что вам от меня надо еще?
Я набрала в легкие побольше воздуха и выпалила на выдохе:
— Поцелуйте меня.
— Что?
Я ожидала в ответ многое: насмешку, сарказм, издевательство, унижение, но никак не ярость, которая полыхнула в его глазах.
— Что? — повторил он уже тише, но не менее угрожающе.
— Просто… понимаете… У меня нет опыта в этом… А мне надо… — залепетала я уже бессвязно, одновременно осознавая, какую же ошибку только что совершила.
Из груди Кэйхарра вырвался злобный смешок:
— То есть вы хотите, чтобы я научил вас целоваться? Для вашего будущего мужа? Чтобы и дальше пускать пыль в глаза? Может, вам и другой урок преподать? — Он показал на кровать. — Для большего опыта, а, лиа Ланье?
— Простите, — мне хватило духа собраться и произнести это ровным голосом, — моя просьба — это действительно уже чересчур. Давайте забудем об этом.
Я повернулась к двери, намереваясь уйти, но Кэйхарр вдруг в несколько шагов сократил расстояние между нами и, схватив за руку, рывком притянул меня к себе.
— Я все-таки выполню вашу просьбу, лиа Ланье, на прощание. — Моего лица коснулось его горячее дыхание. А после его губы впились в мои, напористо и жадно, словно пытаясь наказать или подчинить.
Я предприняла лишь слабую попытку вырваться, но он только крепче прижал меня к себе и продолжил целовать. Его язык прошелся по губам, и я сама открылась ему навстречу, со стыдливым ошеломлением осознавая, что мне это нравится. В какой-то момент я вовсе потерялась в этом поцелуе, в этих жарких объятиях, но Кэйхарр вдруг отстранился, выпуская меня из кольца своих рук, почти оттолкнул.
— Счастливого замужества, лиа Ланье, — уже небрежно бросил он мне. — А теперь прошу оставить мою комнату, мне нужно собираться…
Просить дважды меня уже не нужно было. Я сама выскочила за дверь, щеки горели, пульс просто зашкаливал. Я добежала до своей спальни, закрыла дверь на замок и обессиленно опустилась на кровать.
А потом вдруг заплакала, горько, надрывно, как не плакала уже тысячу лет.
Глава 17
К утру мне удалось вернуть твердость своим намерениям и вычеркнуть из памяти поцелуй с Кэйхарром. Я вышла к завтраку с боевым настроением, готовая смело встретиться с дракомагом лицом к лицу и ни единым жестом не показать, что что-то помню со вчерашнего вечера.
Однако в столовой была только Вилма.
— Как себя чувствуете, милая? — спросила она меня первая.
— Сегодня мне уже намного лучше, — улыбнулась я и присела на свое обычное место. — А где все?
— Фрее сегодня опять нездоровится, — вздохнула лиа Руан. — Ну а Рональд уехал. Еще на рассвете…
— И куда это он так торопился? — я предприняла неловкую попытку пошутить.
— К Теневому лесу, куда ж еще…
Только сейчас я заметила, какой подавленной выглядела Вилма. Похоже, для нее отъезд племянника тоже стал сюрпризом. Неприятным сюрпризом.
— Надолго? — зачем-то уточнила я.
Вилма пожала плечами:
— Кто ж его знает?
— Лиа Руан, я ведь тоже сегодня от вас съезжаю, — напомнила я осторожно. — Вчера родители мужа Стэйси наконец отправились домой.
— И вы никак не хотите задержаться? — Она посмотрела на меня с надеждой.
— Простите, но нет, — я покачала головой. — Мне и стеснять вас больше не хочется, и Стэйси уже с нетерпением ждет моего возвращения. Но я всегда с радостью составлю вам компанию на какой-нибудь прогулке или загляну на чай, если пригласите. — Я мягко улыбнулась старушке.
— Вы можете приходить на чай в любое время дня и ночи, а еще обед, ужин и завтрак. — Вилма тоже улыбнулась. — И не думайте, что я от вас отстану и не воспользуюсь вашим предложением насчет компании, — добавила она уже шутливо.
Я покинула особняк Кэйхарров после обеда. В доме у Стэйси меня ждала бурная встреча, словно мы с подругой не виделись еще сотню лет. И весь вечер до самой ночи мы без умолку болтали, делясь всеми событиями и тем, что у нас на душе. Единственное, о чем я не решилась рассказать Стэйси, — это о поцелуе с Кэйхарром. Несколько раз порывалась, но так и не проговорилась. Возможно, мне было просто позорно сознаваться в столь глупом поступке, а возможно, и стыдно признавать, что для меня этот поцелуй значил намного больше, чем хотелось бы.
Но Стэйси хватило и остальной информации, чтобы взволнованно охать и ахать, особенно на моменте, где я «упала в обморок», чтобы не отвечать на поцелуй Чаркеша.
— Но что ты собираешься делать дальше? Он явно не оставит попытку повторить это, — сказала она, ухмыляясь.
— Буду решать проблему на месте, — отмахнулась я.
— Можешь потренироваться на помидорах или персиках, — вдруг предложила подруга.
— Что? — не поняла я сразу.
— Ну, помнишь, как старшие девушки в пансионе учились целоваться на помидорах и персиках, — хихикнула подруга. — Главное, взять помягче и посочнее, чтобы можно было втягивать в себя…
— Будто это работает, — скептически хмыкнула я.
— Если честно — нет, — хихикнула Стэйси. — Поцелуй мужчины точно не похож на помидор. Только если подключить воображение.
— Хорошо, когда мне все-таки придется поцеловать Чаркеша, буду воображать, что это помидор, — кивнула я.
«А не Кэйхарр», — добавила про себя уныло.
Утром во время завтрака принесли почту, среди прочих посланий была записка и для меня, от Чаркеша. И, конечно же, он приглашал меня на свидание вечером.
— Пойдешь? — поинтересовалась Стэйси.
— Конечно, — ответила я как можно беззаботнее. — Я ведь в шаге от успеха! Нельзя упускать ни единого шанса.
— Лиа Ланье, вам за время, пока вас не было, приходили тоже письма, — сказала служанка Мирэль и положила передо мной несколько конвертов.
Почерк на одном я сразу узнала и поморщилась как от зубной боли: оно было от ненавистного лэра Твиста. Как ему удалось найти меня даже здесь? Небось приходил донимать моих сестер и Брисеиду своими напоминаниями о долге, а тетка и дала адрес Стэйси. Сейчас мне совсем не хотелось читать все эти угрозы, поэтому я отодвинула желтый конверт с гадливым чувством и взялась за другие. Те оказались от Мэри, и я уже с радостью погрузилась в новости от сестры.
Письмо же от Твиста я отложила до вечера. А может, и до утра. Или вовсе до момента, когда у меня будет настроение получше. Вдруг в своем следующем ответе я наконец смогу сообщить ему о полном погашении своего долга?
Я уже начала собираться на свидание с Чаркешем, когда в дверь дома кто-то настойчиво позвонил. Подруга, которая помогала мне с прической, удивленно вскинула брови:
— Кого это принесло? Тедди еще должен быть на встрече…
Но потом
