он в ответ. – Бредовая мысль – это вообще не про меня. Необычная мысль – возможно. Все мои мысли проходят проверку временем. Спроси у Байлура, например. Где бы был его ненаглядный кулон и секира, если бы не я?
- Не буду повторяться. Надеюсь, ты меня понял. – Айна приблизила два пальца к своим глазам, а потом развернула их в сторону Саира, намекая на то, что будет непрерывно следить за ним.
Саир ничего не ответил, а лишь похлопал Аметиста по холке, ускоряя его неспешный бег.
***
У ворот в Эстагард их ждало настоящее столпотворение. Перед городской стеной по всей окружности шёл довольно широкий ров, заполненный поросшей камышами стоячей водой. Мост перед воротами был довольно узок, и даже в обычное время пропускная способность его была сравнительно невелика. Архитектора сего сооружения безопасность города волновала сильнее, чем возможность возникновения пробки у въезда в город. Как бы то ни было, когда Айна, Байлур и Саир приблизились к мосту, очередь на въезд насчитывала не менее сотни пеших и конных существ.
Ленивый начальник стражи ворот на другой стороне моста неторопливо допрашивал каждого въезжающего, словно нарочито растягивая удовольствие от созерцания скапливающейся толпы. Среди существ в очереди преобладали люди, хотя тут и там мелькали знакомые Саиру широкоплечие велдирские силуэты, а также гномы на гружёных барахлом повозках. Эльфов среди толпы не было вовсе. Да и что им было делать здесь, в этом суетливом, шумном и дурнопахнущем городе.
- Чёрт меня дёрнул поехать сегодня! – раздался грозный рык откуда-то спереди из толпы.
- Всё из-за турнира. Слетелись как мухи на мёд, - вторил ему другой голос.
Стало смеркаться, и вокруг у дороги путники разожгли сразу несколько костров. Похоже, некоторые из приехавших к воротам потеряли надежду попасть внутрь до наступления ночи и решили переночевать снаружи. Атмосфера в самой толпе была не самой спокойной и дружелюбной.
Байлур продолжал поглаживать статуэтку, игнорируя происходящие вокруг него процессы. Айна лишь вздохнула, оглядывая очередь.
- Похоже, и нам придётся опять ночевать на улице. А я уже начала мечтать о тёплой кровати, - сказала она, глядя на Саира. У того на подбородке сформировалась едва заметная ямочка – признак лёгкой усмешки. «Только не это. Опять что-то придумал», - подумала Айна.
- Подыграешь мне, детка? – прошептал он ей.
- Специально бесишь меня? – взбрыкнула Айна, успокаивая ладонью свою Ивиль, которая почувствовала возмущение в голосе хозяйке. – Не собираюсь я...
Саир вдруг приподнял край своей рубахи, оголил живот и стал бешено начёсывать его, всем своим видом изображая нестерпимый зуд.
- Помнишь того странного старика с пятном на животе, которого мы встретили вчера на стоянке? – сказал он нарочито громко, с надеждой в глазах глядя на Айну.
После небольшого по продолжительности ступора, она стала медленно кивать головой. Мечта о тёплой кровати перевесила риски, и она решилась.
- Ааа... Тот, который всё время чесался?
- Да, он самый, - закивал Саир в ответ, продолжая начёсывать живот. – Помнишь, он ещё к ночи отбросил копыта. И ладно бы он отбросил копыта из жаркого из телячьих ног, но нет – он отбросил свои собственные.
«Зуд» становился всё сильнее. Стоявшие поблизости в очереди начали с опаской поглядывать на них.
- Дай посмотрю, - она наклонилась и стала внимательно «изучать» его живот, который и вправду начал уже краснеть из-за производимого Саиром непрерывного растирания. – Ууууу.... как всё запущено. Тебя нужно срочно к городскому лекарю. Если это то, что я думаю...
- Похоже, это животная почесуха. Штука сильно заразна. А я ведь всего-то просидел рядом со стариком полвечера, - Саир продолжал входить в роль. Вокруг них начала постепенно образовываться зона отчуждения. Стоявшие позади них стали пятиться назад, а находившиеся впереди за неимением возможности продвинуться к мосту стали расступаться в стороны, образуя между собой коридор, по которому можно было продвигаться к воротам. Судя по распространявшейся быстрее скорости звука волне тревожных разговоров и перешёптываний, коридор этот должен был вскоре стать ещё внушительнее.
Айна подтолкнула в плечо Байлура, и тот послушно дёрнул вожжи, тронувшись места. Вместе с Саиром они последовали за телегой. В глазах существ, которые смотрели на них со всех сторон, она читала смесь испуга, жалости, отвращения и злости.
- Пропустите смертельно больного! – прокричал мужской голос впереди, и коридор, по которому они продвигались, стал расширяться ещё стремительнее.
- Да, у меня уже в глазах темнеет, - Саир скрючился, сидя верхом, при этом не забывая начёсывать живот.
- Не переигрывай, стрелок, - прошептала ему Айна. – У всех сейчас в глазах темнеет. Это называется вечер.
- Ты права, киса, - ответил он ей таким же тихим голосом и тут же перешёл на звучный. – Боже, как же чешется.
Байлур неожиданно вышел из транса, в котором пребывал и с тревогой посмотрел на Саира.
- Помощь нужна? У меня есть то, что тебя спасёт, стрелок. Это спасёт нас всех, - он улыбнулся, поглаживая статуэтку по голове. Всё-таки заклятие действительно работало.
- Нет, Байлур. Меня спасёт только знаменитый Эстагардский лекарь, излечивающий от животной почесухи, - крикнул Саир в ответ, подмигивая гному.
Когда они наконец добрадись до стражника, стоявшего у входа в город, позади них на
