контур! – послышался строгий голос Ульяны. – Не размыкайте. Ждите.
Еще через несколько секунд, когда пальцы Карины уже разжимались сами собой, она вдруг ощутила обратный прилив. Словно нитка теперь напитывала ее, отдавая обратно силу. Много силы. Гораздо больше, чем было у О’Келли изначально.
– Марк?..
За веками потемнело. М2 в очередной раз выполнил свою работу. Но на этот раз тьма была такой густой и непроглядной, что буквально давила на кожу.
– Карина, попробуй сделать пару шагов, – велела Ульяна. – Только не отпускай нить.
О’Келли послушалась и с изумлением выяснила, что тьма Марка на этот раз обладает плотностью, точно вода. С большим усилием ей удалось переставить ногу.
– Очень трудно, – сообщила она. – Как будто двигаешься в желе.
– Отлично, – похвалила Ульяна, хотя голос ее звучал слабее обычного. – Это будет наш путь отступления: если что, тьма его задержит. Давайте теперь пробуем твой выход.
Карина сосредоточилась. Раз! Тьма за веками исчезла. Осторожно приоткрыв один глаз, О’Келли с удовлетворением обнаружила себя в общей комнате. К счастью, больше здесь никого не было – лишь на диване одиноко дрых в обнимку с ноутбуком парень в шароварах.
– Э! Стоп! – повысила голос Ульяна, и парень вздрогнул и покрепче прижал ноут к себе. – А где Марк?
Из коридора послышался топот, и М2 влетел в комнату:
– Извините. Отвлекся. Выпустил нить.
– Ты и в битве с тысячелетним злом так же отвлечешься?
Уэнсдей была недовольна. Настолько, что в одной из лампочек красивого торшера со слабым хлопком лопнула нить накаливания.
– Это не должно быть важно, – вмешалась Ульяна. – У Карины все равно должно хватать сил переместить его, даже без нити.
Она вдруг пошатнулась, и Марк тут же подскочил, чтобы подхватить ее под руку:
– Ты в порядке?
– Ничего. – Шаманка провела ладонью по лбу. – Я тоже раньше не пробовала работать с таким количеством народу сразу. Давайте повторим Карину.
Они повторили Карину еще раз и еще, и вскоре О’Келли уверенно таскала всю команду туда-сюда в пределах гостиницы и даже в пышечную. Причем с каждым разом сама чувствовала себя все слабее и слабее. В последний раз, рассвирепев от муштры Ульяны и недовольства Уэнсдей, от которого в помещении хлопали двери, а на улице валились с веток воробьи, Карина забросила всю честную компанию аж к Медному всаднику.
После этого и ей, и Ульяне пришлось присесть на железную оградку. Марк пробормотал, что его сейчас вывернет, да и Уэнсдей выглядела бледновато – впрочем, как и всегда.
– Такое ощущение, что с каждым скачком я теряю силу… – выговорила Карина. – Никогда ничего подобного не было.
– И я, – поддакнул Марк.
– И я, – призналась Ульяна. – Наверное, что-то в самом городе. Я говорила: тут особенная атмосфера.
– Никакая не атмосфера! – отрубила Уэнсдей. – Спорю на что угодно: при перемещении мы все тратим силы, потому что сопротивляемся проклятиям. Той самой гирлянде, которая висит над этим вашим чертовым Петербургом. Хм. – Аддамс потерла нос, из которого закономерно начало течь (Ульяна уже объясняла, что рано или поздно так начинают вести себя все носы в городе). – Мне все больше тут нравится.
Тогда М2 заявил, что у него развилась морская болезнь и он требует перерыва на обед, – хотя Карина была уверена, что Марк просто волнуется за Ульяну. Та и правда еле держалась на ногах.
Ни у кого не было настроения продолжать знакомство с местной кухней, поэтому они купили в ближайшем продуктовом магазине быстрой еды. Карина с немым изумлением глядела, как М2 старательно наматывает на пластиковую вилку что-то, что Ульяна назвала «дошиком», попросив, пожалуйста, оставить расспросы до другого раза.
После еды настала очередь самого сложного:
– Уэнсдей, жги.
Глаза Аддамс расширились от удовольствия, в пальцах тут же возник коробок спичек, который она, оказывается, успела припрятать к себе в карман.
– Блин. Уэнсдей. Тебе словосочетание «переносный смысл» знакомо?
Быдыщ! Стекла задребезжали. Несколько предметов в комнате покинули свои места и нашли новое пристанище на полу.
– Да что ж такое… – Ульяна утомленно огляделась и стряхнула с плеч хлопья штукатурки. – Мы ведь договаривались: так не делаем. Ничего не взрываем и не поджигаем в Эрмитаже. Бесценные коллекции, наследие множества эпох, мировое достояние – не? Не щелкает?
– Шаман, чьей силы хватает на то, чтобы открыть в небе портал во тьму и дотянуться до нас оттуда гигантской рукой, – холодно парировала Уэнсдей. – Не щелкает, не? Как я должна с ним расправиться? Из водяного пистолета брызгать?
– Придумай что-нибудь. Ты ведьма или нет?
– Попробовать откалибровать… – заикнулся было Марк.
– Не надо ничего калибровать! – перебила Ульяна. – Мы не должны уничтожить мумию. Должны только обессилить.
– Я же правильно поняла, мумия все равно будет… ну, работать? – уточнила Карина. – В смысле, пока она лежит в Эрмитаже, проклятие так и останется висеть. Значит, и сила никуда не денется.
– Правильно, – кивнула Ульяна. – Постепенно сила вернется. Но, если особо одаренные вроде нас с Аддамс будут держаться подальше, критическая масса не накопится. Наша задача – обнулить то, что уже набралось, понимаете? А что там будет – оно, может, еще только через сто лет будет. Может, к тому времени моя семья придумает, как выкрасть мумию и вернуть обратно в могильник.
– Правда? Есть такой план? – заинтересовался Марк, и Ульяна отмахнулась:
– Нет. Это я для красного словца. Хотя – как вариант. Но это уже не наша с вами работа, ясно? А наша работа – точнее, работа Уэнсдей…
– Пробуем еще раз! – отрезала Аддамс, которая ненавидела быть на вторых ролях.
Она и так весь день едва сдерживалась.
Карина вздохнула и покрепче взялась за красную нить.
Подождала.
Еще подождала.
– Что-то произошло? – осторожно разожмуриваясь, поинтересовался Марк.
Ульяна пожала плечами:
– Я свою часть сделала: выкачала силу, вернула силу. Уэнсдей, что-то произошло?
– Я думаю.
– И что именно произошло?
– Это не замена слову «да». Я говорю тебе, чтó делаю прямо сейчас.
Не выпуская нити, Ульяна с силой потерла виски. Прошло еще три минуты. Карина переступила с ноги на ногу: поясница начинала затекать.
– Это не сработает, – вдруг изрекла Уэнсдей. – Мой индивидуальный арсенал средств уничтожения не настолько велик. Я же не василиск.
– Правда?.. – тихонько пробормотала Ульяна себе под нос, но Аддамс предпочла не услышать и продолжила:
– Ты умеешь выкачивать силу. Ты и должна это сделать. Обезвредить мумию.
– Неужели ты думаешь, что если бы я могла, то не сделала бы этого давным-давно?! – простонала Ульяна. – Вождь-шаман был неимоверно могуч. Для меня – неподъемно.
– Давным-давно с тобой не было меня, – с мрачным самодовольством напомнила Уэнсдей. – Что тебе нужно для того, чтобы взять у кого-то силу?
– Наладить с ним связь. – Ульяна
