сорвался прочь. Была погоня, что вынудила меня совершить гиперпрыжок, который спас нас от преследователей.
— Смелый поступок, однако вас непременно должны были «встречать» при заходе на посадку.
— Так и было! Едва я посадил корабль на космодром Альты, как был весьма неприятно удивлён «пышной» встречей. Отряд межгалактического десанта с нетерпением ожидал выхода моих пассажиров ощетинившись бластерами. Я медлил, обдумывая свои дальнейшие действия, когда неожиданно услышал голос командира, что, выступив вперёд, приближался к космическому кораблю. А дальше… Я вышел ему навстречу, в подробностях объяснив, почему не мог поступить иначе, и, повинившись попросил защиты и покровительства.
— И что же? На этом всё закончилось?
— Практически так и было. Командующий оказал мне своё содействие, воспользовавшись данной ему властью. Я остался на службе и смог благодаря ему оформить опеку над Лианой. Однако вышестоящие чины настоятельно рекомендовали мне с этого дня навсегда позабыть о продвижении по службе, суля за самоуправство суровую кару. Так я и остался капитаном, зато приобрёл бесценный дар — мою доченьку!
— Оставили простым капитаном… навсегда… Строго, но, наверное, справедливо. А, что же подразумевалось под неотвратимым наказанием? — с интересом спросил я, проникаясь всё большим уважением к отцу Лианы.
— После, меня отправляли лишь на самые опасные задания. Туда, куда многие не рисковали летать. Самое главное, однако, не это. За то, что я поручился за ни в чём не повинного ребёнка, рождённого на планете населённой преступниками, меня обязали ни на миг не оставлять девочку без присмотра до той поры, пока она не отпразднует своё двадцатилетие. Поэтому, Лиана всегда и везде сопровождала меня. Я не имел права оставлять её под чужим присмотром. На корабле у неё была отдельная каюта, в которой она практически выросла под присмотром десанта, наших случайных пассажиров и, конечно, моим. Все пытались взять над ней шефство: обучить тому, чем владели сами, привить боевые навыки и развить данные от рождения способности, которые дремали в глубине души девочки. Но, последнее нам, увы, не удалось.
— Папа, а помнишь нашего замкнутого бортинженера? — улыбнулась девушка, прижавшись к Тадеушу. — Представляете, Зорг ни с кем никогда не ладил, выполнял свою работу, сторонясь ненужного ему общения. И только со мной он оттаял. Обучал простейшим вещам, рассказывал про устройство корабля, о поломках и возможностях их устранения. В пятнадцать лет я могла в одиночку осуществить мелкий ремонт, настроить навигационную систему и провести комплекс мероприятий, направленный на жизнеобеспечение в космическом корабле.
— Мне жаль, что тебе пришлось так рано повзрослеть, — с сожалением произнёс я, глядя в лиловые глаза девушки.
— Всё нормально, Торион, — ответила она, не пряча взгляд. — Так уж вышло, что повзрослела я намного раньше, наверное, в тот самый момент, когда пыталась выжить вместе с матерью на планете Нимс. Жизнь там была намного страшнее и опаснее тех полётов, в которые брал меня отец. Ведь на гиблой планете меня не прикрывали бравые ребята из десанта, и в случае чего, кроме матери, некому было вызвать огонь на себя. Так что, не надо, не жалей меня. Ведь там, на корабле отца, я действительно была счастлива, хотя и безмерно скучала по маме, судьба которой мне до сей поры неизвестна.
Глава 31: Семейный обед
С тех самых пор, когда моей защитой озаботились два весьма сильных рода Риль и Лекс, я обрела небывалую уверенность в собственных силах. Днём я корпела над учебным заданием, а вечера посвящала занятиям с Араном, который как старший член семьи пытался развить во мне все спрятанные внутри таланты и довести до совершенства те, которыми я довольно неплохо владела. Торион часто сопровождал меня, провожая к семейному гнезду Зака, а по выходным, прихватив моих друзей, мы отправлялись с куратором на полигон, где он вновь и вновь сражался со мной, повышая уровень владения боевым искусством. Столь разносторонние занятия были мне по душе, я ощущала, как моя сила растёт, параллельно с несокрушимой уверенностью, что всё задуманное однажды осуществится.
Вот и сегодня, занимаясь с Араном Риль, я настолько увлеклась его уроками, что не заметила, как в просторный холл вошла хозяйка дома Ариана.
— Вижу, тренировки идут тебе на пользу, девочка. Твоя боевая форма весьма впечатляет, особенно то, как сократилось время, позволяющее принять её. И щит… Он стал совершенен. Даже интересно, какие открытия нас ожидают в дальнейшем? Мне кажется, что совсем скоро ты вновь поразишь моё воображение каким-то особенным и редким даром.
— О! Сомневаюсь, что есть нечто более невероятное, чем способности, подвластные вам.
Ариана самодовольно улыбнулась и, велев нам заканчивать поскорее, удалилась в столовую, где вскоре должна была собраться вся семья, кроме вечно отсутствующего Зорана.
Это весьма занятно, но как только документы на временную опеку были оформлены, родители Зака изменили своё отношение ко мне с холодного безразличия на весьма искренний интерес. Не знаю, что им удалось разглядеть во мне, но их внимание очень радовало, потому как я чувствовала вполне осязаемую волну тепла, которой раньше не было и в помине.
Сидя за столом, мы вели непринуждённую беседу. С Заком, наперебой рассказывали о буднях курсантов Военной академии, не забывая отпускать шутки в сторону ректора, что так и не захотел признать меня невиновной в ссоре с его племянником. Обстановка была настолько добродушной, что я не утерпела, решившись задать вопрос, что уже давно заботил меня.
— Почему вы так добры ко мне? — обратилась я к Ариане, которая сидела напротив и с улыбкой рассматривала меня.
— Ты друг Зака, моего единственного внука. Почему я должна относиться к тебе иначе?
— То есть, только поэтому? Вы с Араном никогда не осуждали меня за происхождение, наоборот старались всегда и во всём помочь.
— Не только поэтому. Понимаешь, в день смерти Зольды моё сердце превратилось в груду ледяных осколков, замерев, как мне казалось, навеки. Однако, с твоим приходом оно начало оттаивать. Словно я вновь смогла обрести потерянную ранее дочь. Но, разве это возможно?
Замир накрыл руку матери своей ладонью, слегка сжимая её в знак поддержки:
— В том, что не сумели уберечь сестру, виноваты мы все, но по большей части тот, кто выдал её по первому требованию, не пытаясь сам разобраться в противоречивости выдвинутых обвинений.
— Это ведь был Арман? Жених Зольды? — еле слышно спросила я, боясь, что мой вопрос окажется неуместным.
— Да, этим негодяем был он. Ректор Кор, — сузив глаза произнёс Зак.
— Если, вы не сочтёте это праздным любопытством, я хочу спросить. Что именно совершила юная Зольда? Почему её отправили на Нимс, как и
