class="p1">— На курортной и тихой планете Астории произрастает неказистая на вид травка, но в ней трагедия, и богатство Астории, тревога Земли, других планет. Травка — наркотическое снадобье. Она получила в народе меткое имя обалдин. Расти травка может только на Астории. Там удивительно неповторимый климат. Соответственно наркотик или его сырье могут попасть на Землю только с Астории.
— Вы думаете, что я отвечу на ваши вопросы?
Но инспектор намеренно не замечал иронии.
— Мы вынуждены рассчитывать на вас, — сказочный гость приподнял руку, останавливая мои возражения. — Штаб-квартира преступников, несомненно, на Астории. Поскольку планета демилитаризованная, то попасть на нее невозможно с лазерным, огнестрельным и другим оружием… за исключением холодного, но оно вряд ли поможет. Действовать необходимо в одиночку против мощнейшего преступного картеля. Картотека агентов Интерпола выкрадена преступниками. Поэтому штатных агентов использовать мы не можем. — После этих слов нежданный посетитель как-то нехорошо уперся в меня взглядом. Именно тогда появилось нехорошее предчувствие.
— И вы думаете, что я ваша панацея, мифический супермен, — сразу догадался, что замышляет незваный гость из будущего. — Вы меня несомненно переоцениваете.
— Нет! — страстно убеждал Холл. — Вы не знаете нашего времени. Мало-мальски пригодные агенты готовятся годами. Люди нашего времени без длительной подготовки для сыскной работы совершенно не годятся. А в ваше время почти любой человек — суперагент, не то что наши слабаки современники. Интерпол решил воспользоваться недавно открытыми пространственно-временными щелями. Одна из них привела сюда, к вам.
— Вот и искали бы специалиста, детектива… у меня семья, маленький сын.
Я замолчал, но, взглянув на Холла, понял, что он глубоко проглотил наживку дурацкой идеи. Пришлось огорченно вздохнуть и тянуть волынку дальше:
— Да, преступники, драки и погони увлекают меня только в кино. В конце концов, я люблю поваляться в мягкой постели, побалдеть. На последнем слове лицо инспектора перекосила гримаса брезгливости и отвращения. Он прочел удивление в моих глазах и объяснился:
— Извините мою реакцию, но вы не представляете, как может меняться в веках смысл слов. Невинные у вас: обалдеть, балда и их производные… это мерзкие слова! — Холл успокоился и продолжил: — У нас действительно нет выбора кроме вас. Пространственно-временных щелей известно не так много. Только одна из них ведет к людям, к вам. Мы вас почти не знаем, но больше надеяться не на кого, да и любой в ваше время даст фору нашим детективам. Вам не безразлична судьба потомков? Верно?
— Верно, верно.
— Вот и докажите на практике. Вы согласны?
Мое неуверенное мычание собеседник расценил по-своему. — Тогда на таможню…
И я, уже одетым, оказался в таможне космопорта. Убаюкивающее кресло охватывало тело и массировало спину, шею, ноги. Наверно только этот нежный успокаивающий массаж спас от нервного потрясения, такого стремительного изменения ситуации я не испытывал даже во сне. И опять утверждаю: я не спал.
— Извините, но таможенный досмотр вы должны пройти один, — Зашептала клипса голосом инспектора. — Клипса все видит и слышит. Я буду помогать вам.
Я рефлекторно погладил правое ухо и ощутил нечто прицепленное к его мочке и противно зудящее голосом Холла.
Пока поклажа проходила проверку, самостоятельно подъезжая к таможеннику, хозяева, нежась в креслах, потягивали напитки. У подлокотника кресла остановился столик с хрустальными бокалами и пропищал:
— Напитки, сэр.
Я не возражал, клипса тоже молча согласилась. Наняли в агенты, так содержите его. Примерно так оценил ситуацию.
Жидкость нежно пощипывала язык, легко пузырилась и меняла вкус и цвет вместе с желаниями. То она напоминала шампанское, то апельсиновый сок, неожиданно появлялся привкус мяты…
Проходящие таможенную проверку были холены. На лицах отражались самодовольство, нега и безволие. Достаток и уют давались потомкам высокой ценой. Да, они никак не походили на нервозно-скандальных моих современников, но они лишились и некоей индивидуальности, словно сошли с конвейера.
— Вы чувствуете, насколько безынициативны люди? — проснулась и зашептала клипса. — Наркотики лишают их последних искорок воли.
Под жужжание клипсы я почувствовал, что кресло сдвинулось и покатило к таможеннику.
— От имени правительства поздравляю вас с прибытием на нашу планету! — торжественно встретил таможенник и, мгновенно преобразившись, буднично спросил: — Цель вашего приезда?
— Такая же, как и у всех, — ответил заговорщицки подмигнув, и пытаясь ничем не отличаться от остальных в зале ожидания. — Вы посоветуете, как лучше отдохнуть? Вы понимаете меня?
Таможенник что-то записал в свой журнал, оценил на взгляд и посоветовал:
— В отеле «Астория», лучшем для вашего отдыха, спросите Кима… Несомненно, поможет, — многозначительно нажимая на «вашего» и «Кима», он шутливо погрозил пальцем. — Ох уж эти балдежнкки!
В иллюминаторе таксолета появилась громадина «Астории». Отель одиноко стоял, окруженный девственной природой планеты на берегу огромного озера. Правда, пристальный взгляд показывал, что пляжи возле «Астории» благоустроены, а леса потеряли налет дикости. Но километрах в пяти от берега был неухоженный, заросший диким лесом островок, а километрах в шести или семи вокруг отеля начинались действительно девственные леса.
Отели на планете, с высоты отлично видно, оказались островками незначительного вмешательства в природу планеты. Они располагались в живописных уголках на расстоянии 30–50 километров друг от друга. На первый взгляд я увидел курортную планету, по крайней мере дымящих смрадом труб и иных атрибутов промышленности моего века и в помине не было.
Таксолет высадил у входа в отель и улетел. Воспользовавшись одиночеством, я проконсультировался у клипсы:
— Почему таможенник предложил именно «Асторию»? Здесь центр наркомафии?
— Маловероятно, — мигом отозвался инспектор. — Все отели являются не только местами отдыха, но и сбыта наркотиков. Каждый таможенник знает только нескольких тайных торговцев, а они за каждого направленного в их сети путешественника делятся частью прибыли. В черном бизнесе увязла почти вся планета.
Так, под шептание у уха, я дошел до дверей. Двери распахнулись, в них вкатился багаж, а за ним прошел и я.
Администратор быстро внес информацию в регистрационную книгу и протянул ключ роботу.
— Ваш нянька и гид, — рекомендовал он робота. — Надеюсь, будете довольны, — и приказал моему новому слуге: — Проводи в номер своего хозяина.
Робот подкатил поклажу к лифту и остался ждать меня.
— Мне рекомендовали обратиться к Киму, — потревожил уже клюющего носом администратора. — Вы познакомите с ним?
Администратор усилием воли слепил подобие сосредоточения из неги и выключил ласковые лапы массажного кресла.
— Извините, — пытался оправдать свое заспанное лицо — Но у меня такая тяжелая работа… целых три часа дежурства!
«Интересно, что же тогда легкая?» — пронеслось в голове.
— С Кимом?
Я вежливо улыбнулся.
— Он скоро будет. Когда появится, то я вам сразу сообщу. А сейчас отдыхайте. Какой тяжкий труд — путешествовать. Непременно отдыхайте, — одним духом выговорил и, довольный выполненным «тяжким трудом»,
