— Мистер Лейтон, вы все-таки оказали нам честь, придя сюда.
— Где Роберта? Что вы сделали с мисс Стайн? — Мысль о том, что его возлюбленная может оказаться в лапах неизвестных подонков, привела Гейла в ярость.
— Успокойтесь, Лейтон, — раздался из темноты второй голос, более спокойный, нежели первый, но тоже знакомый. — С мисс Стайн все в полном порядке. Скорее всего она видит сладкие сны, лежа в постели своего номера в отеле, и даже не подозревает, что вы ее здесь ждете.
— Что все это значит? Кто вы такие? Мы с вами где-то встречались? — Гейл сознательно тянул время, чтобы сообразить, чего ему ожидать от этих людей и как лучше себя вести.
— О да! — продолжил второй голос. — Вы, вне всякого сомнения, знакомы с нашим общим приятелем Престоном, не так ли? Именно он назначил вам это свидание.
— Зак Престон! Ну конечно! Кто еще способен подкрадываться в темноте словно вор?
Как я не догадался раньше! — презрительно процедил сквозь зубы Гейл, чем вызвал бурю негодования со стороны Зака.
— Заткнись, Лейтон, пока я не вбил твои оскорбления тебе же в глотку вместе с зубами! Ты будешь на коленях молить меня о пощаде, целовать мои ноги!
Гейл пропустил мимо ушей его яростные вопли. Сейчас его больше интересовало, кто второй человек, который, судя по поведению, являлся доминирующим в этом дуэте. Сощурившись, чтобы лучше видеть, Гейл шагнул по направлению к затаившимся негодяям и произнес:
— Откровенно говоря, я не понимаю, к чему весь этот цирк, хотя признаюсь, клоун из тебя, Престон, неплохой. Но кто твой напарник?
— Ты кого назвал клоуном, Лейтон? — взревел Зак, собираясь кинуться на обидчика, однако второй мужчина быстро среагировал, отдав четкий и лаконичный приказ:
— Замолчите, Престон, и постойте тихонечко в стороне. У меня к мистеру Лейтону есть небольшое дельце. — С этими словами он вышел на свет, и Гейл не смог сдержать возгласа удивления:
— Дин Томпсон?!
— Совершенно верно, ваш заместитель и покорный слуга.
— Что-то я ничего не понимаю.
Гейл даже потряс головой, надеясь таким образом привести мысли в порядок. Дин Томпсон, его доверенный человек в «Лейтон петролеум» и правая рука! Тот, кому он доверял как самому себе, оказался замешан в этой темной, отдающей душком истории?!
— Все очень просто, Лейтон. — Дин остановился на расстоянии вытянутой руки от босса. — Мне наскучило быть все время на запятках, и я решил пересесть в карету. Одним махом. Вот так!
— То есть ты хочешь завладеть моей компанией еще при моей жизни? — Гейл скептически приподнял бровь.
— Отнюдь! Я возглавлю «Лейтон петролеум» после того, как мой босс Великий Гейл Лейтон попадет в списки пропавших без вести.
Возможно, спустя некоторое время его тело будет обнаружено на дне одного из доков. Тогда все решат, что несчастный стал жертвой грабителей. Тайна его смерти навсегда войдет в исторические анналы наряду с гибелью Мэрилин Монро и братьев Кеннеди.
— Ты хороший рассказчик, Дин, тебе бы писать книги. Однако твои фантазии лишены реальной основы. Подумай, как ты сможешь объяснить свое появление на моем месте?
Нефть — жесткий бизнес, и в нем нет места пришлым. В случае моей смерти «Лейтон петролеум» будет попросту разделена между другими крупными компаниями, а ты останешься не у дел. Твоя карета обернется тыквой, ведь Золушки становятся принцессами лишь в сказках.
— Лейтон, Лейтон, — Томпсон снисходительно посмотрел на своего босса, — неужели ты считаешь, что я решил провернуть такое дело без ведома твоих конкурентов? Слишком быстрый рост влияния «Лейтон петролеум» на нефтерынок уже давно вызывает серьезные опасения у сильных мира сего. Я получу твою компанию в обмен на спокойствие. Это основное условие сделки.
— Хорошо, с тобой все ясно. Но что здесь делает Престон?
— Как? Я разве не сказал? Какое упущение! — Дин одарил Гейла отеческой улыбкой священника, читающего воскресную проповедь своей пастве. — Именно Зак Престон нажмет на курок пистолета, который оборвет твою жизнь.
— Я восхищен тобой, Томпсон. Ты заставляешь Зака выполнить за тебя всю грязную работу. И он делает это с удовольствием?
— Почти. — С губ Дина Томпсона сорвался короткий смешок. — Дело в том, что идея сбора компромата пришлась мне по вкусу и мистер Престон стал первой жертвой моего нового увлечения.
— Это многое объясняет.
Гейл бросил беглый взгляд по сторонам, прикидывая, куда лучше кинуться в случае реальной опасности, что не ускользнуло от внимания Дина Томпсона. Он повернулся к Престону и произнес:
— Ну вот, Зак, наша беседа подошла к концу. Теперь пришло время действовать тебе. Конечно, я не столь жесток, чтобы позволить тебе «вбить оскорбления в глотку Лейтона вместе с зубами». Грубое насилие никогда не прельщало меня. Однако пустить маленькую пулю ему промеж глаз я тебе не помешаю.
Зак Престон, получивший полную свободу действий, выступил вперед и направил пистолет в лицо Гейла.
— Скажи до свидания, Лейтон…
Его палец дрогнул на курке. Гейл видел это совершенно отчетливо, равно как и черный зрачок дула. В голове мелькнула спокойная мысль: так вот как все это происходит.
Он совсем не испытывал страха, лишь смутную жалость. Он сожалел о том, что уже никогда не увидит Роберту, не услышит ее нежный шепот, которым она будила его на рассвете, не узнает…
Раздался выстрел. И Гейл с удивлением обнаружил, что не чувствует боли, зато лицо Престона превращается в кровавую маску и он мешком валится на землю. Увидел он и несказанное изумление, исказившее черты Дина Томпсона…
Мягкое прикосновение заботливой, но твердой руки вывело Гейла из транса, в котором он пребывал. Он обернулся и встретился глазами.., с Марио Пуччини.
Старый итальянец обнял его за плечи и потянул в сторону, тихо проговорив:
— Пойдем, мальчик, домой. Здесь тебе больше нечего делать. Ребята сами довершат начатое. Мамита ожидает твоего возвращения, она приготовила изумительную лазанью…
Рецепт счастья
Лазанья действительно оказалась самой вкусной из всех, что когда-либо подавались на этом столе. Сей факт признали не только все домочадцы, но и сама синьора Лиза.
Когда ее супруг Марио вместе с сыновьями и другими соотечественниками отправились вызволять Гейла из переделки, она заперлась в одиночестве на кухне. Для приготовления хорошей лазаньи необходимо «правильно приготовленное тесто», а таковым мона Лиза считала только то, которое делала сама.
Рассыпав по столу муку, она с необычайной силой мяла круглый шар теста и одновременно вспоминала всю очередность добавления ингредиентов, необходимых для успешного приготовления задуманного блюда.
