заставило меня усомниться в своих словах. Но было уже слишком поздно. Сказанного назад не воротишь.
— Я больше не могу... — прошептала я, чувствуя, как самообладание покидает меня. — Я не могу молчать… Это не должно оставаться безнаказанным! Ваше пренебрежительное отношение и жалкие попытки выгородить Уоррена…
Увы, закончить начатую фразу мне не удалось.
— Как смеешь ты, Арман, нападать на курсантку Академии, не проведя предварительного расследования и не созвав дисциплинарную комиссию? — донёсся до меня знакомый женский голос, наполненный ледяным гневом и едва скрываемой горечью.
Повернувшись, я столкнулась взглядом с четой Риль, чьи лица, словно высеченные из мрамора, казались воплощением вечного покоя и холодной справедливости.
— Аран? Ариана? Что вы здесь делаете? — недоумённо произнёс Кор явно озадаченный появлением семейства Риль.
— Я вызвал их, — ответил Зак, выступая вперёд из-за спины моего отца, ошарашенного произошедшим. — Не могу допустить, чтобы и сегодня, наказание понёс невиновный, а зачинщик конфликта остался в тени только лишь потому, что удачно родился в благородном семействе, члены которого всегда и во всём покрывают друг друга.
— Я всё ещё ваш ректор! — бросил Кор в бессильной ярости. — Так на каком основании курсанты первого года обучения позволяют себе подобные вольности в обращении со старшим по званию?
Ариана ответила тихо, но её слова пронзили тишину, как острый клинок:
— Быть может, ты сам виноват в этом, Арман? Дети устали от несправедливости, которая преследует их с первого дня. Они видят, как ты, словно слепой, защищаешь тех, кто этого не достоин, и отвергаешь тех, кто действительно нуждается в твоей помощи.
Произнесённые слова, казалось, повисли в воздухе, словно густой туман, окутывая ректора. Кор застыл, не в силах найти подходящий ответ, а его лицо неожиданно исказилось от боли и… стыда? Так неужели этот мужчина наконец осознал совершённую им ошибку?
Лекс при этом довольно усмехнулся, его глаза вспыхнули странным золотистым светом, словно отражая внутреннее сияние. Я вдруг почувствовала, как напряжение покидает моё тело, словно невидимые цепи, сковывающие разум, разомкнулись. Облегчённо выдохнув, я позволила возведённым ментальным щитам пасть, и они растворились в воздухе, оставив меня открытой перед тремя телепатами.
Мне хотелось, чтобы супруги Риль и куратор прочитали не только мысли Римса, но и мои. Хоть кто-то должен знать правду, чтобы она наконец достигла ушей ректора. Мои слова останутся неуслышанными. Кор не поверит мне, даже если я упаду на колени и попрошу защиты. Так может быть, он прислушается к тем, кто старше, кто имеет власть и влияние, сравнимое с могуществом семьи Кор. Иначе, бессмысленные стычки с Уорреном не прекратятся никогда, мне же, нет никакого резона устраивать с этим нахалом ненужные перепалки и драки. Я здесь совершенно не для этого… И тратить драгоценное время на такое ничтожество как Уоррен, я не намерена.
Глава 29: Разбор полётов
— Ну что же, приступим, — с явной неохотой, словно произнося приговор, начал свою речь ректор, раздражённо глядя на нечаянных свидетелей. Его взгляд был тяжёлым, а голос — холодным, как зимний ветер. — Так с чего начался ваш конфликт, Уоррен, Лиана?
Первым заговорил Римс, его голос дрожал от напряжения. Обвиняя меня в причинах случившегося, он с опаской поглядывал на дядюшку, словно ища в его глазах поддержку. Уоррен рассказывал какие-то нелепые подробности, оправдывая свой поступок моим неожиданным нападением. Его слова звучали как эхо лжи, искажая истину до неузнаваемости.
Кор хмурился, его брови сошлись на переносице, когда он пытался уловить главную нить в бессвязном монологе Уоррена. В воздухе повисла тишина, тяжёлая и гнетущая, словно предвестие чего-то неизбежного.
Первой не выдержала бабушка Зака. Ариана резко оборвала моего недруга, подняв руку в предостерегающем жесте. В глазах женщины читалось с трудом скрываемое презрение.
— Достаточно! — процедила она сквозь стиснутые зубы. — Мальчишка, ты думаешь, что мы собрались здесь ради твоих лживых оправданий? Ты забыл, кто перед тобой? Я — Ариана Риль, наследница древней крови, и я вижу твою душу насквозь. Всё, что ты пытаешься сказать, — это жалкая попытка скрыть правду. Ты же, Арман, когда устанешь ото лжи и пожелаешь узнать о том, что случилось на самом деле — спроси об этом у нас: у меня, моего мужа или декана Академии. Только мы трое способны узреть истину, а потому можем тебе поведать всё в мельчайших подробностях, считав необходимую информацию с участников неравного боя и с тех курсантов, что их окружали в опасный момент.
— Но я сам видел, как Артман ударила Римса! — повторил ректор, словно пытаясь убедить в своей правоте.
Аран Риль задумчиво посмотрел на Армана. Его лицо оставалось непроницаемым, а голос звучал спокойно, и твердо:
— И что? Ты видел только окончание конфликта, а не начало. Так как ты можешь судить, что произошло до этого? Может быть, Римс первым начал драку, а Артман лишь защищалась?
Ректор нахмурился, однако не стал возражать. Кор понимал, что собеседник прав. Ему не было известно, что происходило до того момента, когда он вошёл в аудиторию и увидел, как я нанесла удар.
— Это всего лишь предположение, — наконец сказал Арман, стараясь скрыть неподдельное раздражение. — Но я уверен, что Артман не должна оставаться безнаказанной. Она нарушила правила Академии и напала на другого курсанта.
— Возможно, стоит провести расследование, прежде чем делать выводы? — предложил Аран. — Мы должны выяснить все обстоятельства произошедшего, а не полагаться на чьи-то слова. Тем более тут мы не сходимся… Ты склонен верить Уоррену, а мы, — кивнул Риль на супругу и Ториона, — Лиане Артман.
— Лиана, — вклинился в разговор Торион Лекс. — Ты поступила правильно, приняв боевую форму. Уоррен был настроен серьезно и не пощадил бы тебя, если бы ты не была готова защищаться. Этот, подлец, мог нанести увечье тебе или твоим верным друзьям, готовым ввязаться в драку не раздумывая. Так что, не склоняй голову, девочка. Я целиком и полностью на твоей стороне. Ты проявила смелость и тебе нечего опасаться. Своими действиями ты, Лиана, доказала, что действительно готова к испытаниям, которые ждут впереди.
— Да, кстати, я слышал, что Уоррена отстранили от занятий на целый месяц, — продолжил Аран Риль, привлекая к себе внимание собравшихся. — И я хотел бы уточнить, на каком основании этот юноша вообще находился в аудитории, где смог снова напасть на свою сокурсницу? Арман, неужели, случай произошедший с космолётом курсантов Риль и Артман, тебя ничему не научил? Ты ведь понимаешь, что это уже не первый инцидент с участием твоего родственника?
Арман Кор, сидевший за столом с каменным лицом, поднял взгляд на Арана, но не ответил. Его
