- спросила дрожащим голосом, не поднимая головы. В голове все это время вертелся этот вопрос. Так подрывало узнать про события в том доме, но и в то же время я бы предпочла не вспоминать о тех людях, которые превратили моб жизнь в ад.
- Тебя ищут, - от этого признания я вскинула голову, а Мария снова сжала мою руку. - Но они без понятия где ты, поэтому не волнуйся. Селим ищет тебя по всему городу, только втихую. Заявление в полицию о пропаже не подал, думает, что сама вернешься. Не пугайся ты так, он меня просто расспросил не знаю ли я где ты. А я сказала, что последний раз видела, когда вы уехали в гости.
Я аж выдохнула и села на стул. Так тяжело осознавать на какой шаг я решилась. Это ведь тоже позор уходить вот так вот в никуда из дома мужа. Селим не даст мне развод, в встречаться с ним у меня не хватит ни сил ни храбрости.
- Мне нужно уехать, - взмолилась заглядывая в лицо женщины. - И вас подвергать опасности совсем не хочется.
Подорвалась было с места, но моя спасительница преградила мне путь и крепко ухватила за плечи.
- Успокойся, дыши. На тебе лица нет, да и слаба ты. Поживи у меня еще. Пусть Селим за это время успокоится и убедится, что будто ты уехала. Вот когда у него даже мысли не возникнет, что ты все еще здесь, тогда ты и уедешь. А перед этим надо тебе паспорт восстановить. По потере предыдущего. Но все нужно делать постепенно. Хорошо? Дай себе время на восстановление.Я твою сумочку с лекарствами принесла, и остальные из ящика прихватила. Только коробочки пришлось оставить на месте, чтобы не встревожились.
Мария говорила правильные вещи, только я чувствовала себя неуютно, что не хочу подставлять ее. Что и решилась сказать:
- Я не хочу подвергать вас опасности, ведь мой муж очень жестокий человек. И я же не ва…
- Об этом даже не беспокойся, - мягко перебила мою встревоженную речь. - Если бы меня можно было запугать Селимом, то и работать бы я туда не пошла. Я смогу не выдавать себя. У меня много рекомендаций с предыдущих мест работы, поэтому у него и мысли не возникнет, что ты можешь быть у меня. Нас ведь ничего не связывает. Поэтому давай не думать о плохом и пойдем уже ужинать, а то смотрю ты тут увлеклась.
Мария окинула насмешливым взглядом ведро, а к моему лицу прилил жар. Надо было убрать сначала, но так захотелось рисовать, что не смогла себя заставить оторваться от карандашей. Рисование - это провал в какой-то особенный мир. Мой мир. И из него меня жестко выдернули, когда сообщили, что пора уже собирать приданое, потому что намечается свадьба…
- Только приходил мужчина и спрашивал про тебя, - уже при выходе из комнаты сообщила Мария. - Спрашивал у Селима где ты. И Селим был явно недоволен этим визитом.
Мужчина? Спрашивал про меня? Но кому я понадобилась? Или это был отчим? Только он должен быть с мамой на отдыхе…
Глава 24. Неделя рисования и свободы
- Спрашивал про меня? А что спрашивал и кто это был? - тут же встрепенулась я и последовала за Марией.
- Осман. Кажется, - в ванной она вылила уже воду из ведра и намыливала руки.
- А что он хотел?
- Увидеть тебя и пригласить в гости, а то его внук очень по тебе скучает, - улыбнулась женщина. - Кажется, у тебя появился маленький поклонник. Дети любят безоговорочно и ничего не требуют взамен, ты запала ему в сердце.
- Аслан…
- Это его ты нарисовала? - вскинула женщина на меня глаза, а я просто кивнула.
- А что сказал Селим? - сердце уже быстро-быстро стучало о грудную клетку и я словно чувствовала присутствие мужа рядом. Хотя умом понимала, что он не может быть тут, он не знает где я.
- Этого я не услышала, потому что они заперлись в кабинете и госпожа Дилара позвала меня на кухню. А потом когда я освободилась, то этот Осман уже уходил.
- Как жаль, - не сдержала эмоций и ушла на кухню.
Так и гли дни за днем. Мария шла на работу, а я оставалась взаперти в ке квартире. Убиралась, готовила, стиркой занималась.
И рисовала. Очень много и подолгу.
Меня словно допустили к запретному. Я наслаждалась каждой минутой этого дела. И карандаш в руке ощущался как волшебная палочка, с помощью которой я могла на листочке изобразить свой мир. То, как я вижу других людей, предметы вокруг меня и мир за окном.
Из дома я боялась выходить - а вдруг попадусь какому знакомому на глаз и тогда есть вероятность, что все дойдет до Селима. А с ним я пока боялась встречаться лицом к лицу.
Я бы сразу и уехала, но не к кому мне податься и денег нет, чтобы элементарно купить билеты.
Но вот маму вспоминала каждый день и даже снилась она мне ночами. Ей Селим должно быть уже сказал, что ушла… Но каждый раз я думаю, а что подумала мама? Ищет ли она меня? Конда я с ней встречусь и расскажу как было все на самом деле, будет ли она на моей стороне? Ведь она говорила, что надо быть мудрой.
А я вот ушла просто….
Хочу ли я возвращаться? Хочу ли сохранить семью?
Эти вопросы всплывали в голове каждый раз, когда я оставалась сама с собой, когда руки не были заняты работой. И порой сомневалась, что поступаю так как поступаю… и следовало бы вернуться к Селиму.
Но как только закрывала глаза и представляла себе эту картину, то сразу всплывали картины того как Селим перед домом тащит меня за руку, а потом трясет за плечи, как тряпичную куклу, кричит и обвиняет меня в неверности и бьет. Потом еще пощечина и еще.
И тогда я убегала в ванную и держала руки долго-долго под холодной водой, чтобы отогнать наваждение. Точно снова повторяется тот вечер, в не в моем воображении все происходит.
Мария поначалу стучалась ко мне в ванную комнату и спрашивала, а все ли со мной в порядке. Я же отвечала, что все хорошо, просто устала. Но как бы ни было, женщина перестала потом подходить
