— Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание. — По уважительней.
Воздух вокруг нас сгустился. Его демоны переглянулись, и их позы из развязных мгновенно сменились на почтительные. Они отступили на шаг, опустив головы — не передо мной, а перед его волей. Я стояла, не в силах пошевелиться, все еще пылая от его слов.«Будущая самка вашего Альфы». Он не просто защитил меня. Он публично заявил о своих правах. Перед своей стаей. В его тоне не было вопроса. Это был приказ. Факт.
Он посмотрел на меня, и его ухмылка смягчилась, стала почти... нежной.
— Видишь? — тихо сказал он, так, чтобы слышала только я. — Никто не посмеет тебя тронуть. Ты под моей защитой. Всегда.
И в тот момент, несмотря на всю ярость, несмотря на возмущение его наглостью, часть меня... та самая, что признала в нем свою пару, отозвалась на эти слова глухим, предательским удовлетворением, потому что в его мире, мире силы и инстинктов, это было высшим признанием. И самым опасным обещанием. Я вздернула подбородок, ледяная ярость вытеснила смятение. Его слова, его «защита» — все это было очередной попыткой поставить меня на колени, обозначить свою территорию.
— Дана, идем, — мой голос прозвучал резко и четко, как удар хлыста. Я оттолкнула плечом ближайшего «демона», проходя сквозь их строй, как сквозь дым. — Нам нечего делать в компании этих неандертальцев.
Я не смотрела на Рея. Я чувствовала его взгляд на своей спине — тяжелый, обжигающий, но я шла, выпрямив спину, сжимая в руке свой шприц так, что пластик трещал.
Дана, широко раскрыв глаза, бросилась за мной.
— Лиля, боги... — прошептала она, догоняя меня в толпе. — Ты только что... ты только что назвала наследника Багровой стаи и всю его свиту неандертальцами в лицо!
— Так оно и есть, — я выдохнула, чувствуя, как адреналин пульсирует в висках. — Он думает, что может вот так просто... объявить меня своей собственностью? Перед всеми? Нет уж.
Мы пробились в актовый зал, где гремела музыка и мелькали огни. Но даже здесь, в вихре праздника, я чувствовала его присутствие. Его взгляд, будто прицепился ко мне. Он не побежал за мной. Не стал устраивать сцену. Но я знала — это не конец. Сделав такое заявление, он не отступит. А я... я только что публично его отвергла.
Война объявлена. Снова. Но на этот раз ставки были выше than ever.
У диджейского пульта, возвышаясь над танцующей толпой, я увидела братьев. Марк, облаченный в костюм варвара с искусственными мышцами и огромным топором, мрачно сканировал зал. Макар, в строгом костюме вампира-аристократа, с невозмутимым видом изучал звуковое оборудование, словно вычисляя его слабые места.
— Лиль, ты конечно, прости, — Дана ткнула меня локтем в бок, — но братья твои — просто секс ходячий. Особенно Макар в этом... этом вампирском фраке. Боги.
Я фыркнула, но не могла не согласиться. Они и правда выглядели впечатляюще. И опасно. Их взгляды тут же нашли меня в толпе, и я увидела, как Марк напрягся, заметив мой костюм, а взгляд Макара стал еще более пристальным ,но прежде чем они успели что-то предпринять, толпа вокруг нас внезапно расступилась. Рей и его «демоны» вошли в зал. Он шел прямо, его черный плащ развевался, а обнаженный торс притягивал взгляды. Его свита рассеялась по залу и он направился прямиком к диджейскому пульту.
Он остановился в паре шагов от моих братьев. Напряжение между тремя Альфами, двумя Теневыми и одним Багровым, стало физически ощутимым. Музыка будто притихла.
Рей медленно повернул голову и посмотрел на Марка, потом на Макара. Его ухмылка была ледяной.
— Теневые, — кивнул он, и в этом приветствии не было ни капли уважения.
— Багровый, — отрезал Марк, его рука сжала рукоять топора.
— Твоя... свита, — ровным тоном заметил Макар, — нарушает дресс-код. И правила приличия.
Рей рассмеялся — коротко и беззвучно.
— А твоя сестра, — его взгляд скользнул по мне, заставляя кровь прилить к щекам, — нарушает мое спокойствие. Кажется, мы квиты.
Он повернулся к диджею, какому-то растерянному вампиру, и что-то тихо сказал ему. Резкие ритмы сменились томными, тягучими нотами вальса. Не светлого и воздушного, а мрачного, страстного, словно доносящегося из самых глубин старинного замка. Боги... Воздух в зале переменился. Пульсирующая энергия Хеллоуина на мгновение застыла, уступив место напряженной, почти интимной тишине, нарушаемой лишь этой гипнотической музыкой. Дана, поняв все без слов, отошла в сторонку, ее взгляд скользил то на меня, то на Рея, полный смеси ужаса и восхищения.
Марк что-то хотел сказать, его лицо исказила ярость от наглости Багрового, но Макар мягко, но твердо отстранил его и сам подошел к Дане. Он что-то тихо сказал ей, и та, кивнув, отошла с ним еще дальше, оставляя меня одну в образовавшемся вокруг нас пустом пространстве. Рей стоял на другом конце этой незримой арены. Его плащ почти не шевелился. Он не ухмылялся. Не бросал вызов. Он просто смотрел на меня. Его взгляд был тяжелым, приглашающим, полным немого вопроса.
И затем он медленно, не сводя с меня глаз, протянул руку. Это был не приказ. Не требование. Это была просьба. Опасная, как лезвие его косы, но все же просьба.
Все внутри меня кричало «нет». Бежать. Уйти. Ударить его по лицу за всю его наглость, но ноги сами понесли меня вперед. Шаг. Еще один. Я остановилась в шаге от него, чувствуя, как бьется его сердце — или мое? — сквозь пульсирующий ритм вальса. Его пальцы сомкнулись на моей руке. Тепло. Уверенно. Он притянул меня к себе, и мое тело прижалось к его обнаженному торсу. Жар кожи, запах грима и его собственный, дикий аромат ударили в голову.
— Ни слова, — тихо прошептал он, его губы почти касались моего виска. — Просто танцуй.
И мы закружились. Его рука лежала на моей талии, властно направляя. Мой шприц бессмысленно болтался в другой руке. Мы были двумя островами в море музыки и чужих взглядов — Смерть и его Медсестра, застывшие в вальсе, который был больше, чем просто танец. Я краем глаза заметила движение на периферии своего зрения. На фоне мрачных стен и мелькающих костюмов выделялась другая пара. Макар, все так же безупречный в своем вампирском фраке, вел в танце... Дану.
Моя подруга, маленькая ведьмочка, выглядела одновременно ошеломленной
