Я вдруг почувствовала острое желание сесть, и позади меня словно по волшебству возникла белая и пушистая оттоманка.
— Сидите сколько хотите, — сказал Сэнди. — Мы будем весь день умолять людей вернуть драгоценности, которые они взяли у нас напрокат. Вы и представить не можете, через что нам придется пройти, чтобы получить их обратно.
— И как много людей, которые вдруг забывают разницу между «одолжить» и «подарить», — добавила Ванда, качая головой.
— Я бы с удовольствием осталась, честное слово, — ответила я, внезапно рассмеявшись. — Но мне в самом деле нужно идти. — Впервые за эти дни со мной обращались уважительно, и мне не хотелось покидать эту добрую гавань. — Спасибо еще раз, — сказала я.
— Передайте Аллегре пламенный привет, — сказал Сэнди. — И скажите еще, что я не держу на нее зла из-за Айван-Мелиссы Пелл.
— А что такое с Айван-Мелиссой Пелл?
Он объяснил с улыбкой:
— Она захотела для премьеры индийский бисер. Я с ним не работаю.
Я простилась с обоими и проскользнула в лифт.
В пробке на Уилширском бульваре мое настроение вновь ухудшилось, и чем больше я удалялась от Сэнди, тем хуже оно становилось. Я съела слишком много сладкого и слишком мало спала, да еще это редкостное свинство со стороны Аллегры. Как она могла отправить меня с этими серьгами и не сказать, сколько они стоят? В голове моей проносилось множество неприятных вещей, которые я хотела ей высказать, и тут я, пока ждала зеленого сигнала светофора, заметила на углу газетный киоск. С водительского места мне без труда удалось разглядеть шесть журналов, на обложках которых был Родди. Я так обрадовалась, когда он приехал с женой, у которой были собственные драгоценности, со своим шкафоподобным телохранителем и актером, толкавшим кресло. Я вспомнила восторг, охвативший меня при мысли, что он перехитрил Вивьен с ее правилом «один гость на одного приглашенного».
Затем меня посетила ужасная мысль. Зачем я сообщила тому незнакомцу, что «Глориос пикчерс» отказали Родди в телохранителе? Что, если это был Джордж Хенретти и я выболтала ему секреты компании для книги, которую он якобы пишет? Мое начальство обязательно узнает, что дело во мне — Вивьен никогда ничего не забывает, а приглашением Теда Родди занималась только я. Я попыталась вспомнить лицо с крохотной фотографии на компьютере Дагни. Если это был Хенретти, я наверняка потеряю работу. К тому моменту как я въехала в гараж, располагавшийся под офисом «Глориос» на Западном побережье, и поставила машину на ручной тормоз, сцена моей оплошности раз сто прокрутилась в моем мозгу. В офисе не было никого, кроме Келли, пресс-секретаря «Глориос» в Лос-Анджелесе. Она говорила по телефону, но положила трубку, когда я подошла к столу.
— Проклятье, — сказала она. — Извини, привет. Спасибо, что пришла. До сих пор не ясно, кто придет на завтрашний вечер, а я уже на пределе.
Келли спала не больше моего, но как-то ухитрялась сохранять приличный вид. Голубоглазая блондинка, настоящая королева всех лидеров из групп поддержки, она выглядела исключительно свежей в своих мешковатых штанах для серфинга, топике и пляжных тапочках. Пока Келли объясняла мне правила игры, я сидела ссутулившись, стыдясь своего ужасного наряда.
Мы обзванивали PR-фирмы, чтобы узнать, кто помимо их сотрудников посетит завтрашнее мероприятие. Мы не предвидели, что это окажется трудным делом, ибо продолжали купаться в лучах славы после нашей победы в номинации «Лучший фильм». Разве не захочет весь Голливуд предстать перед Уоксманами? Оказалось, что нет.
— Я только что говорила с ОМГ, — сообщила она, имея в виду ведущую в нашей отрасли фабрику звезд. ОМГ «владела» едва ли не всеми, и Келли только что завершила тяжелые переговоры с ними. — Они хотели заставить нас привлечь двух писателей всего лишь за то, что они отправят приглашение Франческе Дэвис. Причем они не гарантируют, что она придет. Игра не стоит свеч.
Я согласилась. Писатели не обеспечат достойного красного ковра. Нам нужно было сообщить этому празднику некую подлинно звездную силу. «Глориос пикчерс» вычислила, что «все» будут в городе и что эта премьера станет для компании очередным победным витком.
Именно в эту минуту зазвонил мой сотовый. Это был Кларк.
— Милая, не хочешь выйти и сыграть с нами? Здесь Глория, и она обжу… я хочу сказать, обыгрывает меня в канасту. Если так будет продолжаться, мне скоро придется отправиться к банкомату за наличностью.
— Где? Аллегра позвонила с утра и сказала, что я нужна для работы над премьерой.
— Ты работаешь в лос-анджелесском офисе? — Я услышала, как Роберт прошептал: «Какого…»
— Да. Я с восьми на ногах.
— Что ж, постарайся поскорее вернуться. Мы тут все бездельничаем. Ребята из коттеджей притащили нам ведра со льдом, для ног. Божественно.
Я так и видела, как они разместились на полосатых лежаках, по щиколотки погрузили ноги в кубики льда и потягивают прохладные тропические напитки, тогда как неутомимая Глория разыгрывает партию за партией.
— Звучит не очень.
Я положила трубку и набрала следующий номер из списка Келли; дозвонившись, стала расхваливать «Любит мальчиков, любит девочек» на все лады, добавляя, что Айван-Мелисса и Боб Метачен «прибудут» вместе и все остальные актеры тоже придут. В фильме также снимались Уилл Хенрик и Эд Бейли — актеры, которые шли на «Оскар» за соавторство при написании сценария. Аутентичность их притязаний всегда вызывала сомнения, и они стали самыми настоящими «Милли Ванили» [11]от кинопромышленности, хотя у них никто награду не отбирал.
Первый пресс-секретарь, до которого я дозвонилась, представляла звезду популярного телешоу. Она заявила, что ее клиент не сможет присутствовать, потому что на следующее утро после премьеры ему должны позвонить и он не может пропустить звонок. Затем менеджер певицы, чей последний сингл занял верхнюю строчку в топ-листах, сказал мне, что певчей птички не будет в городе, хотя я своими глазами видела постер, призывавший «встречать и приветствовать» ее в «Вирджин Мегастор» завтра вечером. Помощница звездного юноши, исполнявшего главную роль в выходящем на экраны фильме Тони, сообщила мне, что тот не сможет быть на премьере, так как «пять вечеринок подряд совершенно выбили его из колеи».
— Не понимаю, — обратилась я к Келли. — Что с ними случилось? Их либо нет в городе, либо они слишком устали, либо чересчур заняты работой. С каких это пор звезды не ходят на такие мероприятия?
