— Я тоже так раньше думал, землянин, пока тебя не встретил. Ты глупо умер, и я решил использовать твой дух, притащив в этот мир. Мне нужен был отвлекающий объект, который не жалко потерять. — Он опять помолчал. — Это стало моей ошибкой.
Теперь пришлось надолго задуматься мне. Ситуация была просто идиотская, и, как реагировать на нее, я не знал. Оказывается, в планах Рока я был жертвенным ягненком, определенным на заклание. Нет, какой там ягненок, я был просто козлом отпущения, на которого хотели повесить всех собак. Этот дядька даже не скрывает, что хотел моей второй смерти. Но тут уже ничего не поделаешь. Я посмотрел на Рока.
— Может, мы с вами, господин Рок, придем к какому-нибудь соглашению? — осторожно спросил я. — К обоюдному удовлетворению, так сказать. Вы меня направляете, я не ломаю.
— К сожалению, это невозможно. У вас у всех свобода выбора воли, если я вмешаюсь, то со мной случится то, что случилось с Курамой. Я лишусь тела. Живи, землянин, как жил, как тебе подсказывает твой разум. Но помни, я за тобой слежу. Раз оступишься, и я тебя прихлопну. — Он поставил указательный палец правой руки на ладонь левой и покрутил им, показывая, как он со мной поступит. — И последнее, для чего я появился у тебя: не помогай мне, не надо.
После этих слов он исчез, а я проснулся. Захлопал глазами, силясь понять, был Рок наяву или это был только сон, приснившийся мне.
— Шиза, ты что-нибудь видела? — чтобы не мучиться сомнениями, решил прояснить ситуацию у симбионта.
— Видела Рока в человеческом обличье.
— Значит, он мне не приснился, — расстроенно проговорил я. — Шиза, против нас ополчился весь мир. И все боги этого мира. Что будем делать?
Я что-то по-настоящему испугался. Одно дело жить незаметно, мальком, другое дело — как бельмо на глазу у бога. Он своим приходом разрушил всю стройную картину игры высоких престолов, что сложилась у меня в уме, и вместо фигуры одного из игроков я оказался тем, кто мешает всем. И там уже был не один палец, желающий меня раздавить, а целых три.
— А чего ты испугался? Тебя вычеркнули из игры, потому что ты превратился из фигуры на доске, которую можно передвинуть, в самостоятельного игрока. И просили не помогать. Живи как жил, но учитывай расклад сил, не мешай Року, не противопоставляй себя Кураме. Ты же теперь почти бог, — съязвила она. А потом серьезно добавила: — Они все трое будут с тобой считаться. Жди в гости Кураму. А Грыза верни в степь. Он должен управлять твоими свидетелями. Пока за тобой такая сила, с тобой будут считаться. Я даже думаю, что ты должен возглавить поход последователей Худжгарха против сивучей. Орки должны видеть воочию духа мщения. И можешь заглянуть ко мне в гости, я подготовилась, — с неожиданными вибрирующими нотками в голосе закончила Шиза.
Но мне было не до виртуальных утех. У мужика проблемы, а баба о лирике. Поэтому я только отмахнулся:
— Некогда мне гульки устраивать, делом надо заниматься. Соберись, Шиза!
— Я и так собралась, дом прибрала, украсила цветами, платье красивое сшила, кибуцьеры вина наделали, фрукты вырастили. У меня прическа новая, — похвалилась она. — А не придешь, не жди от меня помощи, сухарь бесчувственный.
— Ты еще маленькая, — не сдавался я.
— Я уже взрослая. Совсем взрослая, — вкладывая скрытый смысл в последние слова, напирала Шиза.
— А я нет, — отрезал я.
— Хорошо, я подожду, когда ты нагуляешься и остепенишься, — не стала упорствовать она, повторив фразу орчанки.
— Мне надо сменить обстановку, — произнес я вслух. Слишком много негативной информации навалилось на мои еще детские плечи, и мне было себя жалко. Я поискал глазами плечо, в которое можно было поплакаться, не нашел и с легким вздохом сожаления сказал: — Шиза, давай отправляй нас на спутник.
