— «нет». Мы просто не можем справиться с этим в данный момент».
«Что? Почему? Мы же делали это раньше».
«Это правда. Но я не думаю, что это хорошая идея для тебя, Дженнифер или меня. Дженнифер также сказала мне, что ты доставала ее насчет секса втроем. Это правда?»
«Да, — мягко сказала она, — но мы уже делали это раньше. Вообще-то вчетвером, если я помню».
«Я знаю», — сказал я. «Но ты должна прекратить попытки втиснуться в наши отношения».
Ее плечи опустились, и она выглядела подавленной. Я посмотрел на Дженнифер в поисках подтверждения, и она кивнула.
«Есть вариант», — сказал я. «Но с основными правилами. Правила, которым ты должна следовать без исключения».
«Сначала я должна их выслушать».
«Во-первых, если мы согласимся позволить тебе быть с нами, ты не сможешь пригласить себя сама. Никаких упрашиваний, никаких мольб. Это должно быть на наших условиях, и мы должны пригласить тебя. Дженнифер имеет полное право вето на это, как на время, так и на деятельность».
«Что еще?»
«Никакого секса один на один со мной, пока мы с Дженнифер вместе. Мы думаем, что это повредит нашим отношениям, а я думаю, что это заставит тебя прекратить поиски собственного парня».
«Что-нибудь еще?»
Я решил добавить еще кое-что, но знал, что Дженнифер не будет против.
«Да. Ты должна перестать сравнивать каждого встречного парня со мной. Это не идет тебе на пользу. И, что еще важнее, ты должна начать писать Питу. Одного письма в месяц будет достаточно. Пусть оно будет дружеским, пусть он знает, что тебе не все равно. Он был хорош для тебя, Мелани, даже если ты этого не осознаешь».
«Я не знаю.»
Дженнифер посмотрела на меня, и я кивнул.
«Мелани, ты спросила Стива о тет-а-тет. Этого не может случиться, но что может, так это то, что ты можешь быть, эксклюзивно, но один раз. Но я должна быть там. Я не буду участвовать, если ты не попросишь, но я должна быть там. Он сможет дать тебе десять оргазмов».
Мелани сначала просветлела, но потом ее лицо опустилось.
«А как же мои потребности? Мои желания? Разве у меня нет права голоса?»
«У тебя есть. Ты можешь сказать «да» или «нет», основываясь на основных правилах, которые нужны нам с Дженнифер ради наших отношений».
«Должна ли я принять решение прямо сейчас?»
«Нет. Предложение открыто, по крайней мере, до начала выпускного года. Тогда все может измениться».
«О? Как?»
«Не беспокойся об этом. Это между Дженнифер и мной, ОК?»
«Я подумаю об этом».
После работы в тот день мы с Дженнифер поужинали, а потом вернулись к ней домой и занялись любовью по-нашему — медленно, нежно и сладко.
Книга 2 - Дженнифер. Глава 25: Удовлетворение и неудовлетворенность. Часть 1
Октябрь 1978
В школе все шло своим чередом. Теперь, когда я вырвался из лап миссис Томпсон, я работал над одними «A». Все учителя, к которым я обращался за рекомендациями для программы обмена, написали их и прислали. В начале октября я встретился с консультантом по профориентации, миссис Барнгровер, и обнаружил возможный сбой в моем плане поездки в Швецию — я мог не закончить школу вместе со своим классом. Я не мог получить никаких кредитов в школе, которую посещал в Швеции, потому что школа не была аккредитована Северо-Центральной ассоциацией, и правила были довольно строгими.
Требования для получения диплома в штате Огайо включали четыре года английского языка плюс дополнительные факультативы. Также требовалось четыре года изучать курсы граждановедения. Помимо выполнения этих требований, мне нужно было решить, как пройти трехлетний курс естественных наук для колледжа. Положительным моментом было то, что, поскольку я уже подбирал курсы с прицелом на колледж, мне хватало математики, и нет необходимости брать мат. анализ. Это было хорошо, потому что иначе решить эту проблему было бы невозможно.
Обсудив это, я пришел к выводу, что могу посещать занятия по истории в летней школе, при условии, что я не уеду до четвертого июля. Согласно информации по программе, наш отъезд, скорее всего, состоится в июле. Это решило одну проблему.
Что касается Научных курсов, мы решили, что мои оценки достаточно хорошие, и поскольку я закончу алгебру II на втором курсе, я смогу набрать предметы до перегруза и сдать физику и химию на выпускном курсе. Это означало, что у меня будет слишком мало кредитов для выпуска из школы, потому что я пропущу несколько факультативов. Мне придется обратиться в Школьный совет за разрешением. Миссис Барнгровер сказала, что она одобрит это, и обычно при особых обстоятельствах, таких как учеба за границей, они отменяют это требование. Это решило еще одну проблему.
Оставшаяся проблема, английский язык, требует одобрения главы департамента, мистера Эдвардса, а также директора, школьного совета и штата Огайо. Миссис Барнгровер успешно сделала это для нескольких учеников за последние годы, но предупредила меня, что в нескольких случаях она также потерпела неудачу.
На той же неделе я встретился с миссис Барнгровер и мистером Эдвардсом. Из-за моих оценок и из-за одобрения учителей английского языка младших классов, которое он получил, он предложил радикальное решение, которое, по его мнению, должно было сработать. Мне придется взять английский язык за юниорский и выпускной курсы в течение выпускного года, но взамен они простят мне четыре обязательных факультатива. Кроме того, он предоставит полный список прочитанных книг по всем моим курсам английского языка, начиная с восьмого класса, а также книги, которые я читал самостоятельно. Он также представил несколько работ, написанных мною на уроках истории. Он считал, что общий вес, плюс тот факт, что я не пропускал основные курсы английского языка, позволит мне получить одобрение. Я согласился, и они все написали для подачи.
Моя социальная жизнь была прекрасной. Я проводил время с Дженнифер, Джойс и Ларри. Мы с Дженнифер встречались по субботам, а с Джойс мы виделись по плану каждую третью пятницу. С Ларри мы встречались по вечерам в среду и обычно играли в шахматы. Мелани все еще не решила, что делать. Я мог сказать, что она хотела присоединиться к нам, но не хотела отказываться от контроля. Она не встречалась. Я слышал от Пита, что он ходил на несколько свиданий в OSU[45], но никого особенного не было. Он сказал, что Мелани написала ему хорошее письмо, и он написал ей ответ. Для меня это был обнадеживающий знак.
Бет Патер по-прежнему
