утонешь, – признается Сет. – Я несколько часов не мог нормально дышать. Может, дней. На самом деле мне и сейчас трудно дышать, вспоминая тот случай.
Он подносит лицо к кондиционеру и показательно делает несколько больших вдохов.
Я хлопаю его по спине.
– Давай полегче. Может, лучше опустить голову между ног?
Он смеется, но напрягается от моего прикосновения.
Я быстро убираю руку.
– А после случившегося ты был такой милый, – вспоминаю я.
– Я всегда такой милый, – бросает он на меня взгляд.
Это отрезвляет меня.
– Был. Ты избаловал меня. Не уверена, что должным образом тебя тогда поблагодарила.
Сет качает головой.
– Ты не должна благодарить людей за то, что были добры к тебе и хорошо к тебе относятся.
– Может, и следует это делать, если не умеешь отвечать взаимностью.
Я не имею в виду только в школе. Я имею в виду по жизни. Но особенно с ним.
– Ты на самом деле хорошо ко мне относилась, Молли. Просто ты по-другому это показываешь.
– Да, путем отчуждения.
Сет долго смотрит на меня.
– С тобой все в порядке?
– Что ты имеешь в виду? Да. Конечно.
– Похоже, что ты в депрессии или что-то в этом роде.
– На самом деле я не в депрессии, – вру я. – Такое со мной бывает редко. И эти периоды для меня очень важны.
– Хорошо, что так.
– Наверное, я делаю то, что ты предположил. Уклоняюсь от своих чувств.
– А что ты чувствуешь?
Грусть от того, что я его опустила.
– О, не знаю. Возможно, ностальгию по прошлому, – заявляю я.
Сет кивает.
– Наверное, мы оба вызываем это чувство друг у друга. Разговор с тобой – это что-то типа пролистывания школьного альбома с фотографиями под музыку «Дэшборд Конфешнэл».
– Почти уверена, что это не комплимент.
– О, прекрати. Ты же любила эмо.
– Нет. Это ты любил, Рубинштейн!
– Хорошо, согласен. Ты любила NSYNC.
– Не вынуждай меня развернуть машину назад.
– Не посмеешь. Тогда тебе будет от меня не избавиться.
От него не избавиться. Боже, как я этого хочу.
Я такая дура. Он был здесь столько дней, а я, вместо того чтобы с ним связаться, просто подолгу смотрела на свой телефон и гадала, пришлет он мне сообщение или не пришлет. А теперь он уезжает, все очень странно, а я хочу только сказать ему, что чувства, в которых он мне признался несколько месяцев назад, оказались взаимными.
Я тоже все еще продолжаю его любить.
Мы проезжаем первый указатель – аэропорт уже совсем близко.
Я не хочу выпускать этого мужчину из моей машины.
– Знаешь, Сет, ты провел здесь совсем немного времени, – быстро говорю я, до того как успеваю струсить. – Похоже, тебе нужно подольше отдохнуть от работы. Тебе не нужно уезжать прямо сейчас. У меня есть гостевая комната… Ты можешь остаться, я покажу тебе Ист-Сайд. Или, что еще лучше, я могу отвезти тебя в «Юкку коротколистную»[63]: там можно ходить в пешие походы, есть в барах жирную еду, покупать дорогие благовония. У моей подруги Терезы там роскошный дом. Всего два часа…
– Моллс, – перебивает он с легким смешком, который кажется натянутым. – Это очень мило с твоей стороны, но мне нужно возвращаться.
Мне хочется умереть после того, как меня вот так отвергли, что, кстати, вполне разумно, но теперь меня уже несет, и я знаю, что пожалею, если не скажу то, что, черт побери, хочу сказать. Поэтому я набираюсь смелости, делаю глубокий вдох и продолжаю:
– Наверное, я просто думаю, что нам было бы неплохо провести какое-то время вместе. Знаешь, в день встречи выпускников все было прекрасно, только потом пошло вкривь и вкось, а это явно моя вина. Ты правильно заметил, что я все порчу и делаю все по-своему. Но, наверное, я сейчас говорю, что… ты мне нравишься, и я по тебе скучаю, и мне хочется, чтобы ты остался.
Не могу на него смотреть. Я застыла на месте в ожидании его ответа. Молюсь и надеюсь, что не опозорилась так, как думаю. По ощущениям, я уже поставила себя в неловкое положение.
Сет опускает руку мне на плечо, от этого уровень кортизола у меня в крови опускается. Его прикосновения всегда невероятным, чудесным образом меня успокаивали.
Я набираюсь смелости взглянуть на него. У него что-то отражается на лице, будто мелькает, и я лелею надежду.
Я надеюсь.
Он не отвечает «да» сразу же, поэтому я, заикаясь, выдаю еще порцию слов:
– Или я могу прилететь в Чикаго. Остановиться у Дез. Мы сможем куда-нибудь сходить вместе и, может быть…
– Моллс, я кое с кем познакомился, – наконец говорит он очень тихо и очень мягко.
У меня перехватывает дыхание.
– О! О, прости! – вылетает из меня.
– Не волнуйся. – Сет убирает руку с моего плеча. – Ты такая милая.
Милая. Убейте меня.
Я перестраиваюсь в ряд, машины в котором идут к зоне отправления.
– Какая авиакомпания? – спрашиваю я. Губы у меня вытянуты в одну линию, и я проверяю в зеркале заднего вида, не дрожат ли они.
– «Американские авиалинии», – отвечает Сет.
Я киваю.
На то, чтобы пробраться к терминалу через плотный поток машин, уходит пятнадцать изматывающих минут, ни один из нас больше не произносит ни слова.
Я останавливаю машину.
– Вот, приехали.
Сет наклоняется ко мне и целует меня в щеку.
– Всего тебе хорошего, Моллс, – шепчет он мне в ухо.
Мне удается продержаться, пока он не заберет чемодан из задней части машины, и только после этого я начинаю плакать.
Часть четвертая
Февраль 2020 года
Глава 18. Сет
Ее зовут Сара-Луиза Тейлор, и она абсолютно подходит мне по всем статьям.
Мы познакомились в августе на благотворительном вечере, где проводился сбор средств на оказание юридической помощи. Она работает государственным защитником в округе Кук, это очень стрессовая малооплачиваемая работа, но Сара-Луиза ее обожает, потому что любит справедливость, честность и равенство, всем сердцем любит. Она меня вдохновляет. С ее поддержкой я уже предпринимаю шаги, чтобы открыть некоммерческую юридическую консультацию, о которой думал несколько лет.
Она бегает на длинные дистанции. В этом году она зарегистрировалась для участия в Бостонском марафоне в четвертый раз, и мы каждую субботу встаем рано утром и вместе совершаем долгие пробежки. (По ее стандартам бегаю я довольно медленно, но она помогает мне улучшить показатели. Теперь мои легкие работают, как у восемнадцатилетнего парня.)
Она выросла на ферме своих родителей в Канзасе, работала вместе с ними. Сара-Луиза прекрасно готовит вегетарианские
