голову кружил ее запах, он просто пропитался ею и понимал бесполезность сопротивления. Он заболел ею, и поэтому он третий день кормил собой таёжных кровососов и терпеливо ждал.
Анютка застыла на тропке и лучики утреннего солнца, причудливо переплетясь в ее белокурых волосах, тоже застыли вокруг её головки золотым ореолом. Антон не мог даже пошевелиться, до того сказочно красивой была она в этот момент, но через несколько секунд желание сломало красоту, и он просто набросился на девушку. Он теребил, мял, целовал и кусал ее застывшее тело, о котором он думал постоянно уже несколько дней, укравшее его покой, уверенность и свободу. Он покорял это тело, мстил ему за утраченный сон, пропавший аппетит, ошибки в документах и раздражение начальства, укусы лесных кровососов, верно охранявших это желанное до боли тело и упорно выгонявших его из засады.
Анюта даже не пыталась сопротивляться, она совсем не шевелилась и молчала. Это немного отрезвило Антона. Все еще дрожа всем телом, он с усилием оторвался от ее живота и поднялся с колен. Снизу на него смотрели широко распахнутые голубые глаза, в которых он не увидел ни страха, ни боли, в них отразились удивление и любопытство. А еще анюткины глазки светились счастьем и это подтверждала легкая улыбка чуть приоткрытых губ.
Антон не мог говорить, его затрясло еще сильнее, и он испугался. «Опять, опять, как тогда..»,– закрутилось в мозгу и к желанию примешалась ярость. Дальше был провал…
Похоже комар нашел самое болезненное место в его теле, потому что этот укус привел его в чувство мгновенно. Антон хлопнул себя по заду с такой силой, что чуть не вывихнул кисть. Он поднялся на локте и огляделся. Анютки рядом не было, но смятая и местами вырванная трава подтверждала, что ему ничего не приснилось. Он почти ничего не помнил, кроме дурманящего запаха ее волос и нежной кожи. Он почувствовал укус кровососа в причинное место и опустил глаза. Брюки были спущены, а на его ляжках изнутри и члене была кровь…Не его кровь…
Анютка так и не издала ни звука, по крайней мере он не помнил ее крика, как впрочем не помнил и стонов. Не было и ласкового лепета, который обычно он слышал от жены начальника стройки Татьяны и других баб. Жуткая мысль прожгла его насквозь.
Антон вскочил, быстро натянул трусы и, застегнув брюки, огляделся. Анютки нигде не было видно. Он взглянул на часы. Прошло минут пятнадцать с того времени, как он смотрел на них последний раз, сидя за комлем. Она не могла убежать далеко. Антон опрометью кинулся по тропке и, добежав до поляны, посмотрел в сторону вагончиков. Девушки не было видно, а до вагончиков от опушки леса по перевороченному колесами полю было не меньше километра.
Антон развернулся и стремительно побежал в обратном направлении. Примерно через пару километров, за поворотом реки, он увидел абсолютно нагую Анюту, заходящую в воду и снова застыл, но уже не от страсти и восторга, а от ужаса. Все ее нежное тело как будто ошпарили кипятком. Между ног была размазана кровь, на бедрах, животе и маленьких круглых грудках краснели жуткие пятна. Антон отчетливо увидел отпечатки своих зубов. Вся тонкая и нежная шейка была в тёмных засосах, тело истерзано. Зрелище было жуткое, и Антон испугался всерьез. Он, окаменев, смотрел на Анюту и ждал, сам не зная чего. Она зашла в воду по пояс ,присела и попыталась умыться, как бы пытаясь смыть эти страшные пятна. Он медленно пошел к ней, но она, услышав его шаги, обернулась и, увидев его, вжала голову в
