конца.
Магазин опустел. Риддик быстро перезарядил оружие, но в эти секунды хищники сократили дистанцию. Когти полоснули по правому бедру, затем по левому предплечью. Кровь хлынула из ран, пропитывая одежду.
Двенадцатый выстрел сразил ещё одного противника. Тринадцатый и четырнадцатый ранили двух других. Но теперь их было четверо, и все они были в пределах досягаемости когтей.
Риддик бросил арбалет, рванулся к копью. Длинные лапы хищника перехватили его на полпути, валя на землю. Зубы защёлкнулись над головой, горячие капли слюны попали на лицо.
Нож из когтя кота оказался в руке словно сам собой. Клинок вошёл в горло твари по самую рукоять. Хищник захрипел, попытался отпрыгнуть, но Риддик уже перекатывался, хватая копьё.
Древко легло в ладони знакомым весом. Наконечник из когтя Титана блеснул в лучах восходящего солнца. Риддик поднялся на ноги, принимая боевую стойку.
Трое оставшихся хищников окружили его, готовясь к финальной атаке. В их глазах горел первобытный голод, смешанный с яростью от потери стаи.
Они атаковали одновременно.
Риддик встретил первого остриём копья. Наконечник вошёл в грудь твари, но инерция прыжка протащила её по древку. Когти полоснули по его рёбрам, оставляя глубокие борозды.
Второй хищник прыгнул сбоку. Риддик подставил древко под удар, но зубы сомкнулись на его левой руке. Боль взорвалась в сознании белой вспышкой. Кость хрустнула под давлением челюстей.
Правой рукой он нашарил нож, ткнул в основание черепа нападавшего. Раз, другой, третий. Хватка ослабла, но рука уже висела плетью, источая кровь.
Последний хищник целился в горло. Риддик отклонился, но не полностью. Когти прорезали шею, едва не задев артерию. Ещё несколько дюймов — и всё было бы кончено.
Нож скользнул между рёбер противника, нашёл сердце. Зверь замер на мгновение, потом медленно осел на землю.
Тишина.
Риддик стоял среди груды тел, тяжело дыша. Левая рука не слушалась, кровь текла из десятка ран. «Кровь Хищника» ещё действовала, заглушая боль, но он понимал — как только эффект пройдёт, станет совсем плохо.
Детёныши! Сражаясь, он совсем забыл о них.
Риддик заставил себя двигаться, добрался до корзины под навесом. Четверо малышей сбились в кучку, испуганно попискивая. Они чувствовали запах крови, слышали звуки битвы, но не понимали, что происходит.
Бригид первой высунула мордочку, осмотрела его. В её глазах не было страха — только беспокойство за того, кого она считала отцом.
*Всё в порядке. Папа справился.*
Но сначала нужно было обработать раны. Риддик добрался до мастерской, достал аптечку — набор самодельных лекарств и перевязочных материалов. Левая рука была сломана в двух местах, но кости не вышли наружу. Можно было вправить.
Он сделал глоток «Противоядия Фурии» — зелье ускоряло заживление и предотвращало инфекции. Потом принялся за обработку ран. Промыл их спиртом, зашил самые глубокие, наложил повязки.
Работать одной рукой было сложно, но он справился. Практика последних недель не прошла даром — все движения были отработаны до автоматизма.
К полудню он был готов проанализировать результаты первого серьёзного боевого применения своих зелий.
«Кровь Хищника» проявила себя превосходно. Ускоренная реакция, обострённые чувства, повышенная выносливость — именно эти качества позволили ему выжить против превосходящих сил противника. Эффект длился около часа, побочных действий не наблюдалось.
«Противоядие Фурии» тоже работало как задумано. Раны уже начали затягиваться, воспаления не было. К вечеру он мог быть снова в строю.
Но главный урок был в другом. Он расслабился. Привык к безопасности фермы, перестал постоянно оглядываться по сторонам. Это едва не стоило ему жизни.
Фурия не прощала слабости. Не прощала ошибок. Один момент невнимательности — и хищники уже у порога.
Риддик посмотрел на тела убитых тварей. Семь противников. Серьёзная стая, способная справиться с гораздо более крупной добычей. Но они выбрали не ту цель.
К вечеру он уже разделывал туши, заготавливая мясо, шкуры, кости. Ничего не должно было пропасть зря. Каждая смерть на Фурии имела цену, и он намеревался получить с неё максимальную выгоду.
Шкуры подойдут для усиления брони. Кости — для новых наконечников. Мясо можно закоптить, сделать запасы. Зубы и когти — всегда пригодятся для инструментов.
Бригид подошла к нему, потёрлась о ногу. Риддик аккуратно погладил её здоровой рукой. Малышка выросла за последние недели, стала сильнее и умнее. Скоро она сможет помогать ему в охоте.
*Скоро вы все станете моими помощниками. Моими воинами.*
Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо Фурии в привычные красные тона. Ещё один день выживания. Ещё одна победа над этим враждебным миром.
Но Риддик больше не расслаблялся. Урок был усвоен. На Фурии нет безопасных мест. Есть только те, которые ты можешь защитить.
И он намеревался защищать своё до последней капли крови.
Глава 11
Сотая порция «Крови Хищника» была не похожа на предыдущие.
Риддик сидел в лаборатории, наблюдая, как в керамическом тигле медленно смешиваются ингредиенты. Порошок глаз ночного хищника, экстракт сухожилий кота, капля железы змее-женщины, стабилизированные спиртом семидесяти градусов. Формула была отработана до совершенства, каждый компонент выверен до миллиграмма.
Но что-то было не так.
Жидкость в тигле светилась. Не отражала свет от масляной лампы — именно светилась изнутри слабым голубоватым сиянием. За десятки приготовлений этой эссенции он такого не видел никогда.
Риддик осторожно понюхал смесь. Запах был знакомым — металлический, с оттенком мускуса и что-то ещё, едва различимое. Но привычной горечи не чувствовалось. Наоборот, аромат был почти приятным.
В углу мастерской попискивали детёныши. Они выросли до размеров крупного кота, их клыки и когти стали по-настоящему опасными. Но к нему они по-прежнему относились с безграничным доверием. Бригид даже научилась приносить инструменты, когда он работал.
*Сотая порция. Переломный момент?*
Он долго изучал светящуюся жидкость, размышляя о природе происходящего. За месяцы экспериментов в его организме накопились следы десятков различных эссенций. Возможно, они наконец достигли критической массы, начали взаимодействовать друг с другом.
Или он просто медленно отравлял себя, и это была последняя порция перед смертью.
В любом случае, отступать было поздно. Путь назад отрезан с первой же выпитой каплей «Крови Хищника». Остаётся только идти вперёд.
Риддик поднёс тигель к губам и залпом выпил содержимое.
Эффект начался мгновенно. Привычное обострение чувств и ускорение реакции отошли на второй план перед чем-то совершенно новым. Внутри разливалось