Мгновенная темнота, и я оказался на портальном круге. Меня встречал электронный секретарь Брык. Этот негодник приоделся в костюм черного цвета, в руках держал трость. Только голова была как у луковицы. Ее он поменять не смог, как поменял свои драные штаны, что были выданы электронному помощнику после выхода из карантина.
— Командор! — обратился он ко мне.
Я с интересом посмотрел на моего Чиполлино, раньше он называл меня хозяином. Теперь приподнял свой статус, обратившись ко мне как командиру, стало быть, что-то натворил, а исправлять надо будет мне.
— У тебя большие проблемы в Новороссии, — продолжил он.
— Брык, как появился ты, проблемы мне стали роднее, чем мать и отец. Я с ними живу, ем, ложусь спать и просыпаюсь. Я даже не сомневаюсь, что к этим проблемам свою ручку приложил ты. Рассказывай, — глядя, как замялся прижатый моими словами секретарь, разрешил я.
— Лучше посмотри. — Он развернул изображение, на котором появился невысокий курящий человек. Он нервно дергал руками и глубоко затягивался, выпуская дым через рот и нос. Нос был чем-то заклеен.
— Слушай сюда, умник, ты должен нам пять миллионов кредитов. Ты или твое долбаное княжество. Сроку тебе десять дней. Потом будет вот это со всеми вашими подданными.
Картинка поменялась, и на ней был тот же человек, насилующий первую баронессу, теперь ставшую графиней. У меня помутнело в глазах. Но когда вновь появился тот же человек, я был уже в норме.
— Деньги переведешь на счет "Посреднической конторы Бада". — Он вытащил сигарету, осмотрелся и, вытянув руку, притянул к экрану голову моего посла графа Брана Швырника Проворного и затушил сигарету о его лоб.
Бран выглядел ужасно, его лицо — сплошной синяк, глаз видно не было. На тушение сигареты он не прореагировал, только просипел:
— Милорд, убейте их всех, — и, получив оплеуху, исчез с экрана.
— Десять дней, парень, — повторил мужчина, зажигая новую сигарету.
Экран погас, и на нем появился Брык.
— Рассказывай, Брык, что ты сделал, что на нас наехала эта банда вымогателей? — Голос мой был ровен, то, что случилось, уже случилось. Обратно время не отмотаешь, надо решать, как быть с этой конторой, и решать так кардинально, чтобы у всех отпало желание связываться с княжеством.
— Их спец по программированию пытался вскрыть твой счет и ограбить тебя, командор. Я заблокировал их счета и в качестве компенсации снял с их счета два миллиона кредитов.
— А почему не все деньги? — поинтересовался я.
Как и предполагал, эта луковица стала причиной нападения. Вернее, его действия. Именно его, казалось бы, правильные решения привели к тому, что произошло. Но винить программу было бессмысленно, она функционирует по своему алгоритму, заложенному ее гениальным создателем.
— Мой творец не хотел, чтобы я наглел, иначе нас могли прихлопнуть уже давно. — Тут он был прав: если бы он грабил всех подряд и отбирал все, то долго бы не протянул — государство целенаправленно устроило бы на него охоту и привлекло достаточные ресурсы. У государства были такие возможности.
— Сколько у них денег на счетах? — спросил я.
— Двадцать миллионов, командор. — Теперь Брык был в броне десанта и увешан оружием.
— Брык, мы начинаем священный освободительный поход. Все кредиты врага снять и перевести на мой счет. Я отправляюсь в контору.
— Что, даже не поругаешь? — спросил луковый космический десантник.
Я посмотрел на него и гаркнул:
— Почему нарушаем форму одежды?! На голове должен быть голубой берет, на груди голубая тельняшка. То бишь майка в бело-голубую полоску. Твой девиз: "Никто, кроме нас". Исполнять!
— Есть исполнять! — ответил Чиполлино голосом, полным отваги и задора. Теперь на меня с экрана смотрел наш родной солдат ВДВ, увешанный мечами, какими-то ружьями и бомбами. Рукава закатаны, на предплечье шла наколка "Никто, кроме нас". Брык был готов воевать.
— Командор, надень наручный искин, чтобы я мог тебе помогать, — предложил Брык.
И я с ним согласился. Нацепил один из бывших у меня в запасе на станции и активировал. Тут же над рукой развернулся экран с рожей-луковицей в голубом берете.
