Это был добротный прямоугольный дом, сложенный из плотных брусьев и природного камня с уютной гостиной, где к своему удивлению я обнаружил телевизор, работающий с большими помехами, в экран которого внимательно вглядывалась дама с седыми буклями.
– Мама, гости пришли, – здоровенный парень с фигурой футболиста и короткой армейской стрижкой щелкнул выключателем. – Пора к столу.
Из глубины дома были извлечены двое детей, мальчик и девочка на вид лет восьми-десяти. Белинда Хейс оказалась уютной кругленькой девушкой с ямочками на улыбчивом лице, выглядевшей моложе своих тридцати, которые я бы ей дал только судя по возрасту детей. Она беспрерывно сновала из кухни в гостиную, выгружая на стол бесконечные дымящиеся блюда. Затем последовала семейная молитва.
Правда, готовила Белинда неплохо. Жаркое с травами таяло во рту, картофельный салат был достаточно пикантным, печеные овощи не утратили сочности. В качестве единственного напитка за столом предлагалась все так же вода из источника в керамическом кувшине. Старшая миссис Хейс несколько раз принималась блеющим голосом расписывать ее целебные свойства.
Интересно, подумал я, понимают ли Хейсы, что в их случае чудодейственный родник явно не справляется с задачей? Родители Белинды, судя по всему, умерли, раз семейство теперь проживает в их доме, а мать Пита овдовела, поэтому она переехала к детям и помогает по хозяйству. Впрочем, я рано начал строить предположения. Может, Хейс-старший был раздавлен бревном, что не редкость в этих краях, или был съеден тихоокеанской акулой. А тесть с тещей купили уютный кондо в Сан-Диего.
Наконец с ужином было покончено, детей и старуху удалили в дальние комнаты, а Пит предложил расположиться на диване у камина. Он достал из буфета стаканы и бутылку джина, на что Хопи одобрительно крякнул. Я терпеть не мог джин, но согласился выпить стаканчик, чтобы переварить всю обильную пищу и остатки кислого вина из «Редута».
– Лин, кончай суетиться, потом домоешь посуду, – позвал Пит жену. – Присоединяйся к нам, я смешаю тебе коктейль с джином.
– Коктейль? В воскресенье? – испуганно спросила миссис Хейс, словно с минуту на минуту в их дом мог ворваться патруль из лиги нравственности.
Пит покачал головой. Судя по всему, он был членом подпольной фронды, раз смотрел телевизор и пил по воскресеньям коктейли. Молодой человек подтвердил мои подозрения, сообщив, что сам установил мощную антенну, которая ловила сигнал из Тринидада. Несколько лет назад обсуждалось воздвижение телевизионной вышки поближе к городу, но, как и предполагалось, городской совет проголосовал против. Мне показалось, что жизнь в Колдуотере все больше смахивает на секту, что было удивительно, ведь пастор Линкольн не произвел впечатление религиозного фанатика.
– Тут до смерти боятся прогресса, – пояснил Хопи. – Им кажется, что прогресс приводит к хаосу. Преподобный Линкольн многое повидал, пока работал в трущобах мегаполисов, и теперь хочет уберечь свою паству от невоздержанности и соблазнов. Ибо кроткие наследуют землю и все в таком духе.
Пит работал электриком на фабрике Темблтона. Поскольку у них с женой было двое детей, о каких-то особо манящих соблазнах большого города речь даже не шла, так что супруги не жаловались.
– Мистер Бокен сказал, что вы разыскиваете Френка. Он оставил мне свой номер телефона в Юрике на случай, если я буду в его краях. Послушайте… вы уверены, что Френк сотворил что-то незаконное?
– Я бы сам хотел убедиться в том, что это не так. Но есть множество свидетельств, что Френк Андерсен под чужим именем провернул в Лос-Анджелесе мошенническую схему, выманив у людей несколько тысяч долларов.
– Святые угодники! Только не Френк. Это совсем не в его духе. Вы уверены?
– Посмотрите сами. Узнаете этот портрет?
– Ну да, сходство определенно присутствует. А это все, что у вас есть? Прическа вроде не такая, как я запомнил. Это может быть и другой парень.
– Как я говорил, пока что официальных обвинений против мистера Андерсена не выдвинуто. Иначе бы его разыскивал не я, а полиция. Может быть, он не имеет отношения ко всему произошедшему, в таком случае я буду рад посетить его в Юрике и убедиться в его невиновности. Я действую по поручению клиента, мистер Хейс, все сказанное в этой комнате не будет достоянием гласности.
– Наверное ваш клиент обознался. Хотя вы почему-то здесь. Эй, сейчас вечер воскресенья, и еще не слишком поздно. Давайте я просто позвоню Френку и спрошу, что происходит.
– Мистер Хейс, не стоит.
Но Пит был прямым и решительным, как стрела. Он уже метнулся к телефону и набирал на диске номер из телефонной книжки.
– Алло, Френк. Что? Простите. А он не оставил нового адреса или телефона? Извините. Хорошего вечера.
– Там живет новый арендатор, – неуверенно сказал Пит, возвращаясь к креслу. – Он снимает квартиру с начала года и никогда не слышал о Френке. Но это ничего не значит, правда?
– Только то, что мистер Андерсен уже девять месяцев не живет по своему старому адресу. Спасибо, что избавили меня от лишней беготни.
– Этого просто не может быть, – твердо вмешалась Белинда Хейс. – Френк не способен ни на какое мошенничество. Мы же знаем его оба с детства, Пит.
– Нуу, – протянул ее муж. – Тюрьма меняет людей. Он так и не смог вписаться снова в местное общество, когда вернулся. Переехал в Юрику, где легче затеряться. Когда я встретил его в прошлом году, Френк говорил, что у него все в порядке. Что закончил в тюрьме двухлетний колледж, потом бухгалтерские курсы. Теперь работает в какой-то конторе и получает чуть ли не вдвое больше, чем я. Ну и где справедливость?
– Зависть – грех, – одернула его супруга.
– Да я не о том, Лин. А вдруг он уже тогда врал? Может, выйдя из тюрьмы, Френк уже крутил какие-то мошеннические схемы?
– Не говори ерунды, дорогой. Мы оба прекрасно знаем, почему Френк не захотел возвращаться в Колдуотер после выхода из тюрьмы. Дело не в общественном мнении, и не в том, что он стал закоренелым преступником. Все дело было в Донне.
– В Донне? – переспросил я.
– Да. В Донне Шарп, правда, теперь она стала Донной Темблтон. Мы все учились вместе в школе. Именно на ней Френк должен был жениться, когда его посадили в тюрьму.
Глава 31
– Что произошло – девушка его не дождалась? Променяла красавчика на старую жабу из-за денег? А он продолжал ее любить? – оживился Хопи, подлив себе еще джина.
– Нет, все не так просто, – пробормотал Пит. – Донна не такая.
– Да ты и сам был в нее влюблен, – махнула на мужа полотенцем Беверли. – Вот только в твою сторону
