С верхней ступеньки он увидел привставшего на ноги бледного Василия-посла и шаха Фарруха, который вполоборота с каким-то веселым интересом наблюдал, как катятся по лестнице его люди.
Лицо Ширван-шаха заслонила чья-то мощная, похожая на наковальню грудь. Телохранитель с визгом выдернул саблю. Отбросил пустые ножны и кинулся к лестнице, перепрыгивая через катившиеся навстречу тела. Взлетел наверх. Афанасий крутанул скамью, метя углом в голову. Противник отступил, пригнулся. Металлический угол прочертил в гипсовой штукатурке глубокую борозду, выбив облако белесой пыли.
В этом облаке мелькнуло острие кривой сабли, метя в живот Афанасию. На этот раз пришлось ему отступить. Телохранитель вспрыгнул на площадку и снова рубанул. Привыкшие к отдаче молота руки завибрировали в суставах, на медной пластине появилась глубокая вмятина. Тверич еще отступил, и как раз вовремя, чтоб не попасть под секущий удар под колени.
Тогда он отпустил одну руку, а второй сильно взмахнул, посылая полку в голову супостата. Так работали бастардом[33] латные рыцари. Убеждали противника, что меч двуручный, а потом неожиданно переходили на одну руку, увеличивая ее длину раза в полтора. Но телохранитель не поддался на уловку. Присев, он застелился в выпаде, снова метя острием Афанасию в живот. Все?!
Железо звякнуло о железо. Посыпались искры. Летящая с лезвий окалина упала на рукав кузнеца, прожигая его насквозь. Михаил?! Тот со своей саблей подоспел вовремя. Отбил лезвие. Влез между Афанасием и стеной. Его бутуровка[34] заплясала в воздухе, вырисовывая сверкающие круги. Телохранитель встретил новую опасность, не дрогнув. Сузив темные глаза и ощерив белые зубы, он ответил парой рубящих ударов сплеча, заставивших Михаила отступить и закрыть голову. Выдержал его атаку и снова рубанул сплеча, стараясь выбить или сломать венгерку. Новый сноп искр сорвался с пляшущих лезвий. Снизу загрохотали шаги подмоги. Похоже, телохранитель того и добивался, он не хотел убивать нежданных гостей, а намеревался отогнать их в дальний конец коридора и обезоружить под копьями охраны, против которых им воевать было нечем.
Афанасий поймал момент, когда рука телохранителя пошла вверх, оставляя его беззащитным, протиснулся, прихлопнул его медным листом к стене. Михаил не сплоховал, врезал коленом в щель между пластиной и стеной. Телохранитель взвыл раненым быком и обмяк. Афанасий прикрыл медным листом грудь и живот и шагнул на верхнюю ступеньку.
Встречавшие его стражники не успели опустить копья и вознести сабли. Как таран прошелся тверской купец вниз по лестнице, давя ширванских воинов и выбивая их за перила. Сзади запела сабля Михаила, не давая упавшим подняться.
С грохотом и лязгом они спустились вниз. Афанасий, не глядя на шаха, шагнул к Василию, занося покореженную полку. Тот взвизгнул и закрыл руками голову.
Какой-то стражник налетел на купца сбоку. Толкнул в плечо. Афанасий устоял, но полка просвистела мимо посла, оставив на полу глубокую выбоину. Отшвырнув стражника, Афанасий снова замахнулся, но Василий уже забежал за стол, вытащив кинжал и размахивая им перед собой, как умалишенный, явно собираясь подороже продать свою жизнь. Шах стоял на том же месте, с блуждающей полуулыбкой наблюдая за происходящим.
— Афоня, некогда. Бежим! — закричал Михаил. — Новые лезут!
Действительно, во все окна и двери дворца ломились с улицы стражники с копьями, саблями, булавами и кинжалами в руках.
— Куда?! — опешил Афанасий при виде такого количества врагов.
— За мной! — крикнул Михаил, срубая наконечник чьего-то копья.
Он пинком отворил малозаметную дверь и, схватив друга за шиворот, втащил его за собой. Захлопнул дверь перед носом стражников. Несколько тяжких ударов сотрясли ее с той стороны. Заскрипели петли, потом створка задергалась.
— Держи! — заорал Михаил.
Афанасий подпер дверь полкой, навалился сам. Огляделся. С удивлением понял, что в комнате, где они оказались, нет окон, да и дверь всего одна. А за ней несколько дюжин разъяренных стражников.
— Э… Мишка. Ты ж нас в мышеловку загнал, — удивился он.
— Да ну, — вроде даже как-то обиделся Михаил. — А если так? — Он схватился за вделанное в пол кольцо и потянул. Со скрипом откинулась крышка, из нее пахнуло горячим духом прогретого за день камня. — Прыгай! — Он сделал приглашающий жест рукой.
— Да я это… А…
С той стороны стукнули так, что ноги Афанасия поехали по гладкому полу.
— Сигай! — воскликнул Михаил.
Купец прыгнул без разбега, вздымая руки вверх, чтоб не зацепиться за край. Ноги утонули в слое песка, одна поехала. Чтоб не упасть, Афанасию пришлось отступить в сторону. И как раз вовремя. На то место, где он только что стоял, приземлился Михаил. Рывком захлопнув над головой крышку, он воткнул саблю в ушко изнутри.
— Бежим! — крикнул он.
— Куда?! Темно ж, как в Абиссинии.
Крышка над головой затрещала и заходила ходуном. Стражники совали под нее копья и налегали, пытаясь сковырнуть.
Не вдаваясь в объяснения, Михаил погнал его куда-то во тьму, подталкивая в широкую спину. Афанасий бежал, выставив вперед руки и ориентируясь только по потоку теплого воздуха, который бродил по вырубленному в стене проходу, достаточно широкому и высокому, чтоб даже рослому тверичу не цепляться головой.
— Ты откуда про ход узнал? — не выдержав, спросил он друга.
— Прикинул, — сквозь зубы ответил Михаил, прислушиваясь к треску выворачиваемой крышки.
— Это как?
— Помнишь, я план рисовал, одна комната там непонятная была. А в доме, что под посольство московское отвели, тоже такая комната есть. Ровно напротив этой. Я в ней побывал и люк в полу приметил. Вот и сложил.
— Голова! Так мы что, из хода этого в посольстве московском выйдем? — удивился Афанасий.
— Именно.
Коридор стал подниматься, и они оказались в небольшой каморке, которую освещали тусклые полоски света, пробивающиеся сквозь люк в потолке.
— Пришли, — сказал Михаил и ткнул пальцем в люк. — Выбьешь?
Афанасий взмахнул руками, разминая плечи. Выставив вверх кулаки, подпрыгнул. Вниз посыпались пыль и труха. Афанасий кашлянул, отер глаза и прыгнул снова. Крышка с треском отскочила. На песок упали несколько крупных обломков.
— Ну и силен ты, друже, — покачал головой Михаил.
Наступив на подставленную черпачком руку Афанасия, выбрался наверх. Помог вылезти другу.
— Ну что, теперь куда?
— Подальше отсюда, — усмехнулся Михаил. — Да, на вот, а то оставил. — Он протянул Афанасию мешок с добычей. — Эх, сабельку жалко, осталась ворогу на поживу. Давно она со мной.
