очень торопился. И тогда он решил спрятать во мне тысячи заклятий, надеясь, что в будущем сможеть контролировать меня и использовать в своих целях в здешних доменах, среди мест, где творение магии карается лютой смертью. Но только вот он не учёл одного...
- Занимательная сказка на ночь, - прервал её Саир, зевая. – Только вот спать уже хочется. Дослушаем как-нибудь в другой раз. Ты мне только одну вещь скажи – тот самый большой бум-бум с лесной тварью – твоих рук дело?
Фар снова опустила глаза.
- Да, среди моих волос был один подходивший для подобного случая. «Изыди, тварь» назывался он.
- Волос? Твоя магия хранится в волосах? – изумлению Айны не было предела. Байлур продолжал втихаря освящать себя охранными знамениями.
- Да. Сто тридцать семь тысяч двести пятьдесят три волоса, - она провела рукой по своим роскошным волосам. – Нет, уже двести пятьдесят два. Каждый день теряю не менее десятка. Каждый из волос – это одно заклятие, заранее заговорённое. Я помню их всех. Каждый.
- Занимательная арифметика. Только с чего ты вдруг рассказываешь это нам – первым встречным? И почему помогла Саиру? – спросила Айна, продолжая глазеть на собеседницу с некоторым недоверием.
Фар перебрала свои волосы и отделила один, показывая на него пальцем.
- Я уже проверила вас всех. Заклинание называется «Увидеть зло». В вас его нет, зато есть немало других тайн, - сказав это, она загадочно посмотрела на Айну.
- Так, а вот этого делать точно не стоит, - строго посмотрела на неё полуэльфийка. – Остаётся один нерешённый вопрос на сегодня. Что нам с тобой делать?
- Чего тут думать, - пробурчал Байлур. - Кол в сердце, а парик в болото. Я не собираюсь с этой чернокнижницей рядом ночевать.
Фар поднялась на ноги. Из-за длинного платья и плавных движений Саиру показалось, будто она стала парить в воздухе.
- Я уже сказала, что не принесу вам никакого вреда. А что касается тебя, Байлур, то эту ночь я проведу у тебя под боком, как ты этого сам пожелаешь вскоре.
Байлур отскочил ещё на шаг назад.
- Чего ты несёшь, гадюка?
Фар взмахнула руками и на мгновение в темноте наступившей ночи вспыхнула маленькая искра, как будто заблудший светлячок залетел к ним на секунду. Байлур тут же опустил нож на землю и устало провёл рукой по лбу.
- Ну всё, давайте спать уже. А то раскудахтались на ночь.
- «Усмирение гнома». Давно хотела попробовать, - Фар радостно захлопала в ладоши. – Теперь Байлур не будет обижать эльфов. Правда, всего пару дней.
- Эльфов? Так ты тёмный эльф? Ну ка покажи свои ушки, - попросила Айна, которую не переставала удивлять незнакомка.
Та откинула свои волосы вбок и сквозь них проступили остроконечные мохнатые ушки.
- Прелесть какая. А мне мама рассказывала, что вы давно вымерли, - сказал Саир, подходя ближе к Фар. – Скажи ка мне, а нет ли у тебя пары готовых заклятий для...
Остаток фразы он произнёс так, чтобы Айна с Байлуром не слышали его.
- Конечно есть, добрый Саир, - ответила ему Фар, не переставая улыбаться. – Сразу несколько моих волос помогут решить твои проблемы. Только вот сдаётся мне, что помощь моя в этом вопросе тебе пока совсем не нужна.
Саир расплылся в улыбке и показал Айне свой бицепс.
- Спасибо тебе, добрая Фар, - добавил он. - Это именно то, что я и ожидал услышать. Ты мне и вправду всё больше и больше нравишься.
- Да уж. Кто о чём, а вшивый о бане, - сказала Айна, поднимаясь на ноги с твердым намерением завершить эту вечернюю беседу и отправиться спать. – Хотела бы тебя только об одном попросить, Амарильфар, или как тебя там кличут. Будет спокойнее нам всем, если ты отправишься спать в своём статуйном обличии. Это можно как нибудь организовать?
- Не беспокойся, Айна. Я и сама собиралась обернуться. Сейчас только подкреплюсь немного и больше вы меня до утра не услышите.
***
Когда все, кроме Фар, уплетавшей остатки сухарей, улеглись на свои лежаки, Айна сильно ткнула в бок Саира и зашептала.
- Ты спишь, Саир?
Он резко заворочался и перестал сопеть.
- Теперь уже нет. Сложно представить более идиотский вопрос, чем «Ты спишь?».
- Поражаюсь твоей беспечности. Я не усну, пока она не превратится обратно в эту самую статуэтку.
- Подумай сама, Айна. Даже если она превратится в неё, что помешает ей дождаться пока мы все уснём, обернуться назад и сделать своё чёрное дело? А если сделать ничего нельзя, то и смысл переживать. Тем более, один раз она жизнь мне уже точно спасла.
- Может разобьём статуэтку ночью? Или закопаем под деревом?
Саир приподнялся на локте и посмотрел на Айну.
- И этот человек обвинял меня в идиотизме.
Когда Фар дожевала сухари, следующим был звук падения небольшого
