— Что ж, я пойду, — с горечью произнесла девушка.
— Я так и знал, что ты проявишь благоразумие.
Джульетта вдруг подумала про себя, хватит ли у нее духу убить человека. Даже если нет, пожалуй, стоит все-таки попытаться.
8
«Миссис Рэмси» была, безусловно, очаровательной женщиной и оказалась также очень красивым мужчиной. Высокий, сильный, само воплощение мужества, несмотря на шелковистые белокурые локоны, обрамлявшие его лицо, он посмотрел с улыбкой на вошедшую в комнату девушку и встал, чтобы поприветствовать ее.
— Думаю, теперь между нами нет больше никаких секретов, — сказал он. — Я — Валериан Ромни.
— Ромни? — переспросила Джульетта, вложив свою маленькую ладошку в его сильную руку.
— Вэл! — возмущенно воскликнул появившийся за ее спиной Фелан.
Брат его лишь пожал плечами и вместо сильного мужского рукопожатия поднес руку Джульетты к губам.
— Она ведь живет с нами под одной крышей, Фелан, и рано или поздно все равно выведает все наши секреты. Так что не знаю, как для тебя, а для меня мое разоблачение — прекрасный повод вздохнуть с облегчением. Вы играете в шахматы, мисс?
— Не очень хорошо, — честно призналась Джульетта.
— Тем лучше, — улыбнулся Вэл. — А то мой братец все время безжалостно обыгрывает меня. Теперь мне будет на ком отыграться.
Джульетта оглянулась через плечо на мужчину, которого, судя по всему, звали Фелан Ромни. Он наблюдал за происходящим без всякого выражения.
— С удовольствием сыграю с вами, — сказала она, обращаясь к Вэлу. — Если только моя помощь не потребуется на кухне.
— Ты ведь не заставишь ее больше работать, Фелан? — Вэл почти умоляюще посмотрел на старшего брата.
— С чего это ты взял? Я привез ее сюда в качестве слуги, а не в качестве воспитанницы.
— Она может стать моим пажом, — предложил Вэл. — Найдем для нее бархатный костюм — и пусть носит за мной повсюду флакон с нюхательной солью.
— Тебе нужен свидетель твоих рандеву с маленькой занудой? — поинтересовался Фелан.
На лице Вэла на секунду появилось растерянное выражение.
— Вообще-то, не очень, — признался он. — Хотя, возможно, это было бы неплохо: заставило бы меня держаться в рамках.
— Я по-прежнему рассчитываю, что держаться в рамках тебя заставит твой здравый смысл, — заметил Фелан.
— А я бы на твоем месте на это не рассчитывал. Мой здравый смысл, похоже, уже покинул меня к тому моменту, когда я позволил вам с Ханниганом напялить на меня эти ужасные юбки, — с отвращением произнес Вэл.
— Но у вас так прекрасно получается, — заметила Джульетта. — Я ни за что бы не догадалась. Вэл улыбнулся:
— Это потому, что вы были заняты исключительно собственным маскарадом. Хотя, должен признаться, я не лишен актерского дарования. Может, мне пойти на сцену, Фелан? Если нам придется покинуть Англию навсегда…
— Покинуть Англию навсегда? — удивленно переспросила Джульетта.
— Вэл, — устало произнес Фелан, — что сегодня с твоим языком? Он, похоже, никак не хочет держаться за зубами.
— Он устал там находиться. Я вру всем вокруг, и у меня просто не осталось сил на то, чтобы врать еще и твоему маленькому спаниелю.
— Спаниелю?! — возмущенно воскликнула Джульетта.
— Я говорю так, потому что Фелан везде таскает вас за собой, наивно полагая, что так вы все время будете под присмотром. Хотя теперь, когда я разглядел вас как следует, мисс, вы вовсе не напоминаете мне собачонку. Скорее львицу. Или молодую волчицу — совсем-совсем не ручную.
Разумеется, Вэл прекрасно знал, что означает имя Фелан, и сравнение было выбрано явно не случайно.
— Можете считать меня собачонкой, — вздохнула Джульетта с обманчивой покорностью. — Но только не спаниелем, а скорее старым толстым мопсом с злющим характером и очень острыми зубами.
Вэл весело расхохотался.
— Она мне нравится, Фелан! — воскликнул он. — Очень нравится. Правда.
— Вот как?
Голос Фелана звучал сухо и равнодушно, и Джульетта едва удержалась, чтобы не взглянуть на него. Она понятия не имела, что думает о ней старший из братьев, и что-то подсказывало ей, что лучше этого не знать. Потому что тогда ей, скорее всего, захочется, чтобы он изменил свое мнение, а это — путь к беде.
Вэл — совсем другое дело. Красивый, обаятельный, веселый, он отличался от своего сурового брата, как солнечный день от хмурой безлунной ночи. К тому же в нем не ощущалось ни малейшей угрозы. Так почему же ее влекло именно к Фелану?..
Что ж, она никогда не была прагматичной особой, а за последние недели, наверное, полностью утратила здравый смысл. Чем скорее она убежит от этой странной семейки, тем будет лучше. Джульетта прекрасно понимала, что ей не на кого надеяться, кроме самой себя. Надо только все время помнить об этом — особенно когда начинает казаться, что можно чувствовать себя в безопасности рядом с очаровательно улыбающимся Вэлом или спокойным, твердым, как скала, Феланом.
— Кстати, о собачках, — прервал ее размышления голос Фелана. — Нашей милой Джульетте пришла в голову неплохая идея. Пожалуй, мне нравится мысль приставить ее к тебе, чтобы она следила во все глаза за тем, как ты кокетничаешь с мисс де Квинси. Почему бы мне не приобрести для своей милой женушки маленького терьера? Думаю, юный Джулиан прекрасно справится с этой ролью.
— А вот и не напугал! — улыбнулся в ответ Вэл. — А пока оставь мне Джульетту. Так хочется поговорить со свежим человеком. — Чуть позже, братец. Сейчас она нужна мне самому.
Забыв об осторожности, Джульетта все-таки взглянула на него, но лицо Фелана было, как всегда, непроницаемо. Ей совсем не хотелось идти с ним. Во-первых, она не собиралась позволять ему командовать. Во-вторых, ей не хотелось расставаться с одним из братьев, рядом с которым было так спокойно и весело, ради другого, который явно представлял для нее опасность. Или хотелось?..
Впрочем, у нее все равно не было выбора.
— Да, мой господин и повелитель, — с издевкой ответила девушка, отвешивая шутовской поклон. Вэл усмехнулся:
— Смотри-ка, Фелан, а ведь ее ты не можешь вздуть, когда она тебя дразнит!
— Я бы не был так в этом уверен, — холодно произнес Фелан. — Пойдем, мой мальчик. — В голосе его слышалась привычная ирония.
Джульетта пошла за ним, изо всех сил стараясь держать язык за зубами, что всегда давалось ей с трудом. А впрочем, стоило ли стараться теперь, когда терять уже нечего?
— Мне не нравится, как вы со мной разговариваете, — заявила она.
Фелан обернулся и посмотрел на нее сверху вниз с обычным непроницаемым выражением лица.
— Как именно?
— Произносите «мой мальчик» с таким убийственным сарказмом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
