что глава клана Парящего меча не станет вам мстить?
— Цара-Юнн разумный мужчина, — с улыбкой ответила Фуджини и, проведя острой заколкой по его детородному органу, добавила: — Он же не хочет лишиться самого ценного? К тому же вражда с Повелителем огня седьмого ранга чревата полным уничтожением клана. Ведь так? Дорогой!
Связанный глава энергично затряс головой, подтверждая слова Фуджини.
— М-да, куда я попал, — проворчал Жора. — И что теперь делать?
— Сейчас достопочтенный Цара-Юнн прикажет привести вашего купца, доспехи, коней и тысячу золотых в качестве компенсации. А после проводит нас до ворот, — сообщила Фуджини. — И тогда никто не узнает, в каком положении его застал Повелитель огня.
— М-м-м!
— Что не так? Ты хочешь отдать нам две тысячи?
Глава отрицательно покачал головой. Фуджини улыбнулась и сказала:
— А может позвать твоих дочерей? Как их там звали? Минчжу и Юнхуа? Повелитель огня, разве вам не пора обзавестись молодой женой? Они девушки талантливые. Обе на пятом ранге. С кем бы вы хотели провести ночь? Одна «чистая жемчужина», другая «вечно цветущая», — слова Фуджини звучали для главы стуком молотка, вбивающего гвозди в гроб. — Уверяю вас, Повелитель огня, вы не прогадаете, если возьмете одну из них в жёны.
— А-э, — только и смог выдавить из себя Жора.
— Я бы предложила взять обеих, но боюсь, тогда у Цара-Юнн не останется наследников, и клан захватят представители Высокогорного лотоса, а мне бы этого не хотелось, — пояснила Фуджини.
— А вам не кажется, что мне пока рано жениться?
— Ах, Повелитель огня, боюсь, как бы не стало слишком поздно. Вы мужчина взрослый. В вашем возрасте внуки бегают, а вы до сих пор не торопитесь продолжить род, — с милой улыбкой сказала Фуджини.
Физически магу Костонтису лет шестьдесят, но выглядел он на тридцать, поэтому Жору слегка смущал тот факт, что она знала его возраст. Он задумчиво посмотрел на Фуджини и с удивлением констатировал, что у неё узкий зрачок, как у кошки или ящерицы. Раньше он ничего подобного не замечал, и пришёл к выводу, что в данный момент она пробудила сущность предка дракона. И вот теперь чтобы не сорваться, решила слегка повеселиться, ведь улыбка повышает настроение, тем самым снижая уровень агрессии. Жора мысленно усмехнулся и подумал, что шутников может быть двое, поэтому выдвинул встречное предложение:
— А знаете, я, пожалуй, с вами соглашусь. Мне действительно не помешает хозяйка в новом доме. Почему бы вам не исполнить эту роль? Вы женщина видная. Первая красавица провинции, а с вашими данными можете покорить столицу. Ко всему прочему приходитесь мамой моему ученику, так что я не вижу преград для дальнейшего сотрудничества, но теперь в качестве супруги.
— Ха-ха-ха, — рассмеялась Фуджини, — а вам палец в рот не клади, а то можно без локтя остаться. Как вы там сказали? Пожалуй, я подумаю над вашим предложением. Но тогда вновь возникает вопрос мести от клана Парящего меча. Если вы не породнитесь с достопочтенным Цара-Юнн, он обязательно захочет вам отомстить за унижение. Может, возьмете Минчжу в качестве наложницы? Она девушка незамужняя и вполне привлекательная.
— Вы хотите её в качестве заложницы? — Жора, наконец, понял, о чём вела речь Фуджини и возмутился: — Неужели вы думаете, что я смогу тронуть женщину, с которой занимался любовью?
Совершенно неожиданно глаза Фуджини сверкнули. Жора увидел, что у неё длинные ногти, которые она демонстративно показала главе клана Парящего меча. Затем облизнулась и стали заметны острые клыки. С кровожадной улыбкой она склонилась к привязанному мужчине и шепнула:
— Достопочтенный глава Цара-Юнн может не сомневаться, если он попытается нам навредить, я выпотрошу его дочку, а затем приду за ним…
После этих слов даже Жора почувствовал легкий озноб, а глава клана чуть не затрясся от ужаса. Он усердно закивал и вновь замычал. Она вынула кляп, и Цара-Юнн заявил:
— Клянусь небесным дворцом, я не стану чинить вам препятствий! Я немедленно прикажу привести того отброса и ваших коней…
— А что насчет Минчжу и тысячи золотых? — Фуджини пробежалась коготками по его груди и задержала ладошку возле солнечного сплетения. Затем слегка надавила и как бы невзначай произнесла: — Если я надавлю сюда, ты лишишься моря души, и твоя культивация скатится до первого ранга. Мы же не станем доводить до этого?
— Минчжу отдам сейчас, а деньги в обороте, — ответил Цара-Юнн. — На их изъятие нужно время.
— Мы готовы взять камнями-накопителями, — предложила Фуджини. — Как думаешь, штук сорок хватит?
— Побойся гнева небес! Ты же хочешь в полтора раза больше! У меня чистейшие алмазы, стоимостью по сорок золотых, — завопил Цара-Юнн.
— А вдруг они с изъяном? Тогда выкуп за невесту окажется ниже заявленного, — деланно изумилась Фуджини. — Ты же не хочешь обидеть Повелителя огня? Он может рассердиться и тогда…
— Но представители торговой палаты гарантировали качество, — настаивал глава клана. После продолжительного спора сошлись на тридцати двух камнях и Цара-Юнн проворчал: — Хоть теперь меня отвяжешь? У меня руки онемели.
Жора удивлялся, глядя на этого человека. Обычно голые мужчины чувствуют себя зажато, но Цара-Юнн нисколько не переживал по этому поводу. Его даже не смущал тот факт, что он связан и в любой момент может умереть. Однако то упорство, с которым он целый час торговался, вызывало уважение. Жора признался самому себе, что если бы сам остался без одежды, его бы уверенность резко поубавилась, а главе клана хоть бы хны. Оглядев пленника, Фуджини ехидно констатировала:
— А хозяйство до сих пор стоит. Не боишься опозориться перед дочкой?
— Ой, а то она не знает, как делают детей, — фыркнул Цара-Юнн.
— С чего это вдруг? Разве она не девственница? — Фуджини округлила глаза и с подозрением взглянула на главу клана.
— Вы шутите? Какая девственница в двадцать семь лет?
— Айминь за тридцать, а она до сих пор себя блюдёт, —
