залитые кровью челюсти, где вместо зубов чернели провалы. Гойко одурел от проглоченной крови, рычал, пытался подняться и пока боль не захлестнула его. Взрывом к Сиверу отбросило его дробовик с рядом красных патронов на ствольной коробке. Гойко даже не заметил потерянного оружия. Сивер сам подхватил дробовик. В стрекочущем хаосе было не разобрать откуда стреляют. По колонне возле головы Сивера щёлкнула пуля. В пылевом смоге никто не мог отличить своих от чужих.
Глоток крови заглушил боль в ушибленной спине и боку и заодно прояснил разум и зрение. Пыль перед Сивером замерцала, автоматные вспышки рассыпались радужными искрами и медленно, словно нехотя, озарили фигуры охотников. В Навьей Страже сражались самые матёрые Волки. Полуослепшие и полуоглохшие, они всё же пытались отбиться. Их отрезало друг от друга, посреди ангара зиял широкий провал. Взрывчатку заложили под полом и подорвали в то время, когда они зашли глубже в ловушку.
Слишком многим вестам придётся сегодня оплакивать погибших мужей. Если, кончено, остальные вернутся.
Внезапно Сивер различил в пыли двуногую громадную тень. Серый полог немного развеялся, таких огромных воинов Сивер в жизни не видел: три метра ростом, с головы до ног закован в угловатый доспех, на лице маска с забралом. При каждом шаге железного великана побрякивали звеньями цепи. Гигант поднял ручной пулемёт и навёл его на Зимних Волков.
– Ложись! – рявкнул Сивер, сам свалился на пол и утянул за собой Гойко. Громыхнула очередь. К ногам великана посыпались горячие гильзы, он прошил воздух перед собой шквалом огня. Две пули отскочили обратно в доспех, но не пробили его.
– Выхолосток! – высадил Сивер в великана все восемь зарядов дроби. Стальной гигант содрогался от каждого попадания, пятился, но устоял на ногах. Дробовик Сивера опустел, стальная маска повернулась к нему. Он перекатиться за упавшую с подъемника легковушку. Хлопнули пистолетные выстрелы – двое охотников спешили на выручку. Пистолетные пули промяли броню великана, но пробить не смогли. Стальной воин рыкнул, заслоняясь рукой в латной перчатке. Когда стрельба чуть ослабла, он развернул пулемёт и одной очередью свалил бойцов Сивера насмерть.
– Это всё, что вы можете?! – басовито загромыхало под маской. – Белая Шкура на бой щенков послала, не матёрых!
Сивер не ответил ему, лишь наскоро перезарядил дробовик, подтащил к себе рвавшегося в рукопашную Гойко. Когда же сам выглянул из-за машины, то не рискнул выходить. Со второго этажа спускались по лестнице ещё два десятка гигантов в крепкой броне. Их доспехи собирались из выкованных вручную частей: глухие шлемы с забралами, стальные воротники, пластинчатые панцири и кожаные фартуки, наподобие кузнечных. Доспехи каждого великана украшали пронизанные гвоздями цепи.
Гвозди – кованные, гранёные, наподобие оберегов свисали с поясов, наручей и наплечников. Железных Кузнецов всего два десятка, а охотников Зимнего Волка две сотни, но прежняя уверенность Сивера таяла. Никогда прежде ему ещё не приходилось встречаться с такими захватчиками.
По укрытию громко забарабанила пулемётная очередь. Несколько пуль прошили гнилое железо и чуть не прикончили сидевшего у легковушки Гойко. Вожаку стаи Колготы совсем подурнело, кровавое обращение больше не поддерживало его, и он почти впал в беспамятство, не мог подняться и отступить вместе со всеми. Последним, кто защищал Гойко, был укрывшийся рядом Сивер. Зимние Волки оставляли ангар, враги в броне теснили их к окнам.
– Кто над Праматерью глумился, тем не должно на свете ходить! – рокотал великан из-под маски. – Мы сильнее Белой Шкуры! Сильнее всех в Явьем мире! Сильнее вашего племени!
Через оконный проём пронеслась огромная тень. Чёрный волк повалил чужака, великан зарычал, попытался подняться, но чудовищный зверь вгрызся в горло Железному Кузнецу. Тринадцать диких огромных волков ворвались в ангар и накинулись на закованных в броню великанов. Волки сбивали Кузнецов с ног, клыками срывали доспехи и добирались до мягкой плоти. В ответ им ударил огненный шквал свинца, но Великие Звери не чуяли попаданий и убивали великанов также легко, как могли бы расправляться со стадом быков.
Всего за минуту погибло четверо великанов. Вопли пожираемых заживо не заглушал даже грохот схватки. Ободрённые видом союзников, охотники Сивера ринулись в бой. Вожак Навьей Стражи сам выскочил из-за укрытия и лишь тогда увидел в ангаре Яра. Вместе со своей стаей мальчишек, он пытался отрезать великанам путь к лестнице. Глаза Яра сверкали от выпитой крови, в руках то и дело полыхала винтовка с примкнутым к ней ножом.
Сивер не знал, как его пасынку удалось так точно подгадать время для нападения. Свирь и Вольга с Савой прятались возле завалов у лестницы. Вёрткий как бес Свирь со смехом метнул в одного из великанов бутылку с зажигательной смесью. Гиганта окутало пламя и запекло Кузнеца внутри своих же доспехов. Другой Железный Кузнец накинулся на Яра с пристёгнутым к наручу молотом. Яр выстрелил ему в шлем. Забрало не выдержало винтовочной пули, и гигант пошатнулся. Яру оставалось лишь отступить в сторону и дать ему место упасть.
Железных Кузнецов теснили охотники и Великие Звери, путь к отступлению отрезала только маленькая стая мальчишек. Вожак Кузнецов собирался вести своих воинов на прорыв к лестнице, но путь ему преградил Яр. Кузнец замер, прорези шлема уставились на смельчака. Яр отомкнул серебряный нож от винтовки и приготовился к бою. Среди автоматных выстрелов, предсмертных криков, звериного рыка и боевых кличей неожиданно раскатился громовой смех. Он походил на грохот сошедшей лавины, на удары камней по металлическому щиту, на раскаты грозы перед бурей. Великаны остановились и прекратили сражаться. Уцелевшие в схватке охотники опустили оружие. Даже Великие Звери оторвались от своего кровавого пиршества и уставились на Кузнеца.
– В тебе слишком мало железа, – пробасил великан и снял шлем. Седая грива волос рассыпалась по наплечникам и очертила потемневшее от мороза лицо. По морщинам и шрамам Яр понял, что вожак Кузнецов очень опытный воин. На тёмном лице светлели одни белки глаз без зрачков. Взгляд Кузнеца смотрел сквозь стоявшего перед ним Яра.
