ответил я. – Вообще-то я уже выпил стакан воды в баре у Долана. Вот, теперь просто убиваю время.
– Из самого источника лучше, – убежденно сказала она. – Внук приносит мне целый бидон, которого хватает на неделю, если пить по два стакана в день, а еще заваривать чай. Но по воскресеньям я всегда хожу сюда сама с серебряной кружкой и выпиваю ее до конца! А мне восемьдесят девять лет, молодой человек.
Я читал о различных чудодейственных источниках, которые исцеляли слепых и поднимали парализованных, но обычно они были связаны с церковью и пользовались покровительством определенных святых. Здесь же даже на карте родник был обозначен просто как «Колдуотер Спрингс». Я спросил об этом даму.
– Эту воду пили еще местные индейцы до того, как здесь появились первые поселенцы, – охотно пояснила она. – Уже тогда ходили легенды, что здесь живет племя долгожителей, которых не берут никакие хвори. Наш епископ не поддерживает эти истории. Как говорит преподобный Линкольн, исцеляет не вода, а слово Божие. Чтобы источник официально благословили, нужно чудо, когда человек выздоровел, вознеся молитву Господу или святому, – она заговорщицки понизила голос. – А здесь… никто не молится. Все просто пьют воду.
Наконец подошла моя очередь. Я подставил ладонь под струю и сделал пару быстрых глотков. Вода действительно была ледяной и приятно бодрила, но я все-таки подумал, что не помешает найти место, где можно подкрепиться и поддержать бодрость духа другими напитками.
Провожаемый изумленными взглядами алчущих я отправился обратно на тропу.
– Идиоты, – прошамкал какой-то старик. – Все знают, что настоящий источник в другом месте. Тут просто отвели воду из ручья и поставили насос. Хахаха, – смачно закашлялся он.
– Вы говорите ерунду, мистер Джессоп, – строго одернула его дама в синей шляпе, наполняющая свою серебряную кружку. – Старый источник иссяк. Новый ничем не хуже, потому что питается от той же подземной реки.
– Чушь! Аделия, вы последние мозги заморозили этой водой. Не существует никакой подземной реки.
Толпа загудела.
– А что вы тут делаете, Норман? – обратился к старику один из мужчин в очереди. – Вот и идите набирайте воду из ручья.
– Да просто смотрю на идиотов, – сплюнул Норман Джессоп. – Водопроводная вода ничем не хуже, как по мне, потому что она тоже идет из подземной скважины.
– Пойдите прочь, Норман Джессоп! – выкрикнула еще одна женщина. – Не слушайте его, мистер. Наша вода самая что ни наесть целебная. Я сама ее пью с рождения, и у меня трое замечательных детишек.
Я не понял, как эта информация должна была мне помочь. Обернувшись, я увидел, как старик ковыляет за мной по тропинке следом, видимо, все-таки изгнанный разъяренной толпой.
– Ну, что, получшало? – едко спросил он, когда я его дождался.
– Вы, как я вижу, не принадлежите к поклонникам целебных свойств местного источника?
– Люди могут поверить в любую ерунду, – он снова закашлялся и сплюнул. – И вы тоже из таких?
– Нет, я тут проездом. Ищу старого приятеля. Вот, решил посетить источник, раз застрял в этом городке до понедельника.
– Не ведитесь на их бредни, мистер. Совсем обезумели тут со своей водой. Моя семья уже третье поколение владеет этой землей, тут раньше была ферма, а теперь так, осталось одно название. И мой дед провел на ферму воду из ручья, еще когда здесь были одни заросли. Никакого чертового источника. Как, интересно, воду бы тащили отсюда к порту, сами подумайте? Хехе. А теперь они даже устраивают какой-то чертов фестиваль. Целыми днями шляются мимо моего дома. Придурки.
– Понятно.
Меня несколько утомила история с этим злосчастным источником.
– Тут везде бьют ключи, понимаете? От них питается местный ручей, – захаркал Джессоп. – Лет десять назад один парень из Фриско хотел тут построить завод бутилированной воды. «Колдуотер Спрингс», так и хотел назвать. Получил все документы, сертификацию, сделал мне отличное предложение о продаже фермы. Но городской совет проголосовал против. Не без подачи Абеля Темблтона. И дело не в том, что он испугался, что тут появится конкурент его бизнесу и другой работодатель. Просто…
– Я слышал. Ему нравится, как тут все устроено.
– Вот именно. Все расступаются перед его «роллс-ройсом», будто перед каким-то лордом, горожане ходят в церковь, наряжаются к праздникам и хлещут воду. И как будто все живут по сто лет. Но ему плевать, что молодежь уезжает, едва закончив школу. Мои дети давно разъехались, средний сын все время зовет переехать к нему в Индиану, вот если б я только мог продать эту чертову землю… Интересно, что все местные будут делать, когда фабрика Абеля обанкротится.
– А у него проблемы?
– Да вроде нет, – почесал он шею под расстегнутым воротом. – Но нельзя же складывать все яйца в одну корзину. Кому сейчас нужна древесина, если все строят из бетона?
– Вы случайно не знали Френка Андерсена? Может, кто-из ваших детей с ним дружил?
– Мой младший свалил из этих краев четверть века назад. Сейчас он стоматолог в Альбукерке. Я помню Френка. Кто ж его не помнит? Тут и драки бывали и поножовщина, но бедолага стал первым на моей памяти, кто сел в тюрьму. Городок у нас тихий, тут не поспоришь. Так Френк и есть этот ваш приятель? – с подозрением посмотрел на меня Джессоп.
Он, конечно, не собирался немедленно припустить к своему амбару, чтобы запереться изнутри и вызвать шерифа, но настроение болтать со мной у старика сразу пропало. Он тоже наверняка принял меня за бывшего зека или копа.
Глава 29
Я вернулся в центр города, немного послонялся по улицам, пока снова не добрел до центральной площади с белой церковью. Двери были открыты, поэтому я поднялся по ступенькам под портиком и заглянул внутрь. В зале было пусто, но вдруг из боковой двери появился пастор. Он снял свое торжественное облачение, в котором был на службе, и теперь был одет в обычный черный пиджак и рубашку с белой колораткой.
– Я могу вам чем-нибудь помочь?
На вид преподобному Линкольну было слегка за сорок, он был высок и худ, с изможденным лицом и заметными проплешинами надо лбом. Хотя он дружески мне улыбался, я подозревал, что пастор страдает от постоянной изжоги.
– Я остановился в гостинице мисс Прескотт. Вот, осматриваю город.
– Мисс Прескотт сейчас здесь. Она входит в комитет фестиваля, они заседают в задней комнате. Мне кажется, она упоминала, что вы разыскиваете Френка Андерсена. Вы частный детектив?
– Да. Дуглас Стин.
– Мэтью Линкольн. Вам необязательно называть меня «пастором» или «преподобным», если это вас смущает. Можете просто Линком. Так зовут меня ребята в
